Глава восьмая. То, что дороже жизни

Хотелось упасть в обморок. Но почему-то не получалось. Не знаю, чем таким накачал нас Безумный Лаг, но это точно было не снотворное и не яд. Постепенно зрение вернулось в норму, руки перестали дрожать, и я почти стала сама собой. По крайней мере, осознала, что мы очень серьезно влипли.

– Лайхорн, отойди мне за спину, – прошипел Клайн.

– Как будто это поможет, – выдохнула я и огляделась.

Гоблинские поселения я раньше видела только на картинках.

Смешные домишки, наполовину врытые в землю и сложенные из крупных камней. Крыши у тех, что были побольше, закрывали широкие каменные плиты. Наверное, это дома тех, кто богаче. Нужно было спрашивать у Ру, есть ли среди гоблинов разделение на бедных и богатых. Хотя, он всю свою жизнь прожил в Ситаре, так что вряд ли знал такие подробности. Но все равно, нужно было спрашивать, пока была возможность.

Перед нами пробежала собака, лениво гавкнула и потрусила дальше по своим делам. Все. Эм, ничего не понимаю.

Зато после этого распахнулась дверь самого большого дома, и оттуда вышел громадный гоблин. Кажется, вот теперь нам придётся не сладко.

Бежать тут некуда. Все поселения гоблинов обнесены высокими стенами – и маг с первого раза не перелетит. А уж со сбоящим резервом и подавно. Не сбежать, не спрятаться, не скрыться…

– Это кто тут? – гоблин сплюнул на землю. – Человечешки на ужин пожаловали?

Я вздрогнула, бессознательно сделала шаг к Клайну, чтобы быть ближе. Помирать – так вместе!

– Зрыд! – следом за ним выскочила гоблинша.

Ух ты, а она даже красивая. Черты лица правильные, что для их расы удивительно. Аккуратные клыки, торчащие над нижней губой. И очень большие глаза темно-зеленого цвета. Да и сама стройная, худенькая, совсем не красавица по их меркам.

Она поправила рубаху, затянув потуже шнуровку на вороте, и встала перед гоблином, уперев руки в бока.

– Зрыд, сначала нужно разобраться!

Он оскалился, но почему-то спорить не стал.

Тем временем вокруг уже начали собираться жители. Я боялась, что на нас набросятся и растерзают, но ничего не происходило. Нас разглядывали. Кто-то с удивлением, кто-то с недоверием, а кто-то и с опаской. Словно они и не гоблины, а простые люди. И не нам их нужно бояться, а им – нас.

– Разобраться! – прорычал он. – Хорошо, но только ради тебя!

– Они же дети, посмотри. Не нечисть. Просто человеческие дети, – гоблинша с теплотой посмотрела на нас.

Такого я не ожидала.

– Это дети спокойно могут нас убить, – проворчал Зрыд. – Что вам здесь нужно? И как сюда попали? Отвечайте! Но если вас сюда прислал этот сумасшедший маг, то вам несдобровать!

Я открыла рот и тут же закрыла. А что сказать? Правда ему явно не понравится.

– Ой, да ты посмотри на них. Какой маг? Дети явно из долины. За Благословением? – она покачала головой. – И что же вас-то привело к нам? Родители против?

– Да нет! Мы, – мой голос сорвался. Еще чего не хватало!

Клайн схватил меня за руку, чуть помедлил и прижал её к своей щеке.

– Я и Шиа действительно пришли сюда за благословением. К сожалению, реальность оказалась не столь радужной, как нам бы того хотелось, – он горько вздохнул. – И если вы окажете нам эту честь…

– Как заливает, – восхитилась гоблинша. – Зрыд, ты только послушай. Тебе есть чему поучиться у паренька. Эх, парень, вы все из Долины почему-то считаете, что Благословение вам подарят. Нет, за него нужно бороться. За любое счастье нужно бороться. Ничего никогда не даётся просто так.

– Райха, чего ты им объясняешь? Не маленькие уже, сами разберутся завтра. Кидай в яму и пошли уже. Время только теряем.

Не хочу я в яму. Сделала шаг назад. Раздался смешок. Посмотрела в ту сторону и… Мамочка! Огромный гоблин в боевом облачении плотоядно меня разглядывал. Так и хотелось сказать – я невкусная! Я ядовитая! Но кричать так сочла неразумным и вернулась под крылышко Клайна, который вёл себя все более неадекватно.

– Мы готовы на все, прекрасная леди! Это Благословение может спасти наши жизни!

