= 8 =

В день финала конкурса Ник нервничал так, как будто это он участвовал в соревновании. И все из-за Алисы. Он был уверен, что девушка сжульничает, чтобы победить.

Они больше не разговаривали, однако Алиса исправно приходила на каждое выступление и дарила ему букет цветов, молча, с почти виноватой улыбкой. Что ж, если это новая тактика, то весьма действенная, только эффект навряд ли тот, на который рассчитывала Алиса. Ник злился и раздражался, потому что постоянно ждал подвоха. Он даже проверял, нет ли в букетах следящих устройств.

Ему не в чем было упрекнуть Алису – она не навязывалась, не пыталась поговорить, не звонила и не писала. И он часто думал о ней, как это не парадоксально. Глупо надеяться, что она отступила.

- Иди к черту, - отмахнулась Катерина, когда он в сотый раз попросил ее следить за тем, как проходит розыгрыш. – Как будто тебе не все равно. Лучше думай о том, что с завтрашнего дня у тебя целых три дня отпуска.

- О да, - проворчал Ник, - отдохну на полную катушку.

- Проведешь время с Сэм, а это важнее.

Катерина права, ранним утром он рванет в Подмосковье, туда, где живут Маша с мужем. У него там тоже дом – по соседству с их участком. С помощью друзей летом он сдавал его дачникам, но теперь те съехали, и Михаил обещал, что к его приезду там будет тепло и чисто.

Интересно, как встретит его Саманта? Маша уверяла, что девочка у них освоилась и играет с Тонечкой. Ник планировал провести в деревне два дня, а потом вернуться в Москву. Катерина все же выбила ему хороший контракт: всего несколько выступлений в неделю в элитном клубе, за приличное вознаграждение. Останется время и на дочь, и на то, чтобы подумать о собственной школе танца.

Перед выступлением Ник привычно осмотрел зал. Кольнуло неприятное предчувствие – Алисы нигде не видно. И что задумала эта несносная девчонка? Ему пришлось сосредоточиться на танце, пилон не терпит ошибок, а Ник не мог позволить себе получить травму из-за посторонних мыслей.

И после выступления Алиса в зале не появилась. Переоделась так, что ее не узнать? Но зачем?

Объявили розыгрыш лотереи. Ник мрачно смотрел в зал из-за кулис. Случилось что-то из ряда вон выходящее, если Алиса проигнорировала финал конкурса. Или это и есть ее план? Только какой в нем смысл?

Победительницей стала девушка лет двадцати, скромная шатенка с короткой стрижкой.

- Успокоился? – спросила Катерина, когда все закончилось.

- Если бы… - пробурчал Ник.

Ему бы радоваться, что его оставили в покое, выкинуть Алису из головы и заняться собственными проблемами. Вместо этого, едва вернувшись домой, он набрал ее номер.

Алиса долго не отвечала, и Ник собирался дать отбой, когда в трубке раздалось еле слышное:

- Да…

- Привет, лиса Алиса.

- Это ты? – Ее голос звучал хрипло. Спала, что ли? – Хочешь поблагодарить за сегодняшний вечер? Не стоит. Я же говорила, что обойдусь и без мастер-класса.

Она закашлялась, и Ник понял, почему Алиса осталась дома. Она заболела. Правда, ее ерничанье отбило всю охоту сочувствовать.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил Ник из вежливости. Он сам позвонил, некрасиво просто прервать разговор.

- Прекрасно, - соврала Алиса.

- А если правду, ради разнообразия? – не выдержал он. – Впрочем, мне все равно. Ты не пришла на финал, и я… Да, можешь посмеяться, это меня беспокоило.

Вместо смеха в трубке раздался тяжелый вздох.

- Мне хреново, - прохрипела Алиса. – У меня температура. И горло болит так, что трудно говорить.

- Тебе что-нибудь нужно? – вырвалось у Ника прежде, чем он сообразил, кому предлагает помощь.

«Сейчас эта лиса выдаст, что некому подать ей стакан воды и попросит приехать», - подумал он, прикрывая глаза.

- Нет, что ты! У меня все есть, - ответила Алиса. – Горничная исполняет любой мой каприз, мама по часам дает лекарство, папа ездит в аптеку, кот лежит в ногах вместо грелки. Спасибо, не беспокойся.

- Ну и славно… - пробормотал Ник с облегчением. – Выздоравливай, Алиса.

- Непременно. Пока.

