Глава 7

– Отвезите меня назад в университет! – мой голос стал выше на несколько тонов. Я была так зла на Горецкого, что готова была стукнуть его по драгоценной преподавательской башке. – Аронова, женские истерики тебе не идут, – усмехнулся Руслан Александрович, вылезая из машины. – Я не собираюсь продавать тебя в секс-рабство, не обольщайся. Я просто хочу пообедать. Я с сомнением покосилась на неоновую вывеску. Интересные, однако, вкусовые пристрастия у нашего куратора! А, может, он тут подрабатывает?! – Можно было и в студенческой столовой пообедать, – буркнула я, крепко прижимая попу к сидению. Ноги моей не будет в этом пристанище разврата! Горецкий приподнял бровь и, неторопливо обойдя машину, оказался возле моей двери. – Выходи, Аронова, – голосом Серого волка из сказки протянул он. Его глаза при этом сузились, а плечи напряглись. Выглядело устрашающе. Почувствовав себя самым трусливым из трех поросят, я лихорадочно помотала головой. Знаю я, чем сказка закончилась! Вполголоса выругавшись, Горецкий распахнул дверь Рэндж Ровера и стремительно наклонился ко мне. Его глаза цвета ртути яростно впились в мое лицо. И пока я хлопала ресницами, пытаясь собраться с мыслями, мужчина недобро усмехнулся и, придвинувшись еще ближе, резко подхватил меня на руки и вытащил из машины, как какой-то мешок картошки. Я судорожно схватилась за шею Горецкого и глубоко вдохнула запах его разгоряченной кожи с примесью дорогого парфюма. Голова тут же закружилась, а внутренности в животе скрутились в узел. Да какого черта! – Отпусти! – выдохнула я, ударив Горецкого по плечу. Но тот даже бровью не повел. – Ты вообще ешь когда-нибудь? – с легким раздражением процедил он, коленом захлопывая дверь машины и перехватывая меня покрепче. Его ладонь при этом не по-преподавательски легла на мою попу, а другая по-хозяйски обняла за плечи. Задохнувшись от возмущения, я яростно забилась в мужских руках. Да что он себе позволяет?! Но Горецкого мои трепыхания не впечатлили. С невозмутимым лицом он понес меня к стрип-клубу. И чем сильнее я извивалась, тем крепче сжимались его руки. Так что, когда мы шагнули внутрь здания, я уже не сомневалась, что на моем теле осталось несколько синяков. Мистер Грей, блин, недоделанный! – Добрый день, Руслан Александрович, – вынырнул из тени громила в пижонском костюме. – Да чтоб тебя! – вздрогнула я всем телом. Горецкий с усмешкой покосился на меня. – Олег, передай, чтобы в первую випку принесли обед на двоих, – перевел он взгляд на охранника. Тот кивнул, старательно не замечая злую и красную меня на руках Горецкого. – И проследи, чтобы нас не беспокоили, – невозмутимо добавил Руслан Александрович, направляясь к темному коридору, таинственно подсвеченному неяркими лампами. А неплохо он тут устроился! – Может, уже отпустите меня? – ядовито прошипела я, прожигая взглядом дыру в гладко выбритой щеке Горецкого. – Или будете с ложечки кормить? Мужчина, прищурившись, посмотрел на меня. – Не сбежишь? Я фыркнула. Умом я понимала, что надо валить отсюда как можно быстрее, но любопытство было сильнее здравого смысла. – Только узнаю, какого черта вы меня сюда притащили, и сразу свалю, – буркнула я. Горецкий низко рассмеялся и плавно опустил меня на пол. – Какие вы, женщины, предсказуемые, – хмыкнул он, распахивая дверь из темного дерева. Я закатила глаза. – А вы у нас, конечно, спец по женщинам, – пробормотала я, следуя за Горецким. Вип-комната оказалась на удивление стильной и уютной. Не знаю, что я ожидала увидеть, но кожаных диванов и блестящих шестов тут точно не было. Просторное помещение в темных тонах с современной мебелью и огромной плазмой на стене напоминало скорее гостиную какого-нибудь богатого холостяка с хорошим вкусом. – А в деканате знают, где вы проводите свободное от преподавания время? – тихо спросила я, оглядываясь по сторонам. Судя по тому, что Горецкого узнавали охранники, он бывал тут и не раз. Может, он встречается со стриптизёршей?.. – Я много чем занимаюсь в свое свободное время, – лениво протянул мужчина, подходя к столику с богатым арсеналом бутылок разного калибра. – Но декану совсем не обязательно об этом знать. Я усмехнулась. – Боитесь, что погонят? Горецкий плеснул себе янтарной