Нет, он, конечно, в чем-то прав. Наши жизни это спасёт, но только в том случае, если эта штука и вправду нужна Лагу. С другой стороны, этот чудик не забросил бы нас сюда, не нуждайся в Благословении. Угораздило же!

– Готовы? – она удивилась. – Уверены?

– Конечно, леди!

– Ох, подлиза, не называй меня так. Какая я тебе леди, – но улыбалась гоблина вполне искренне. – Я отведу вас в яму. Там у вас будет время подумать.

– Давай я отведу? – тот гоблин, что пялился на меня, резво двинулся к нам.

– Нет, Охр, – остановила его Райха. – Сейчас не твоё время.

Он разозлился, мышцы напряглись, но спорить с ней не стал. Кошмар. Как я на ногах-то держусь? Не быть мне боевым магом, совсем раскисла.

Нас сопроводили к аккуратной каменной насыпи. Кто-то очень бережно, можно сказать, любя, подбирал камни по размеру и форме. Под насыпью оказалась решетка и лестница вниз.

– Лестницу мы уберём, – огорчила меня гоблинша. – Иначе ваши сомнения могут заставить свернуть с пути. Благословение – это не просто наш дар. Это дар всей магии Голингорана. Это то, что осталось от старого мира, рухнувшего много лет назад. Подумайте. Осознайте. И примите правильное решение до того, как спуститесь вниз. Потом дороги назад не будут.

– Мы готовы, – ответил за нас обоих Клайн.

– Я верю вам. Спускайтесь, – гоблинша дождалась, когда мы окажемся на дне ямы, и только потом продолжила свою речь. – Вспомните то, что вам дорого. Откройте друг другу сердца. Между вами не должно остаться недомолвок, недоверия и лукавства. Вы идёте к магии, что старше вас, старше всего этого мира. Она не прощает обмана. Завтра вы узнаете, признает ли она вас достойными и даст ли свое Благословение. Если нет, то пусть смерть будет милостива. И оставит хоть что-то от ваших тел, дабы пир на ваших костях утолил наше горе.

И ушла.

А я поняла, что нам конец. Мы умрём. И смерть будет мучительной.

А потом нас съедят.

– Нам конец, – озвучила я пришедшую в голову мысль.

– Мы справимся, Шиа, не стоит паниковать заранее, – Клайн – хотя, он меня уже по имени называет, может, и мне стоит? – огляделся, заметил лежак, покрытый чьей-то лохматой шкурой, и устремился к нему. – Нам нужно это Благословение, чем бы они ни являлось.

– Помереть тут или помереть там, – я развела руками, философски прикидывая наши шансы. – Пятьдесят процентов, что помрем там, пятьдесят процентов, что помрем тут. Что ж, ты прав, паниковать не стоит.

Он посмотрел на меня, вздохнул и завалился на лежак.

– Лучше иди сюда, – похлопал рядом с собой.

– Я постою.

Идти к нему не хотелось, но это было единственное место, где можно было посидеть. Глупо, но оказавшись с ним наедине теперь, я испытывала смущение. Никогда раньше такого не было. И вот сейчас…

Начала разглядывать стену. Красивые камешки, серенькие такие, как мех Мурмирауса. Кто-то очень постарался, выкладывая их так тесно друг к другу, магии-то здесь практически нет. Провела рукой по стене. Шершавая. С другой стороны, что я ожидала от камня.

– Темнеет, – вдруг сказал Ян.

Хотела назвать его идиотом, но не успела. Небо, которое было видно в отверстия решетки, вдруг начало менять цвет. Голубое стало синим, синее – фиолетовым, а фиолетовое – черным. И все за несколько мгновений.

– Что происходит? – испуганно спросила я.

А ведь было, чего испугаться.

– Шиа, иди сюда, – позвал Ян.

Какое может быть смущение, когда страх въедается в кожу? Я вытянула вперед руки и застыла. Ладони светились золотым, словно я измазалась в фейской пыли.

– Ты чего замерла? Иди сюда, на мой голос.

– А ты разве не видишь? – удивила сильно. Мои ладони чуть ли не горели.

– Вижу что? Тут темень абсолютная.

– Но мои руки, – как он не видит? Тут же сияет все! – Они светятся.

– Так свети ими и иди ко мне, – пробурчал он.

Странная идея, но она сработала. Я добралась до лежака и присела на край. Сияние на руках тут же погасло. Ничего не понимаю.

– Все еще светятся? – спросил Себастьян.

– Нет, – протянула задумчиво. – Погасли.

– Вот и отлично, ложись тогда, – он потянул меня на себя, но я взбрыкнула:

– Я просто посижу!

– Холодает, – предупредил он и замолчал.

