Глава 36

После того, что сделал со мной Горецкий, я думала, что еще очень долго не захочу секса. Но как же я ошибалась! Стоило ему шагнуть ко мне в душевую кабинку и, обхватив своими ручищами, поцеловать, как меня накрыло. – Черт, Аронова, я снова хочу тебя… – пробормотал Руслан, обхватывая мое лицо ладонями и целуя как в последний раз. Боже. У меня закружилась голова и подкосились ноги. – Что же тебя останавливает? – держась за широкие плечи, подняла я на Руса пьяные от желания глаза. Даже под струями горячей воды моя кожа покрылась мурашками. – Ты уверена, что это хорошая идея? – впился в мое лицо потемневшим взглядом Горецкий. – Я могу подождать, если нужно. Отступив назад, я уперлась спиной о стеклянную стену и посмотрела Русу прямо в глаза. Мы стояли напротив друг друга полностью обнаженные, обостренные, натянутые до предела. И одного щелчка было достаточно, чтобы кровь в наших жилах вспыхнула, как бензин от спички. – Решил поиграть в джентльмена? – усмехнулась я, откидывая мокрые волосы назад. – Тебе не идет. И это было последнее, что я смогла сказать. Потому что в следующую же секунду Горецкий буквально впечатал меня в стенку душевой и поцеловал с таким остервенением, что мой мозг отключился напрочь. – Как скажешь, малышка, – глухо прорычал мне в губы Руслан. – С тобой я буду тем, кем являюсь на самом деле. Всхлипнув, я схватилась за широкие налитые мускулами плечи. Не прекращая целовать, Горецкий оторвал меня от пола, подхватывая ладонями под попу. – Бля, ничего слаще в своей жизни не пробовал… – простонал Руслан, прикусывая мою нижнюю губу и тут же нетерпеливо вторгаясь языком в мой рот. О, господи. Низ живота свело от возбуждения. Обхватив ногами мужской торс, я обняла Руслана за шею, ощущая, как в унисон бешено бьются наши сердца. Мое тело еще не отошло от первого раза, а я уже яростно хотела, чтобы Горецкий снова взял меня. Это диагноз. – Не здесь, малыш. В этот раз под тобой будут шелковые простыни, – играя желваками, процедил Руслан, с трудом отрываясь от моих губ. Я усмехнулась, чувствуя, как расправляются крылья за моей спиной. – Думаешь, это что-то изменит? Горецкий опалил меня тяжелым взглядом. – Да. В этот раз ты кончишь. Пытаясь справиться с головокружением, я уставилась на мужчину. – А ты? Губы Горецкого изогнулись в такой пошлой и сексуальной ухмылке, что меня бросило в жар. – Поверь, ты узнаешь об этом первая, – наклонившись, выдал он и жарко поцеловал меня в шею. Я со стоном откинула голову. Боюсь, я могла кончить задолго до того, как окажусь на простынях. Не переставая ласкать губами мои шею и плечи, Руслан вынес меня из ванной комнаты и, в два шага достигнув кровати, бросил на нее. Ахнув, я вытянулась на шелковом покрывале. Определенно, эта широченная кровать с упругим матрасом и роскошным жемчужно-серым постельным бельем была предназначена не только для сна. Опустив руки вдоль тела, Горецкий медленно выпрямился во весь свой немаленький рост и окинул меня пронизывающим взглядом, от которого мои поджилки затряслись. Черт, в этом мужчине было столько дикой необузданной силы, что внутри меня всё переворачивалось от волнения. – Ты очень красивая, веснушка, – медленно проговорил Руслан, не спуская с меня потемневших глаз. Жилка, бившаяся на мощной шее, выдавала его с головой. Он был на пределе. Также, как и я. – Помнится, ты говорил, что мне нужно набрать пару килограммов, – не удержалась я от укола. Опустив голову, Горецкий сверкнул мальчишеской ухмылкой. – Аронова, я готов был сказать что угодно, лишь бы не думать о том, что скрывается под твоей безразмерной одеждой. Я с улыбкой приподнялась на локтях. – А что ты скажешь теперь? Раздув ноздри, Горецкий медленно провел ладонью по моей ноге. – Что хрен я теперь смогу сосредоточиться на парах, – с досадой пробормотал он, наклоняясь и увлеченно целуя меня во внутреннюю часть бедра. Я невольно развела ноги, желая бОльшего. – Зато ты, наконец-то, перестанешь занижать мне оценки и придираться, – со смешком выдохнула я, кусая губы. Обнаженный Горецкий, устроившийся между моих ног, заставлял ужасно нервничать. Лизнув меня в опасной близости от изнывающей плоти, Руслан исподлобья посмотрел на меня. – Аронова, да ты теперь постоянно будешь в косяках! И каждый божий день будешь оставаться после пар на отработку. Я со стоном упала на подушку. – Я тебя ненавижу! – Знаю, – довольно протянул Горецкий, обхватывая мои бедра и слегка приподнимая их. Я вцепилась пальцами в покрывало. Какого черта он задумал… А потом я почувствовала прерывистое дыхание у себя прямо там. И в ту же секунду горячий влажный язык уверенно скользнул в меня. О. Мой. Бог. Мое влагалище сжалось так сильно, что я чуть не кончила. – Ру-у-у-ус… – уверена, мой протяжный стон услышали все соседи. Усмехнувшись, Горецкий слегка потерся щетиной о мои разведенные бедра. – Я мечтал услышать это с самой нашей первой встречи. Не в силах что-то ответить, я попыталась отползти от мужчины, упираясь пятками в скользкую поверхность. Это было выше моих сил. Но Руслан безжалостно вернул