жидкости и медленно повернулся ко мне. Каждое его движение неизбежно наводило на мысль о том, что дразнить хищника опасно для жизни. – А я смотрю, ты, Аронова, осмелела, – окинул он меня с головы до ног прищуренным взглядом. Я сглотнула. Он всего лишь мой куратор. И не сможет мне ничего сделать. – Может, в моих руках слишком много козырей, чтобы бояться вас? – с вызовом выдала я, глядя Горецкому прямо в глаза. Надеюсь, он не заметит, как трясутся мои поджилки. Глотнув виски, мужчина поставил стакан на стол и, удерживая мой взгляд, шагнул вперед. Я инстинктивно дернулась к двери, но было слишком поздно. – Ты о чем, малахольная? – тихо проговорил Горецкий, резко хватая меня за запястье. Еще один синяк. – Того, что я знаю, достаточно, чтобы вас выгнали из универа и больше никогда не допускали к преподаванию, – прошипела я, запрокидывая голову. Лицо Горецкого было слишком близко, и я подумала, что еще никогда не видела такого яростного огня в мужских глазах. – Такая взрослая, а всё еще веришь в сказки, – еле слышно прошептал Горецкий, за руку притягивая к себе. Я практически впечаталась в напряженное тело. – Что, стриптизерши уже не возбуждают? – нервно усмехнулась я, каждой клеточкой ощущая разрушительную силу Горецкого. Я встречала таких мужчин. Они привыкли брать, упиваясь своей мощью и безнаказанностью. – А ты думаешь, я возбужден? – приподнял брови Горецкий, скользя задумчивым взглядом по моему лицу. Казалось, он размышлял, съесть меня сейчас или отложить на ужин. – Я думаю, что для преподавателя вы ведете себя, капец, как странно! – воскликнула я, нервно выворачивая свое запястье из жестких пальцев. Горецкий с усмешкой разжал руку и сделал шаг назад. При этом он не сводил немигающих глаз с моего запястья, на котором начал проявляться багровый след от его пальцев. И готова была поклясться, что от этой картины в серых глазах вспыхнул хищный блеск. Да он точно больной! – Просто в отличие от других я не пытаюсь казаться тем, кем не являюсь, – медленно проговорил Горецкий, поднимая на меня глаза и заставляя мой желудок ухнуть куда-то вниз. – Зачем я здесь? – сглотнув, хрипло спросила я. Я из последних сил держалась за свои представления о нормальности и пыталась разложить все по полочкам. Но рядом с Горецким это было чертовски сложно. – Я же сказал, что хочу есть, – с легким раздражением проговорил мужчина, подхватывая бокал с виски и падая на огромное кресло, оббитое темно-коричневой тканью. Я украдкой перевела дыхание. – Вы любите, когда студенты смотрят вам в рот, пока вы жуете свое фуа-гра? Говоря это, я прикидывала, сколько метров отделяет меня от двери. Четыре стремительных шага, и я на свободе. – Блять, Аронова, да сядь ты и не выноси мне мозги! – рявкнул Горецкий, одаряя меня тяжелым взглядом. Я поджала губы и упрямо скрестила руки на груди. Не сдвинусь с места, пока Горецкий не ответит хотя бы на один из вопросов. В это время к нам в комнату вкатил официант с двухъярусным столиком, уставленным тарелками. Покосившись на мрачного Руслана Александровича и меня, застывшую в воинственной позе, парень опустил глаза и максимально быстро накрыл на стол. В гнетущей тишине раздавалось только аккуратное позвякивание тарелок и постукивание пальцев Горецкого по полупустому бокалу с виски. Обратно к нему в машину я точно не сяду! Закончив сервировать стол, парень бесшумно выскользнул за дверь и оставил нас с Горецким наедине. – Присоединяйся, Аронова, – исподлобья посмотрел на меня Руслан Александрович и взялся за столовые приборы. Запахи в комнате витали такие, что мой бедный желудок заурчал на всю ивановскую. – Я уже обедала, – незаметно сглотнув, соврала я. На самом деле за весь день я успела выпить только кофе с протеиновым батончиком, который подсунул мне Алекс. Горецкий медленно поднял голову и окинул меня внимательным взглядом. – Думаю, твой парень скажет только спасибо, если ты наберешь пару килограммов. Я застыла, не зная, как мне реагировать на подобное заявление. Может, залепить своему преподавателю пощечину?! Или опрокинуть на его шикарные штаны тарелку с дымящимся супом?! – Просто сядь и поешь, – будто прочитав мои мысли, пробурчал Горецкий и добавил. – А потом я расскажу, что мне от тебя нужно.