В голове тут же закрутились сотни мыслей о том, что будет дальше. Страшно. Эта гоблинша сетовала, что если нам не достанется Благословения, то и есть будет нечего. Это совсем меня не радует. Как так? Что же такое тут происходит? Испытания на выносливость? На ум? На… Не знаю. Быть искренне друг с другом?

– Себастьян, помнишь ее слова?

– Какие?

– Что между нами не должно остаться недомолвок и недоверия, – странно пытаться разглядеть его лицо в темноте, но я пыталась.

– Да, помню, – и замолчал.

Я ждала продолжения, но ничего не происходило.

– Я перестала тебя ненавидеть, – решила сказать. Пусть знает.

– Спасибо, – он не смеялся надо мной, но улыбку в голосе я различила. – И к чему это?

– Я больше не хочу спорить и ссорится. Нам нужно поговорить. Может быть, это Благословение – повод помириться?

– Мы и не ссоримся, Шиа, если ты не заметила. Очень давно не ссоримся, – он неожиданно схватил меня за руку и притянул к себе.

Я молча легла рядом, вглядываясь в темноту. Не знаю, о чем думал он, но мне казалось, что все это странный сон. Я вот-вот проснусь, и окажется, что ничего не было. Даже из дома не уезжала. Вспомнился Дир и его слова. А ведь сейчас они даже не вызывают никаких эмоций. Я просто слышу их и все. А чувства… Нет их. Может быть, обида, непонимание. И все. И еще страх, но это совсем с ним не связано.

– Ян, – шепнула я, прижимаясь к нему. Было страшно, ведь завтра… Лучше не думать о том, что будет завтра.

– Не бойся, – он помедлил, а затем положил мне на плечо руку и притянул к себе. – Мы справимся.

– А если нет? – плохие мысли не хотели покидать мою бедовую голову.

– Справимся, Шиа. Поверь, мне бы не хотелось терять мою личную занозу, – хмыкнул Себастьян.

– Кто я? – вскинула голову и возмущённо толкнула его кулаком в живот. Не сильно, но ощутимо.

Он засмеялся и перехватил мою руку.

– Ты заноза, Лайхорн. Самая настоящая. Ты же мне три года спать спокойно не давала.

– Это ещё почему?

Интересно, что он мне расскажет?

– Почему, почему… Выскочка, пекарская дочка. А учишься со мной! – в шутливом тоне проскользнули нотки горечи, а мне стало обидно, но показывать это… Зачем? Завтра мы можем и умереть. – Знала бы ты, сколько я выслушал от родителей. Когда ты сдавала теорию лучше меня, я был готов тебя придушить. Правда. Ведь знал, что назавтра отец вызовет порталом и будет долго и нудно объяснять, что я его позорю. Понимаешь, позорю! Сын герцога уступил выскочке из низов! Считай это глупой завистью, но так и было. Я устал говорить ему, что не хочу соревноваться с девчонкой, а он… Прости меня, я был завистливым идиотом.

– Точно был? – уточнила, не зная, что еще ответить. – Больше не будешь?

– Не буду, моя прекрасная леди, – он взял мою руку и поцеловал, но я…

Я замерла, понимая, но отрицая то, что сейчас казалось невероятным, необъяснимым, но таким реальным. Этот голос в темноте. Интонация. Слова. Да даже простое действие. Слишком все это было мне знакомо.

И поверить в такое я не могла.

И что теперь делать?

Он отпустил руку, и я тут же притянула её в груди.

– Шиа, ты чего? – спросил Ян. – Смутилась? Прости, так привык, что не подумал о том, как ты к этому отнесешься.

Он вообще о чем? Я тут в шоке от осознания того, чего просто не может быть!

Дир ведь сказал, что это он!

Дир…

А Дир мог и соврать, как врал мне все это время. Был ли он на самом деле на балу?

Спросить у Клайна? Да, конечно, он был! Он же сын герцога! Точно был! А если я спрошу, то сразу выдам себя. А вот это будет нехорошо.

Но любопытство-то гложет!

Начала считать по пальцам. Спросить, не спросить, спросить… Спросить. Придётся спрашивать.

Ну, ты, Шиа, и дура! Пальцев же десять. Конечно, ответ будет такой. И как же решиться?

– Ян? – позвала и тут же захлопнула рот. Ну, и зачем?

– Что? – выдохнул он.

– Можно я тебя кое о чем спрошу?

– Спрашивай.

Задержала дыхание, словно собиралась нырнуть в озеро Кайиризи. И чего, спрашивается, я боюсь?

– Ты был на балу Дебютанток?

– Да. А что такое?

– Ты… Танцевал с девушкой в костюме Ризетты?

