Эпилог

– Папулечка?

Я стояла в дверях пекарни, наблюдая, как он и Дудо замешивают тесто для бесплатного хлеба. Папина инициатива. Он решил, что хлеб быстрее поможет всем забыть о том, что произошло.

Мне никто не ответил. Не знаю, почему, он считал меня виноватой во всех смертных грехах. И все из-за того, что я неделю лежала в госпитале, после того, как в меня попало заклинание Ардуна. Ну, не совсем попало. Ян все же заметил, что я ушла, и бросился на помощь. Так что, меня лишь краешком зацепило.

Но зато из-за своей глупости я пропустила все самое интересное. Ингары, увидев, что нашему князю угрожает нешуточная опасность, ринулись в бой. Думаю, после этого Роднес не станет их увольнять. Всех, по крайней мере. Кое-кто сумел-таки отстоять честь мундира. В общем, пока они сражались с нечистью – и вполне успешно, надо сказать, – рудонская магия решила, что живой князь ей предпочтительнее. И вместо долгих месяцев мучительного ожидания в один момент отдала все в руки Роднеса. А наш профессор взял и закончил бой, остановив всех ардуновских монстров единственным желанием.

Ардун, кстати, кричал очень громко и ругался так заковыристо, что ему пришлось вставить в рот кляп. Слизнепоповым нитям понадобилось еще полчаса, чтобы полностью закутать его в непроницаемый кокон. Кажется, в коллегию магов его передали именно в таком виде. И все еще распутывают.

А я… Себастьян оттащил меня в госпиталь и сидел рядом с моей постелью до тех пор, пока его не отправили домой по вызову отца. С тех пор мы не виделись. Было грустно, я каждый день надеялась, что он войдет в палату и со своим обычным нахальством заявит что-то типа: «Эх, Лайхорн, сдурела столько спать?» Или не это… Я очень хотела увидеть его и сказать то, что осознала, когда поняла, что смерть близко. Что я люблю его. Но мне так и не удалось этого сделать.

– Папулечка? – снова позвала его.

Он тяжело вздохнул, отряхнул руки о передник и посмотрел на меня. Все это молча.

– Я больше так не буду.

– Врешь ведь, – снова вздохнул он. – Я знаю тебя, Шиа. Ты слишком добрая. Но у меня, кроме тебя никого не осталось. Подумай о старике-отце.

Чуть не разревелась, но удержалась. Да, точно перейду с боевого! Или вообще, брошу учебу и буду булочки печь!

– Папулечка…

В доме раздался странный стук. Будто уронили стул в столовой. И пусть город был освобожден от нечисти, люди все равно ждали подвоха. Хотя, после уничтожения монстров, магия Рудона сделал то, чего никто не мог ожидать. Все, кто был убит, – ожили. Они не помнили своей смерти, словно заснули и проснулись. Только те, кто был магами, вернулись к жизни обычными людьми. Все же, даже всемогущая рудонская магия оказалась бессильна перед незыблемыми законами природы.

– Дудо, мы выйдем, – сказал папа, сбрасывая передник.

Я шла за ним, прячась за широкой спиной. Да, было стыдно, но с тех пор, как я вышла из госпиталя моя магия не отзывалась. То есть, я знала, что она где-то там, чувствовала ее, только сделать ничего не могла.

Мы прошли по коридору, остановились. Затем папа резко открыл двери в столовую, словно пытаясь напугать непрошеного гостя. И замер.

– Туран, почему я узнаю все новости последним?

Этот голос я узнала!

Обошла папу, вышла вперед, встала между ним и нашим гостем, выставила вперед палец и негодующе вопросила:

– Как ты мне мог врать! Ты сказал, что понятия не имеешь, кто такой Лагуран Лайхорн!

Ехидный смешок от Безумного мага я пока оставила без внимания.

– Доченька, – растерянно произнес папа. – Ты что, с ним знакома?

