61. Выбор за тобой

Сиа

Пришедшие жнецы сжимали мои руки в цепкой хватке, силой утягивая вперед, к портальному окну, из которого лился ослепительный свет.

Я пыталась высвободиться, но не для того, чтобы сбежать, нет, мое сердце рвалось к Ноану, который корчился от боли, не имея сил даже подняться.

– Пустите! – кричала я. – Минуту! Дайте мне всего минуту!

– Хватит! – дернул меня вперед мужчина, рывком отправляя в портал. – Идем! Тебя уже ждут!

Буквально за секунду я оказалась в просторном светлом помещении, жмурясь от яркого света, резанувшего по глазам.

Грудь ходила ходуном, пыталась рассмотреть обстановку, но не видела ровным счетом ничего, ведь все мои мысли остались рядом с любимым, которого бросили в том адском месте, наплевав на его состояние.

– И снова ты, – послышался безразличный голос, от которого внутри все перевернулось.

«Снова? – опешила я. – Что это значит?»

– Смотрю, ты так и не смогла усвоить урок, и наказание в триста лет, проведенных в небытие, оказалось бессмысленным…

«О чем он говорит? – мысли не желали формироваться во что-то дельное, все время утекая к Ноану, да еще и этот свет давил на глаза с такой силой, что я не выдержала и прикрыла рукой лицо, ощущая неописуемых размеров тревогу.

– Глупое дитя! – и снова этот голос. – Тебе был дан такой шанс, но ты вновь ступила на прежнюю дорогу…

– Я не понимаю о чем вы говорите, – замотала головой, готовая на все что угодно, только бы мне позволили удостовериться, что с синеглазым жнецом все хорошо.

– Ах, да… твоя память еще не вернулась, судя по всему, уже и не вернется…

Сердце и так грохотало в груди, а от услышанного ускорилось, вызывая шум в ушах.

«Память? Ко мне должна вернуться память? О чем?»

Чуя неладное, так отчетливо маячившее на горизонте, я убрала руку от лица, щурясь от ярких лучей. С трудом, но все же удалось разглядеть пятерых сидящих мужчин на возвышении, облаченных в белые одежды. Их лица были не видны, но длинные бороды и волосы проглядывались отчетливо.

– Ты нарушила главный закон мира ловцов душ…

Кто именно говорил я не могла определить, но осознание того, что это конец, становилось все отчетливее...

– … убила человека…

– Такого, как он… – я стиснула пальцы в кулаки, понимая, что данное поведение лишь усугубит мое и без того не самое легкое положение, – сложно назвать человеком!

– Как смеешь перебивать старейшину?! – меня грубо дернул рядом стоящий жнец, отчего мои зубы клацнули, а по мышцам руки пробежала ноющая боль. – Какой бестолковой была триста лет назад, такой и осталась!

– Я в этом мире не больше месяца! – злобно прошипела, раздражаясь от грубости со стороны этого типа.

– Будет тебе, Валир, – разнесся голос старейшины по помещению. – Сиа просто не до конца понимает, кто перед ней и кто она сама.

Секунда, свет убавил яркость, и мне позволили увидеть тех, кто управляет судьбами безжизненных.

– Ни капли не изменилась, – произнес белобородый, сидящий по центру.

Довольно молодое лицо, но сколько мудрости было в нем, собственно, остальные четверо далеко от него не ушли. Собранные, ни единой эмоции, и холодные, как глыбы льда.

– Получается, зря твои родители отдали свои жизни, чтобы ты вновь могла переродиться и увидеть любимого, – с полным безразличием хмыкнул первый глава совета, получая удовольствие от сказанного и моей мгновенно возникшей реакции.

– Что? – ахнула я, холодея всем телом.

– Тебя могла ждать счастливая жизнь, – продолжил второй. – Память со дня на день должна была вернуться, ведь с Ноаном именно это и произошло, когда тебя увели в зал суда.