Вот так, банально и просто. Алиса простыла, а не замышляла какую-то гадость. Ник потер ладонями щеки. Пора уже выбросить эту девушку из головы. Возможно, стоит поговорить с администратором клуба, чтобы ее не пускали на выступления. Так будет лучше для них обоих.

Если кто ему и обрадовался, то это Степка. Обстоятельный парень растет, со смекалкой, сразу сообразил, что дядя Ник всегда привозит с собой что-то интересное. Тонечка стеснялась и пряталась за мамой, Сэм и вовсе не оторвалась от листка бумаги, на котором что-то черкала.

- Сэмми, папа приехал, - тихо окликнула ее Маша по-английски.

Никакой реакции.

- Привет, малышка. – Ник присел рядом на корточки, осторожно погладил дочь по волосам. – У тебя красивые косички. Что ты рисуешь?

Сэм бросила карандаш, схватила Ника за руку и потащила за собой. Она все делала молча, но Ник обрадовался так, что сердце выпрыгивало из груди. Сэм впервые что-то хотела ему показать. Или выгоняла? Она вывела его из дома на крыльцо, заставила спуститься по ступенькам. Даже если так, то это все же прогресс, она стала выражать свои чувства.

- Кажется, я догадываюсь, куда мы идем, - хмыкнула Маша, которая не отставала от них ни на шаг.

С крыльца они свернули налево, дорожка привела на задний двор, к клетке с кроликами. Сэм показала на кролика и дернула Ника за рукав.

- Расскажи мне про кролика, малышка, - попросил Ник.

Сэм нахмурилась и посмотрела на Машу.

- Ты лентяйка, Сэмми, - засмеялась та. – Хочешь, чтобы за тебя говорили?

Сэм надула губки.

- Она показывает тебе кролика, которого кормит капустой, - пояснила Маша.

Ник прижимал к себе дочку, пока она не запротестовала. Он всегда знал, что Маша – волшебница. Только рядом с ней Сэм смогла оттаять за столь короткое время. Старая рана снова заныла, напоминая, что Маша – не его женщина.

- Ей нужна мать… - прошептал Ник, глядя вслед убегающим в сад девочкам.

- Ей нужна любовь, как и любому ребенку, - ответила Маша. – Я, конечно, не психолог, но мне кажется, проблема в том, что Сэм росла с матерью. Она банально боится мужчин. И Мишу, кстати, тоже обходит стороной.

- Думаешь, она привыкнет?

- Уверена. Тоня и Степа учат ее говорить по-русски. Это так забавно…

- Постой… Сэм начала говорить?

- Увы, нет. Знаешь, есть такие детские игры, развивающие. Малышей учат различать цвета, форму предметов. Или книжки с картинками животных. К примеру, Степа просит Сэм показать зайку, по-русски, и она его понимает, показывает правильно. И цвета уже выучила, умница. Да ты и сам понимаешь, они с ней могут общаться только на русском детском.

Маша совсем не изменилась за прошедшие годы. Такая же жизнерадостная, светлая, добрая. Хотя, пожалуй, в ней появилось кое-что новое – спокойная уверенность любимой и любящей женщины. Она рассказывала Нику о Сэм и улыбалась, словно утверждала, что беспокоиться не о чем. Все будет хорошо.

- А Михаил где? – Ник спохватился, что до сих пор не видел ее мужа.

- В городе, дела у него. Скоро вернется. Коль, пойдем, я тебе дом открою, все покажу.

- А дети…

- Что с ними тут сделается? Со двора им Лорд выйти не даст, он хоть и старенький, но бдит. Да и Степа за девочками присмотрит. У них там качели и домик, видишь?

За деревьями прятался яркий домик из штакетника, а обе девочки сидели на качелях, которые деловито раскачивал Степан.

- Завтра день рождения празднуем. Вы же с Сэм останетесь, правда?

- Да, конечно. Послезавтра возвращаемся.

- Коля… - Маша вздохнула, но все же продолжила: - Коль, оставь Сэмми здесь, хотя бы на недельку. Она совсем мне не мешает, а ей стало лучше, ты же видишь.

- Угу, - согласился Ник. – И, согласно твоей теории, она так и будет бояться мужчин, потому что я провожу с ней мало времени.

- Давай придумаем что-нибудь. Неужели няня лучше? Здесь дети, звери, воздух, козье молоко. Кстати, Сэм всегда с интересом слушает, когда ты говоришь с ней по телефону. Добавь видео, звони чаще.

- Машуль, я подумаю, - пообещал Ник.