меня на место. – Закинь ногу мне на плечо, – хрипло приказал он. Помедлив, я положила правую ногу на широкое плечо. В конце концов, кто я такая, чтобы спорить со своим куратором? До боли сжав мои бедра пальцами, Горецкий проложил дорожку влажных поцелуев до моих половых губ. Он делал это так медленно и горячо, что у меня помутилось в голове. – Открой глаза и посмотри на меня, Аронова, – низкий грубый голос Горецкого заставил меня вздрогнуть. Облизав губы, я посмотрела на мужчину. Вид Горецкого с потемневшими почти злыми глазами, взъерошенными волосами и тяжело вздымающейся грудью был фантастическим. Черт, теперь эта картинка будет преследовать меня. И на парах по экономике мне придется не просто… Удерживая мой взгляд, Горецкий протяжно лизнул меня вверх до самого клитора. Дрожь пробежала по моему телу. Господи-боже-мой… Довольно усмехнувшись, Руслан углубился. Его горячий язык проник в меня так глубоко, что я выгнулась, как от удара электрическим током. Потеряв всякий стыд, я громко застонала, извиваясь на шелковых простынях. Горецкий исправно выполнял свое обещание. Я была совсем близко от самого невероятного оргазма. Горячая ладонь нетерпеливо накрыла мою грудь и мягко сжала ее. Судорожно вдыхая, я закинула вторую ногу на мужские плечи, сходя с ума от горячего дыхания и бесстыжих ласк у себя прямо там. Руслан не останавливался. Поглаживая ладонями мое напряженное тело, он орудовал своим влажным горячим языком, безошибочно находя самые чувствительные точки. Я не могла дышать. Каждая моя мышца была напряжена до предела. Я не могла поверить в происходящее. Горецкий вылизывал меня! И делал это с таким рвением, будто я была самым вкусным тающим мороженым! Черт-черт-черт! Я всхлипнула, пытаясь сжать ноги. Внутри меня нарастал жар такой силы, что я буквально изнывала от желания получить долгожданную разрядку. – Да… Еще… – захлебываясь собственным дыханием, стонала я. Губы Горецкого растянулись в ухмылке. – Мне нравится, как ты просишь, – протянул он, приподнимаясь надо мной. Я готова была заскулить от досады. Зачем он остановился?! Уловив в моих глазах неутоленный голод, Горецкий прищурился и резко перевернул меня на живот, прижимая щекой к покрывалу. Я ахнула и судорожно сжала бедра в попытке избавиться от тяжести, скопившейся внизу живота. Но Руслан, скользнув ладонью мне под живот, грубо развел мои ноги, слегка приподнимая меня. Ничего не соображая, я послушно встала на колени. Я даже не успела начать переживать по поводу того, что задумал Горецкий. И когда он, прижавшись ко мне сзади, плавно вошел в меня, влажную, изнывающую, пульсирующую, я смогла только широко распахнуть глаза и нервно втянуть воздух через открытый рот. Твою мать! Это было так проникновенно, сексуально и возбуждающе приятно, что я потекла еще больше. Глухой стон Горецкого дал понять, что он тоже почувствовал это. Сжимая ладонями мой зад, Рус медленно вышел из меня и снова вошел – уже глубже и сильнее. Я всхлипнула от удовольствия, комкая пальцами шелковую ткань. В этот раз мне было практически не больно. Горецкий основательно подготовил меня и контролировал каждое свое движения, не позволяя себе того темпа, к которому привык. Наклонившись, Руслан прижался всем торсом к моей спине, целуя в шею и давая время привыкнуть к его размерам. Вытянув руки вперед, я постанывала от натяжения и дикой пульсации внутри себя. Я все еще не кончила и выгибалась, как дикая похотливая кошка. Я была в полушаге от того, чтобы начать умолять Горецкого трахнуть меня как следует. Но, к счастью, Руслан и сам больше не мог сдерживаться. Усмехнувшись мне в шею, он слегка укусил меня за плечо и, приподнявшись, грубым толчком вжался в меня бедрами. – Да-а-а-а-а-а!.. – я не узнавала собственного голоса. Он стал низким и сексуальным. Рвано выдохнув, Горецкий уперся ладонями в кровать и начал плавно двигаться во мне, постепенно наращивая темп. Уткнувшись лицом в кровать, я уже стонала во весь голос, чувствуя, как каждый толчок приближает меня к чему-то фееричному. Рвано дыша, Руслан продолжал трахать меня, изредка издавая приглушенные стоны. Я все еще была слишком узкой для него. Но едва ли это было проблемой. Мы оба были на грани. Я не выдержала первой. Зажмурившись, я напряглась, чувствуя, как огненная лава проносится по моим жилам, концентрируясь внизу живота. И очередное влажное скольжение внутри меня обернулось неминуемым взрывом. Запрокинув голову, я гортанно закричала, дрожа от обжигающих судорог. Волна за волной. Снова и снова. Я никак не могла успокоиться, пульсируя и искря, как обнаженный провод. Матерясь сквозь крепко сжатые зубы, Горецкий продолжал двигаться, продлевая мою агонию. В ушах звенело, голова кружилась. И когда я уже готова была потерять сознание от запредельных ощущений, Рус с глухим стоном навалился сверху, вжимаясь в меня всей длиной. Низ живота свело от болезненного наслаждения. Растянувшись под тяжелым телом, я почувствовала, как что-то горячее толчками обжигает меня изнутри. И в голову закралась запоздалая мысль о презервативе.