– Знакомы мы, Туран. Не думал, правда, что в Рудон когда-нибудь самолично явлюсь, чтобы официально познакомиться. Но вот того, что ты не скажешь, что девочка при смерти, не ожидал! – Лаг даже кулаком по столу стукнул.

– Не кричи в моем доме! – повысил голос папа и вновь стал самим собой. – Не при смерти она. Все в порядке. Дурочка, но в нашем роду это семейное, – добавил тихо.

– Папа! – снова возмутилась я.

– Что «папа»? Ты бы подумала прежде, чем под заклинания кидаться. Боевой маг, тоже мне. Вот, и сиди теперь без магии, наукой будет.

– Без магии? – заинтересовался Лаг. – А почему без магии?

– Из-за этого дурацкого проклятия, – чуть не рыдая, я прошла к столу и села рядом с ним. – Снимите его с меня, а? Вы же сможете?

– Проклятие? – меня очень внимательно оглядели, пожали плечами, оглядели снова. – Дорогуша, на тебе нет никакого проклятия.

– То есть? – я даже всхлипывать перестала.

– Нет. Есть печать на магию, которую много лет поставил на себя и своих потомков мой дорогой брат.

– Печать? – нет, так не пойдет, я хочу все знать! – Расскажите мне все!

– Какой огонь в глазах, – хмыкнул Безумный Лаг. – Не удивительно, что печать треснула… Но, только возможно, в этом я не уверен, тут и в твоей маме дело. Дорогой Туран же нарушил семейные заветы, ведь так? – папа еще сильнее нахмурился. – Не обижайся. Лично я этому даже рад. Не глупость ли, столько лет держать магию под печатью?

– Да расскажите уже!

– Шиа, спокойствие. История стара как мир и также банальна. У меня был брат, почти такой же сильный маг, как и я. Только консерватор, никогда не поддерживал мои начинания, критиковал работу. А уж когда я решил обезмагить Гоблинские земли… Тут все и началось. Он решил, что не хочет меня знать, что магия – это чистое зло. В общем, парнишка сошел с ума. Кто я такой, чтобы спорить. Думал, перебесится и вернется домой. Но этот умник собрал все силы и наложил на себя печать, отсекая любое проявление магии в своем роду. Жил в Орданаре, не тужил. Точнее, его бесило упоминание моего имени. Я предлагал ему изменить фамилию, но Труран считал это предательством рода… Когда меня пришли арестовывать, мой добрый братишка тут же сдал, где я нахожусь, собрал пожитки и сбежал в Рудон. Только почему своими вещами он считал накопленное нашими предками состояние. Я человек не бедный, но обидно было.

– А с папой вы откуда знакомы? – хороша история, ничего не скажешь.

– Ну, должен же я поддерживать отношения с семьей! Я, между прочим, уже пожилой человек.

Сделала вид, что верю. Вот, явно есть еще какая-то причина, о которой мне никто не расскажет.

– А печать эту дурацкую вы можете с меня снять?

– Могу, она все равно треснула на тебе, толку от нее нет, мешает только. Наклонись, – он поманил меня пальцем. Перегнулась через стол и получила смачный щелчок в лоб. – Вот и все.

– Что? Так просто? – не поверила ему. – Постойте. А тогда, в Пустыне, вы не могли ее снять?

Я снова чувствовала свою магию, и это было так приятно, что даже не очень хотелось возмущаться. Но решила, что хоть чуть-чуть, но нужно.

– Ты ж не просила, – хмыкнул Лаг.

Действительно, не просила.

– И что теперь? – спросил папа. – Что будет с нами дальше?

– А что будет? У твой дочери резерв, как восстановится, будет истинно лайхорновский. Примерно пятнадцать лу, может, больше. Понаблюдаем.

– Сколько? – потрясенно прошептала я.

Это же уровень коллегиаров!

– Не расстраивайся, – успокоил Лаг, похлопав по моей руке. – Может, и больше.

