Глава 22 · Злодей

– Погоди-ка. Я тебя знаю, – выговорил совершенно потрясённый Тристан. Он редко забывал лица, а это, хоть и лишилось последних следов юности и стало теперь лицом мужчины лет двадцати пяти, осталось узнаваемым.

– Я польщён, что вы меня запомнили! Мы встретились в том коридоре на первой неделе моего рыцарства. Прямо перед тем, как вас…

– Бросили в тюрьму? – язвительно закончил Тристан.

– Я не хотел этого говорить, – тихо пояснил рыцарь. Этот человек поступил на службу десять лет назад, когда Тристан ходил у короля в учениках; они перекинулись парой слов ни о чём, он даже имени юноши не узнал. Но тот оказался первым, кто не дал дёру от Тристана, как все остальные, перепуганные до крайности, а чем – сам Тристан так и не понял. Парнишка ему понравился.

Взгляд рыцаря, нежный и смеющийся, упал на Сэйдж.

«Разонравился».

– И кто ты такой? – спросила Татьянна, с прищуром взирая на новенького. Рыцарь встретился взглядом зелёных глаз с целительницей и явно заинтересовался.

– Я бы с тобой познакомился, – сказал он.

Татьянна фыркнула, закатила глаза, покачала головой.

– Да я тебя щелчком перешибу.

Рыцарь криво ухмыльнулся ей:

– Обещаешь?

Тристан посмотрел на Клэр, та вскинула бровь и потянулась за остатками оранжевых чернил в кармане. Брат перехватил её руку.

– Не надо.

Но тут Сэйдж, едва не сшибив Тристана, бросилась к рыцарю на шею и спрятала лицо у него на груди.

– Ладно, Клэр, давай. – Злодей махнул рукой.

Клэр потянулась рукой к поясу, но её поймала Татьянна. Выглядело так, будто целительница разнимает двух бешеных енотов.

– А ну прекратите оба! Что это такое!

Кингсли прыгнул на сапог Тристана, глазея на обнимающуюся парочку.

Тристан посмотрел на своего лягушачьего друга. Его лягушачий друг посмотрел на него.

Вверх медленно потянулась табличка: «ОЙ-ОЙ».

– Очень полезно, – прошипел Тристан, закатывая глаза, подобрал мелкое недоразумение и посадил на плечо.

Сэйдж отлепилась от мужика – наконец-то. Но ярость Тристана вскипела ещё сильнее, когда она принялась суетиться вокруг рыцаря: заботливо убрала от лица его золотисто-каштановые кудри, вытерла со щеки пятнышко грязи.

Этого Тристан и хотел. Он хотел, чтобы она привязалась к кому-нибудь другому; так было бы легче забыть её, не считать своей. Но примитивной части его разума – и магии – плевать было на всё это. Она хотела подобрать с земли шлем и лупить рыцаря по голове, пока шлем не помнётся.

Мысль была приятная, даже сердце притихло.

– Ты должен был встретить нас сразу после церемонии! Что случилось? – ругалась Сэйдж, пихая рыцаря в плечо. У Тристана голова шла кругом. У неё правда получилось переманить героя на их сторону. Дальше, видимо, устроит званый ужин для солнца и луны… и всё у неё получится.

– Просто ждал удачного момента ускользнуть, не вызывая подозрений. Тут услышал, как король приказывает гвардии выкрасть у вас звёздную пыль, и подумал, что это идеальный шанс для эффектного появления. – Рыцарь развёл руками, красуясь.

Сэйдж закатила глаза, но с любовью.

– Какой ты драматичный.

Она потащила рыцаря в сторону Злодея – как неразумно с её стороны: Тристан почувствовал, что жилка у него на лбу сейчас взорвётся, но сохранил бесстрастный вид. Незачем ей знать, что он планирует убить этого человека, что он ненавидит его с жаром тысячи солнц, что рыцарь для него – просто никчёмный гадёныш, которому нужно напомнить его место и…

Сэйдж с гордостью представила рыцаря:

– Сэр, познакомьтесь: мой старший брат, Гидеон Сэйдж.

«Чего? А…»

Бесстрастность не выдержала, на лице проступило тупое потрясение.

– А к-как это? Твой брат же умер.

Но он уже всё подмечал – сходства между ними двумя: тот же изгиб губ у Гидеона, те же высокие скулы, то же лукавство в глазах. Грёбаный брат.

«Жалкое я зрелище».