Глава 31

– Боже, все поклонники Сумерек такие горячие? – простонал Алекс, обводя восторженным взглядом небольшой кинозал, заполненный веселящимися парнями и девушками. – Я как будто оказался на семейном празднике Калленов. – Это вы еще в книжном клубе не были, – незаметно оказался возле нас Егор. – Там мы пили исключительно красное вино и водили хороводы вокруг девственниц. Улыбнувшись, я огляделась. Здесь было на удивление уютно. Приглушенный свет, выстроенные полукругом мягкие диваны и кресла, столики с пиццей, чипсами и прочими закусками и в качестве гвоздя программы – огромный экран на полстены, транслирующий нашумевшую сагу. Кажется, шла уже вторая часть Сумерек, где Белла сходила с ума без Эдварда и прыгала со скалы в воду. Желудок судорожно сжался, как будто это я сигала в темную пропасть. – Пойдемте, я познакомлю вас с ребятами, – тем временем потянул нас в центр комнаты Егор. Компания была большой и рассредоточилась по всему залу. Я улыбалась и приветливо кивала парням и девушкам, тщетно пытаясь запомнить их имена. Мозг, занятый этой задачей, на короткое время перестал возвращать меня на злополучную поляну, где оказалось так легко убить человека… Пообщавшись с новыми знакомыми на отвлеченные темы и оставив сияющего Алекса в обществе ребят, обучавшихся на курсах режиссуры, я нашла в дальнем углу свободное кресло и медленно опустилась на него, чувствуя, как силы по капле покидают меня. Если мне еще раз придется улыбнуться, то я точно не сдержусь и разревусь, как дура. – Тяжелый день? – присев на подлокотник кресла, протянул мне запотевшую бутылку с сидром Егор. Молча кивнув, я взяла напиток и сделала большой глоток. – Сегодня я не лучший собеседник. Прости, – честно ответила я, глядя отрешенным взглядом на экран. Вторая часть Сумерек приближалась к концу. Ничего не ответив, Егор подтянул колено к груди и тоже залип на экран. Какое-то время мы просто молча передавали друг другу бутылку, внимательно следя за разворачивающимися событиями. И это была лучшая передышка для моего напряженного мозга и вывернутой души. Егор был из той редкой породы людей, чья энергетика вносила порядок и гармонию во всё, что находилось рядом, и заряжала каким-то невероятным спокойствием. Когда пошли титры, и свет в зале стал чуть ярче, я зажмурилась и попыталась удержать это непривычное состояние. – Парни с нашей группы беспокоятся за тебя, Вита, – неожиданно выдал Егор, заставляя меня распахнуть глаза. – Ты о чем? – ошарашенно переспросила я, вглядываясь в серьезное лицо однокурсника. Да кроме него все только и мечтали о том, чтобы выжить меня из группы. И любая моя неудача вызывала у парней неконтролируемую радость. Уж это я поняла с первого же дня учебы. – Мы давно поняли, что между тобой и Горецким что-то есть, – ровно проговорил Егор, крутя в руках бутылку из-под сидра. – Но он постоянно давил на тебя. А на сегодняшней паре и вовсе вел себя, как козел. Я сглотнула. – Когда вы это поняли? Егор чуть удивленно посмотрел на меня. – Да после первого же знакомства наши придурки начали делать ставки, когда Горецкий сделает тебя своей любовницей. Я не сдержала судорожного вздоха. Значит мои одногруппники догадались обо всем раньше меня. – Можешь расстроить их, мы не спали, – проронила я, откидывая голову на мягкую спинку дивана. Перед глазами тут же возникли обрывки воспоминаний, когда мы с Русланом были так близки к этому. Наш танец в клубе, поездка на заднем сидении машины, уединение в комнате общежития, поцелуи на даче его друзей… Черт. С каждой новой попыткой приручить меня, Горецкий был все ближе к цели. Братья Запашные могли бы позавидовать его расчетливой тактике. – Дело не в том, занимались ли вы сексом или нет, – мягко проговорил Егор, беря меня за руку и слегка сжимая ее. – А в том, что Горецкий ведет себя, как тиран. Парням кажется, что он заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь. Я горько усмехнулась. – А разве их это не радует? Я бы поверила в то, что это беспокоит Егора, но в то, что это волнует остальных, я верила с трудом. – Они, конечно, те еще отморозки, – тяжело вздохнул Егор. – Но даже у них есть рамки дозволенного. Нельзя принуждать девушку к чему-либо. Тем более, если ты старше, сильнее и у тебя больше авторитета. Это аксиома для любого здравомыслящего адекватного парня. Я накрыла лицо ладонями. Блять. Это было последней каплей. Никогда бы не