– Ага, больше…

В дверь застучали. Я вздрогнула.

– Я открою, – недовольно произнес папа, но по его лицу было видно, что из столовой он уходит с облегчением. Конечно, ведь не ему пришлось признаваться, что врал родной дочери! Через минуту от входной двери донесся его голос. – Шиа, будь любезна, подойди сюда.

Посмотрела на Лага, который внимательно разглядывал потолок. И почему я уверена, что мой новоявленный родственник прекрасно знает, кто пришел?

Добрела до двери, смотря в пол. Видеть никого мне не хотелось. Но стоило поднять взгляд, и сердце забилось очень часто. Пришел. Не забыл обо мне.

Ян был одет не в привычную форму, а в дорогой костюм, говоривший, что передо мной не простой паренек, а очень богатый юноша. Но разве это имело значение? Как я поняла, состояние моей семьи теперь может поспорить с его.

– Так, Лайхорн, – вперед выдвинулся Роднес, которого я сразу не заметила. – Времени у меня мало, но этот чокнутый почему-то решил, что меня ты точно выслушаешь. В общем, от имени княжества Рудон и герцогства Клайн… бла-бла… много красивых слов, которые все равно никто слушать не будет… Лайхорн, ты выйдешь замуж за Клайна?

– А? – непонимающе промямлила я.

– Ты вроде обещала ему.

– Ага…

И продолжила молча смотреть на Яна. Он ждал моей реакции, хмурился, нетерпеливо переступал с ноги на ногу. И тоже молчал.

– Детишки, я все понимаю, но у меня своя невеста есть, которая тоже сбежать все время пытается, – поторопил Роднес.

– Да, мне тоже интересно, – вдруг сказал папа. – Вы же вроде говорили, что уже женаты.

– По гоблинским традициям, – произнесли одновременно с Яном.

– Шиа, так ты станешь моей женой или нет?

Улыбнулась.

– Герцогский сынок готов взять в жены пекарскую дочку? – уколола его.

– Нет, – серьезно ответил он, удивив меня. – Герцог Клайн берет в жены магичку.

– Герцог? – охнул папа.

– Герцог? – переспросила я.

– Шиа, мне нужен ответ. Потом расскажу тебе все, что захочешь. Мы… задерживаем профессора Роднеса, – намекнул Ян.

Роднес весело мне подмигнул.

– Конечно, я выйду за тебя, – вздохнула. – Дурак ты, Клайн.

– Потому, что дурак?

– Потому, что люблю.

– Ну, я вам тут не нужен, – рудонский князь открыл портал. – Совет да любовь. Практику вам засчитали. Через две недели на занятия. Не опаздывайте, – и исчез.

Я, улыбаясь, смотрела на своего жениха. Теперь уже самого настоящего жениха.

– И почему ты герцог?

– Потому что мой отец больше не справляется с обязанностями, – улыбнулся он и сделал шаг ко мне.

– А как же учеба? – тоже делая шаг, спросила я.

– Мама все проконтролирует. Она и свадьбу уже организовала.

– Так быстро? – мы стояли очень близко, разделенные только порогом моего дома.

– Мы же уже женаты. Чего тянуть?

– Кхм, – вклинился в нашу идиллию Лаг. – Очень за вас рад, но мне пора. Шиа, как я понимаю, тебя можно попросить о небольшой просьбе? Передашь это письмо князю?

– Хорошо, – не обращая внимания на недовольное сопение Яна, приняла конверт. – А что там?

– То, что обрадует вашего князя, – хихикнул Лаг. – Сведения о его сестре.

– Сестре? Но она же…

– Погибла, – закончил за меня папа.

– Пропала, – уточнил Лаг, подмигнул и исчез, даже не открывая портал.

Перевела взгляд с пустого пространства перед собой на Яна.

– Нет, Шиа, это может и до завтра подождать! – он крепко обнял меня и прижал к себе. – Господин Лайхорн, обсудим свадьбу?