– Бедный Харон, – равнодушно вздохнул четвертый, – потерял сестру, а потом и родителей. Он столько лет ждал тебя. Год за годом сохранял в своих мыслях твой образ, а когда ты вернулась домой, в свой родной мир, парень молил богов, чтобы ты вспоминал его как можно скорее, но все мольбы обойдут чистокровного стороной.

– По-подождите… – заикнулась я, ощущая, как кровь леденеет в венах. – Харон…

– Твой брат! – фыркнул пятый. – Старший и родной! Не понимаю, как он смог простить тебя, ведь по твоей вине этот парень лишился родителей…

– Да-да, – закивал головой первый, разрезая меня на куски живьем. – Это она отдыхала в небытие, а потом в мире людей жила припеваючи, пока Харон годами мучился от боли, вынужденный подавлять в себе ее, дожидаясь возвращения сестры.

– Что вы такое говорите?! – крик вырвался из моей груди, создавая пусть и недолгую, но все же тишину.

– До сих пор не поняла, да? – третий старец, до недавнего времени сохранявший молчание, цыкнул, недовольно качая головой. – Ты дитя мира безжизненных, Сиа! Чистокровная, которая триста лет назад совершила непоправимую ошибку, после чего погибли смертные…

– Нет… – замотала я головой, тяжело дыша. – Неправда…

– Ты сама разрушила свое счастье, заставила страдать тех, кто тебя любит. Зная правила, не позволила умереть парню, позже ставшему убийцей.

– Ты настолько самонадеянна, – раздраженно цыкнул пятый, – что считаешь себя не пойми кем! Ставишь себя на одном уровне с богами?!

– Дело не в этом, – я вновь и вновь сжимала зубы до ломоты в деснах, не отводя наполненного слезами взгляда от старцев, развалившихся в креслах с высокой резной спинкой. – Разве я виновата в том, что не могу спокойно смотреть на страдания других? Не могу равнодушно наблюдать, как кого-то мучают и убивают! Животные, дети, старики… Я готова всегда прийти на помощь! Это вы называете нарушением закона? Разве можно судить за то, что я спасла человека?!

– Ты дотронулась до нитей судьбы! – рявкнул первый старейшина. – Нарушила вязь и одним глупым поступком изменила течение времени! Это запрещено! Жнецы не имеют права вмешиваться в судьбы живых! Они забирают души! И на этом все!

– Тогда почему? – шептали мои подрагивающие губы, пока по щекам текли жгучие слезы. – Почему жнецы могут вселяться в людей? Зачем они обладают этим умением? Разве не для того, чтобы помогать людям?

– Бестолковая девчонка! – рявкнул четвертый старейшина.

– Посмотрите, как живут люди, – продолжала я, несмотря на очевидную ярость глав совета, витающую в воздухе. – Сколько в их мире предательства и лжи. Коррупция и безнаказанность на каждом шагу. Любой, у кого есть деньги, оказывается невиновным. Из сотни судей, лишь пятая часть вынесет справедливый приговор. Те, кто в нетрезвом состоянии насмерть сбивают пешеходов, выходят из зала суда с наглой улыбкой на устах, потому что за них заплатили немалую сумму! А тот маньяк, которого я не собиралась убивать, но что уж теперь поделать, если так вышло. Он мучил и истязал девушек, издеваясь над ними. Разве они заслужили такие пытки? Заслужили будучи живыми оказаться в аду?! И что вы скажете о детях, которых избивают взрослые?! За что им такое?! Какая жизнь их ждет, если они с самого детства только и делают, что учатся насилию! Такие, значит, нити судьбы нельзя нарушать? Я понимаю, что совершила непоправимое, переступила черту закона! – меня уже несло без остановок и по гневным взглядам старейшин могла точно сказать, они едва сдерживаются, чтобы не заткнуть мне рот. – Но по-другому я не могу! Во мне живет сострадание и желание помогать!

– Сиа! – голос любимого заставил вздрогнуть и резко обернуться.

– Ноан! – кинулась я к нему.

