Глава 30 · Злодей

– Веди себя естественно, – прошипел Тристан.

Сэйдж икнула и тут же захихикала.

– Естественная, как мычащая курица. – Татьянна с гримасой на лице подняла светящуюся руку к глазам Эви. Та наморщила нос и отодвинулась, быстро-быстро моргая.

– Можешь исправить? – спросил Злодей у Клэр, пока мостовики лезли вверх с глубоководья. Река текла через всю деревню. – Есть какое-нибудь растение?

Клэр швырнула красный цветок, который сорвала Сэйдж, в сторону леса.

– Трист, магическое отравление так не лечится. Можно только ждать, и потребуется несколько часов.

– Часов! – Он воззрился на Сэйдж, которая напевала весёленькую мелодию и скакала по кругу. «Я не переживу несколько часов вот этого». Вдруг стало тихо, и он понял, что Сэйдж пристально смотрит ему в лицо. – На что ты пялишься?

– На твои губы.

«Поправка: я не переживу и нескольких минут».

– Злодей! Зачем ты вернулся? Чтобы снести очередной мост? – спросил мостовик, и Тристан, обернувшись, увидел не кого иного, как Реминга. Он был выше, чем помнилось с прошлой злосчастной встречи, похожую на песок кожу скрывало длинное одеяние и облегающие штаны. Там, где у людей росли волосы, блестело яркое, разноцветное морское стекло.

– Он снёс мост? – завопила Сэйдж, и Злодей зажал ей рот, прижимая её к груди.

– Не обращайте на неё внимания, она нездорова. Реминг, я надеюсь, мы оставим это небольшое недопонимание в прошлом. У нас важные дела в Сердце, так что, будь добр, загадай нам загадку, чтобы мы получили право спокойно пройти по мосту.

Теоретически, он мог пройти через мост без разрешения Реминга и его семьи, но их волшебство было связано с самим сооружением. Так что на деле, если они не желали, чтобы ты шёл по их мосту, ты и не прошёл бы.

Реминг оглядел Клэр и Татьянну, и в этот момент к нему присоединились его родители.

– Мама, что думаешь?

Среди мостовиков Эллия считалась красавицей – да и не только среди них. Высокая, пышная, с длинными яркими ресницами, блестящими на солнце.

– Мне кажется…

Крик Тристана перебил матриарха. Сэйдж укусила его, чтобы вырваться. Укусила.

– Ты меня что, укусила?! – зарычал он. Она вырвалась из его рук. Выглядела она такой весёлой, что на миг он забыл о своей ярости.

– Дааааааааа. – «А» было длиннее, чем следовало. Она склонила голову и спросила с расфокусированной прямотой: – А что? Хочешь, ещё раз укушу?

Последний вопрос она задала театральным шёпотом, так что его услышали все люди, лягушки и мостовики на полкилометра вокруг.

Момент был упущен.

Маркит, патриарх семьи, сложил руки. Корона из морского стекла у него на голове напоминала Тристану остриё стального меча, и лучше бы его проткнули таким мечом, если Сэйдж не замолчит немедленно.

– Она понюхала марьин корень? – спросил Маркит.

– Да уж не сомневайтесь, – ответила Татьянна, хватая Сэйдж за юбку, чтобы не дать ей упасть. Точь-в-точь кошка, которая тащит котёнка за загривок.

Маркит вышел вперёд.

– Отлично. Можете пройти по мосту в деревню. – Он ткнул песчаным пальцем в Сэйдж, которая общипывала цветочки на своей юбке, будто настоящие. – Но отгадывать будет она. И без помощи.

– Да бросьте! – Клэр махнула рукой в сторону Сэйдж, которая, кажется, собиралась снять юбку, чтобы было удобнее дёргать нарисованные лепестки. – Она имени своего не помнит!

Реминг ухмыльнулся.

– Или она, или никто.

– Эванджелина.

Эллия склонила голову, солнце блеснуло на стекляшках, бросило вокруг калейдоскоп красок.

– Что, дитя?

– Клэр сказала, что я не помню своего имени. Я Эванджелина.

Эллия ласково улыбнулась, протянула руку. Сэйдж без промедления схватилась за неё и сообщила с самым невинным видом:

– У вас такие красивые руки.

Всё, финиш.

Однако Эллия, к изумлению Тристана, казалась польщённой.

– Большую часть жизненного опыта мы держим в руках. Какое интересное наблюдение.

Глаза Эллии засветились сиреневым, и изо рта её полился иной голос – древний.

Я ужас – как часто боятся меня! Я тайна – меня крепче злата хранят. Лишь смелый ко мне обратиться рискнёт. Того, кто решится, ответ мой спасёт. Я каждому нужен, любому знаком, Но коль ошибёшься – колю, как ножом. Что я такое?

– А нельзя было загадать ей что-нибудь попроще? – спросил Тристан, но умолк, увидев, как Сэйдж спотыкается, пытаясь отойти от Эллии. Он чуть не вывихнул себе плечо, пока ловил её, чтобы не грохнулась наземь. И, как обычно, доброе дело не осталось безнаказанным. В результате Эви оказалась у него на руках, будто невеста, и не успел он собраться с мыслями, как она уже уткнулась носом ему в шею, уничтожая эти самые мысли, с которыми он собирался, прямо как волшебные козы, которым они раньше скармливали в офисе ненужные документы. Розовый аромат её волос заполнил его целиком, и он крепко зажмурился, стараясь превозмочь это ощущение.