подумала, что мои одногруппники-идиоты способны растрогать меня до слез. Но это случилось. И я была в ахуе. – Господи, почему ни один из них не сказал мне это лично? – простонала я, с нажимом растирая закрытые веки пальцами и пытаясь остановить позорные слезы. – Ты всегда была слишком яркой и независимой, – грустно улыбнулся Егор. – Они просто боялись показать тебе свою слабость. Всхлипнув, я убрала ладони, чувствуя, как глыба льда, намерзшая внутри меня, начинает понемногу таять. – А ты оказался самым смелым? Нежно проведя большим пальцем по моей влажной щеке, Егор медленно покачал головой. – Если бы я был натуралом, я бы и слова не смог вымолвить рядом с тобой. И глядя в его яркие глаза, я поняла, что он не шутит. – Боже, можно я тебя обниму, – выдохнула я, подаваясь к нему. То, что Егор оказался геем, совершенно никак не повлияло на меня. Но то, с какой откровенностью он разговаривал со мной, просто лишило дара речи. В это время к нам подошел заинтересованный нашими обнимашками Алекс. – Не помешаю? – с легкой ревностью поинтересовался он. Усмехнувшись, Егор отстранился от меня и, подмигнув Алексу, направился к компании что-то бурно обсуждающих парней. Алекс проводил его озадаченным взглядом. – Зая, только не говори, что между вами что-то есть! – перевел он на меня округленные глаза. Я с усмешкой покачала головой. – Пойдем на улицу подышим, – предложила я, поднимаясь с кресла и поправляя свободную толстовку, накинутую поверх майки. Алекс подозрительно прищурился, но все же согласился. Мы спустились по лестнице вниз и вышли на улицу. Солнце уже давно село, и воздух был по-осеннему влажным и холодным. Аккуратно обходя лужи на асфальте, я подошла к двум парням, курящим возле урны. Одного жеста хватило, чтобы они поделились со мной двумя сигаретами и зажигалкой. Затянувшись, я отдала парням зажигалку и повернулась к Алексу. Тот смотрел на меня во все глаза. Казалось, он видит меня впервые. – И давно ты куришь? – слегка севшим голосом поинтересовался он. Неспешно выдохнув дым наверх, я молча протянула другу вторую сигарету. Я курила второй раз в жизни. И если вчера это был жест отчаяния, то сегодня я просто хотела расслабиться. Алекс беспрекословно взял из моих рук сигарету и, затянувшись от моей, закурил. По его уверенным движениям было понятно, что делает он это не впервые. – Бля, сто лет этого не делал, – с блаженством закрыл глаза Алекс. Я усмехнулась, выдувая тонкую стройку дыма наверх и любуясь тем, как она растворяется в ночном небе. – Егор – гей, – тихо проговорила я, отвечая на предыдущий вопрос Алекса. Ничуть не удивившись, тот кивнул. – Ну если честно, я сразу понял это. Я метнула в друга острый взгляд. – Мог бы и поделиться своими наблюдениями! Покачав головой, Алекс тихо рассмеялся. – Егор мог еще сам себе до конца не признаться. Поэтому я не мог его так торопить. Я сделала еще одну глубокую затяжку. Горло запершило от дыма, но в голове странным образом прояснилось. – Вы были бы обалденной парой, – задумчиво протянула я, разглядывая звездное небо. Для дождливой осени оно было слишком обнажено. Столько звезд я не видела и ясным летом. – У меня есть Аслан, – тихо напомнил Алекс. Кончик его тлеющей сигареты терялся среди мерцающих планет. Чувствуя странное оцепенение, я кивнула. Аслан. Взрослый состоявшийся мужчина, от которого так легко потерять голову… – И, кажется, я перепил сидра, потому что вижу его прямо сейчас, – замерев, прошептал Алекс. Опустив руку с сигаретой, я проследила за его взглядом. Через дорогу возле модного переливающегося огнями ночного бара припарковался красный мустанг. Слишком яркая и уникальная машина, чтобы это могло быть ошибкой. Чертыхнувшись, я отбросила сигарету и шагнула к Алексу. Я должна была защитить друга от разочарования. Отвлечь его, чтобы он не видел, как, ослепительно улыбаясь, Аслан помогал вылезти из машины роскошной длинноногой блондинке. Но я не успела. И сердце разбилось вдребезги, когда я заглянула в побледневшее лицо Алекса. Он не сводил глаз с обнимающейся парочки. – Алекс… – прошептала я. Но мой голос унес порывистый ветер. А парень, сердце которого было слишком огромным и чистым для этого мира, даже не шелохнулся. Он стоял и смотрел на то, как его парень целует другую. Страстно, дерзко, у всех на виду. И мне хотелось орать от боли, когда я видела, как медленно одна за другой потухали звезды в его голубых глазах…