Ян приподнялся на локте, пытаясь разглядеть моё лицо. Но абсолютная тьма все скрывала. И замечательно.

– Лайхорн, ты меня пугаешь? – за шутливым тоном скрывалось нечто большее. – Ты за мной следишь?

– Нет, я… Узнать хотела… Но не хочешь – не говори. Я спросила, а это уже и не важно, – мой голос опустился до шепота.

– Что-то не верится, – хмыкнул Ян. Замер. И вдруг потрясенно воскликнул. – Только не говори, что это была ты!

С трудом сдержала истерический смешок, пожалев, что я его лица не вижу. Всё же, какой конфуз для нас обоих!

– Не скажу, – удовлетворение от мелкой пакости скрыть все же не смогла.

– Шиа, это ты танцевала со мной? – строго спросил он.

– Нет, я с Диром, – память упрямо подсовывала нестыковки в моей версии. Да, мой парень сказал, что это был он, но теперь я была в этом абсолютно не уверена. Вот, вообще!

– Его там не было, – Ян снова шевельнулся и сел. – Он приехал намного позже этого танца и весь вечер провел с леди Ирвой.

Сердце болезненно кольнуло.

– С кем?

Почему я продолжаю о нем думать? Хватит!

– Одна сумасшедшая старушка… Но ты от темы не уходи! Как я мог не догадаться. Лайхорн, ты была там настоящей леди!

– Спасибо за комплимент, – пробурчала и отвернулась.

– Я не шучу. И не понимаю, почему ты обижаешься, – он немного помолчал. – Я знаю, ты не захочешь этого слушать, но тот парень, твой жених, тебя не достоин. Он обманывает тебя. Я хотел рассказать, открыть глаза на его ложь, когда нашёл тебя с Мурмираусом.

– Я знаю, я все слышала…

– И что будешь делать? – в голосе Яна снова проскользнуло нечто странное.

Вот, где моя хваленая проницательность, когда так нужна?

– Мне необходимо с ним поговорить, – доводы разума возобладали над разобиженным сердцем.

– С ним не говорить нужно, а припечатать заклинанием помощнее. И не спорь со мной. Я таких, как он, много видел!

– И сам такой, – не удержалась от колкости.

– И сам, – неожиданно согласился Клайн. – Даже спорить не буду.

Вот же! А на что ты, Шиа, надеялась? Что он будет тебя убеждать, что невинный цветочек? Ага, разбежалась и прыгнула!

– Но ты от темы ушла, – я почувствовала его улыбку. – Ты – и на бале Дебютанток! Что я о тебе не знаю, пекарская дочка?

– А что ты знаешь, герцогский сынок?

Он засмеялся в голос, я тоже улыбнулась… И вокруг нас начало зарождаться золотистое сияние. Оно выхватил из мрака его лицо – счастливую, не по ситуации совсем, улыбку, чуть прищуренные глаза. Красивый парень с отвратительным характером.

Зачем я повернула голову в его сторону? Лежала бы и смотрела в стену, но нет, пялюсь теперь в эти наглые глазенки!

– Шиа, – Клайн сглотнул и начал ко мне наклоняться. – Мне нравится, – не договорил, а я прикусила губу, завороженная его взглядом. – Мне нравится… Местная магия.

– Мне тоже.

Голос охрип. Странное напряжение окутало с ног до головы. Чего я жду? Неужели, действительно мечтаю о поцелуе? О его поцелуе?

Я приподнялась на локтях, даже не осознавая, что сама тянусь к нему.

– Шиа, я…

Скрежет камня оборвал его. Я вздрогнула, скинула с себя оцепенение.

Шиа Лайхорн! Ты сумасшедшая! Это же герцогенок Клайн!

Мы одновременно посмотрели в ту сторону, откуда донесся звук, и увидели, что стена отодвинулась в сторону ровно на то расстояние, которого хватит, чтобы спокойно мог пройти человек.

– И что это значит? – озвучил общий вопрос Клайн.

Сияние, что совсем недавно окружало нас, вдруг собралось в организованную кучку и стало цифрой «один». Не вру! В воздухе просто висела единица!

– Кажется, мы выполнили первое задание, – я потерянно огляделась, стараясь не смотреть на своего напарника. – И нас приглашают к следующему.

Клайн вскочил, протянул мне руку, предлагая на неё опереться. Руку я проигнорировала, пребывая в некотором замешательстве, как чувств, так и мыслей.

А между тем, самокопание лучше оставить до лучших времен.

– Права была Чиж, мы хорошая команда, – хмыкнул Ян и первым вошёл во тьму за дверью.