– Загадка выбирает отгадчика. Нельзя загадать попроще только потому, что твоя возлюбленная не научилась не рвать незнакомые цветы, – усмехнулся Реминг.

«Возлюбленная». Тристан поперхнулся этим словом, но Сэйдж уже поправляла мостовика, и так торопливо, что Злодею стало почти обидно.

Она вырвалась из его объятий, размахивая руками, как вентилятор.

– Не-не-не-не! Мы не возлюбленные! – Прикрыв рот ладонью, она прошептала, будто рассказывала секрет: – Я просто его ассистентка.

Она была совсем не «просто», но это признание Тристан удержал при себе.

Маркит пророкотал:

– Ладно, ассистентка Злодея, есть у тебя ответ?

– Дайте ей минутку подумать. Вы мешаете ей отгадать! – сказал Тристан.

– Помню, ты говорил мне… – Речь Сэйдж до сих пор была невнятной. Она отвлеклась на голубую бабочку, которая летала за мостом. – Что никогда не станешь недооценивать меня.

– Сэйдж, ты надралась, как пират; не сомневаюсь, ты уверена, что умеешь всё на свете. Например, летать.

Она повеселела.

– Нет.

Красные пухлые губы изогнулись вниз.

– Ты скучный.

Маркит кашлянул.

– Ответ. Быстрее.

Сэйдж выпрямилась, Тристан схватил её за руку, но Эви пронзила его таким яростным взглядом, как мечом под рёбра. Она опустила ладонь ему на грудь над колотящимся сердцем.

– Я знаю ответ.

– Правда, что ли? – фыркнул Реминг.

Эви пошатнулась, но удержалась на ногах и ответила более уверенно, чем могло показаться на вид:

– Ответ – правда.

Тристан взял её за плечи, всмотрелся в лицо, потому что…

– Правильно. Молодец, Эванджелина, – тепло улыбнулась Эллия.

Татьянна неверяще покачала головой.

– Как ты догадалась?

Сэйдж беспечно пожала плечами.

– Когда тебе так часто врут, правду легче распознать.

Маркит указал на мост за своей спиной.

– Мы приветствуем тебя и твоих друзей в деревне Сердца.

Арка моста мягко засияла. Татьянна тихо ахнула и вслед за Клэр шагнула на горбатую мостовую, ведущую на ту сторону.

Сэйдж расплела косу, распушила волосы и подбросила ленточку.

– Спасибо! – Она остановилась рядом с Маркитом, волшебным существом, – дерзкая и бесстрашная. И пьяная в слюни. – У тебя классная семья!

Это было не бредовое замечание, а искренний комплимент. В Сэйдж больше всего изумляло именно то, с какой готовностью она раздавала похвалы, но при этом они всегда касались очень конкретных вещей. Она будто находила в каждом какую-нибудь любимую черту, а потом сообщала о ней. Тристан невольно задумывался, что же Сэйдж нравится в нём.

Маркит заморгал, выражение зелёных глаз смягчилось – он словно удивлялся, что ей пришло в голову. Сэйдж схватила его за плечо.

– Правда, – шепнула она и прошла мимо него и остальных мостовиков.

Она шла, не оглядываясь, и Тристан поспешил за ней – одни боги знали, во что она ещё вляпается сама по себе. Татьянна и Клэр уже ушли вперёд, но приглядывать за Эви было его обязанностью. То ещё дельце.

Однако Эллия остановила его:

– Ты можешь войти в деревню, Злодей. Но своё волшебство ты оставишь здесь.

– Исключено! – вспыхнул он.

Эллия спокойно покачала головой.

– Оно вернётся к тебе, как только ты покинешь землю деревни, но не раньше. Я не пущу к жителям деревни столь разрушительную силу.

Очень уж это напоминало ловушку. Хотелось просто на смех её поднять, развернуться и уйти прочь. Найдётся и другой путь в деревню, он придумает, как обойти волшебных стражей. Но тут Эви споткнулась. Он уставился на неё, она захихикала и снова споткнулась – на этот раз она посмотрела в небо и с весёлой улыбкой покачала головой, красная от смущения. Она не боялась смеяться над собой, не боялась признавать свои ошибки, и это была вовсе не лихая отвага. Каждую секунду жизни она проживала с лёгкой душой, сколь бы ни было больно или печально. Она держалась на чистой силе воли. Никакого волшебного дара для защиты. Только вера, оптимизм и желание выжить.

«Цинизм – это ещё не мудрость. Это просто трусость».

Он вспомнил обвинения Сэйдж, и у него защемило сердце.

– Ладно, – бросил он. Дар и без того в последнее время не слушался, тем меньше поводов для беспокойства.

Эллия отошла в сторону, сделав песочной рукой приглашающий жест, но сперва ткнула в него пальцем и пригрозила:

– Не навреди.

Злодей взошёл на мост, догнал на середине Сэйдж. Ассистентка прыгала, как кролик, который только что научился скакать.

«Не вредить?»

«Невозможно».

И он доказал это, едва ступив в деревню Сердца.