– Стой на месте! – рыкнул все тот же жнец, клещом вцепившись в мою руку.

– Зачем… – я судорожно вздохнула, ощущая, как щемит в груди и грохочет в ушах. – Зачем ты пришел…

– А все повторяется вновь, – хмыкнул кто-то из старейшин. – Пришел посмотреть, как она снова уйдет в небытие?

Ноан, за спиной которого стояли его встревоженные родители, поджал губы, но так и продолжал неотрывно смотреть в мою сторону.

Я видела боль в его глазах, видела, что он готов на все, только бы спасти меня, но не могла принять такую жертву с его стороны.

– Значит, говоришь, что не можешь остаться равнодушной к страданиям других? – коснулось насмешливое моего слуха со стороны старейшин.

– Не могу… – ответила я, лаская взглядом любимые черты лица чистокровного.

– Хорошо. Тогда давай поступим так…

Я уловила щелчок пальцами и тело скрутило адской судорогой, а перед глазами встало видение, где я иду за руку с любимым, ступая на крыльцо большого дома с огромной лужайкой, который мы присмотрели для нас двоих и нашего будущего ребенка. И снова щелчок… видение сменилось на ужин, где присутствовала вся моя семья и семья Ноана. Мы смеялись, шутили друг над другом, все были так счастливы… Кадры воспоминаний бежали один за другим. Вся моя жизнь пролетела перед глазами. Детство, взросление, печали и радости… любовь… Меня словно кинули в ледяную воду, мгновенно отрезвляя.

И вновь щелчок… переместивший в атмосферу страданий и мук, выбивая воздух из легких, ведь я смотрела на то, как меня утаскивали в портал, а Ноан рвался ко мне изо всех сил, раскидывая смотрителей и рыча, словно раненый зверь.

– Нет… – замотала я головой, рыдая в голос и чувствуя, что эмоции распирают меня. – Ноан…

– Сиа! – рванул ко мне жнец, но перед ним оказались трое смотрителей, преграждая путь.

– Точно, – послышался разочарованный вздох одного из старейшин. – Все повторяется вновь!

– Дайте ей шанс! – синеглазый упал на колени. – Прошу вас! Это вышло случайно!

– Сын, – отец Ноана подхватил его под руку, пытаясь поднять.

– А давай, – третий старейшина поднялся из кресла, смотря на меня в упор. – Ее речь, как и кое-что другое, тронули меня.

Сидящие рядом с ним главы совета неодобрительно загудели, но тут же замолкли, стоило стоящему мужчине в белом плавно махнуть рукой.

– Сиа, – произнес он, – я позволю тебе получить помилование и остаться с любимым. Хочешь?

Не верила, что слышу это. Слова белобородого казались сказкой.

– Если позволите… я буду благодарна вам до конца своих дней! – низко склонила голову, мечтая, чтобы именно этим все и закончилось, но мое плохое предчувствие не возникло просто так.

– Тогда для этого тебе нужна лишь самая малость, – улыбнулся старейшина. – Сделай выбор: на чаше весов твое счастливое будущее в окружении семьи и любящего супруга и… – он создал паузу, натягивая нервы до предела, – те, кого ты можешь спасти. Девушки, которые остались в подвале на свалке металлолома…

– Что? – ахнула я, тяжело дыша.

– Об их существовании там никто не знает. Тот парень, который открывал гараж патрульному, не в курсе, куда именно уносит девушек его хозяин. И так как душа маньяка ушла в преисподнюю, девушки обречены на смерть…

– Что вы делаете?! – не выдержал отец Ноана, крепко прижимая к себе своего сына, который убивал взглядом старейшину. – Зачем так поступаете?!

– Молчи, Эстар! – отмахнулся от него верховный совета. – Ну так что, Сиа? Я даю слово, что своего обещания не заберу! И что бы ты не выбрала, никто за пределами этой комнаты не узнает о принятом тобой решении. Кого предпочтешь: свою семью или людей?