Глава 13

13

Вадим

Я как раз отчитываю главного бухгалтера, когда раздается звонок от сына.

– Захар, не вовремя сейчас! – огрызаюсь на парня, потому что не до него, честное слово!

Сбрасываю звонок, думаю, что сын поймет. Он прекрасно знает, что у меня в работе бывают такие вот моменты. Я вовсе не из тех людей, к кому можно с просьбами подкатить в любое время. Лучше с такими вещами за месяц записаться.

Но Захар оказывается дотошным и снова набирает меня.

– Я же сказал! – начинаю свою речь, но он перебивает:

– Пап, блин! У меня тут ЧП!

За «ЧП» машинально цепляюсь.

Хотя, какое ЧП может быть в его возрасте? Бабло на карте закончилось?

– Училка упала, я не знаю, что делать!

– В смысле упала? Какая училка? – Захару удается полностью завладеть всем моим вниманием.

– Да долго объяснять! Просто скажи, что делать? Она без сознания, кажется!

Блядство!

– Пульс проверь, – рявкаю на него. Это же элементарно!

– Вроде есть, – слава яйцам, хоть с этим сам разобрался! – Диана Игоревна, вы меня слышите? – продолжает Захар, и до меня окончательно доходит!

«Какого хрена?» – хочется спросить. Но не до этого сейчас.

– Вы где? Скорую вызывай, я сейчас приеду, – выдаю друг за другом.

– Да дома у нее.

Охренеть!

– Диану на кровать и скорую быстро! – снова повторяю, а затем сбрасываю звонок.

Мне до нужного адреса не меньше получаса добираться.

– Галина Александровна, – обращаюсь к главбуху, – завтра к утру, чтобы все исправили.

– Но Ва…

– К утру! – повторю для особо одаренных, а сам пока хватаю со стола свой телефон.

У меня разговор с людьми в принципе короткий. И невдомек, когда Галина успела об этом забыть.

Даже не знаю, что сейчас больше меня напрягает: то, что сын попал в неприятную ситуацию (хотя какого хрена он по квартирам молодых учительниц таскается?), или, что мой трах-вечер с Дианой Игоревной неожиданно переносится на неопределенный срок.

В том, что она пришла бы, я не сомневаюсь. Она же не дура. Хотя, даже дура поняла бы, ведь я доходчиво объяснил все.

Всю дорогу не оставляет вопрос, что Захар у нее делал?

Он у меня парень горячий. Моя копия того возраста. Различие одно – я лет с четырнадцати старался заработать. Брался за все. Даже стекла в тачках мыл и фары протирал. Убирал говно за коровами на ферме, недалеко от города. Все это не приносило нормального дохода, но я не сдавался. Мне нужен был стартовый капитал, который я усердно копил.

А потом понял – дерьмо это все. Ввязался в криминал. А там пошло-поехало. Уже в двадцать два я ощутимо поднялся, воротил такими делами, что гордиться нечем.

Но мне нравилось, если честно. Тогда я был на своем месте, а сейчас… порой клонит в ту сторону.

По дому до сих пор распиханы стволы. Наверное, потому, что я не признаю охрану. Если кто-то и может постоять за меня и Захара, то это я сам.

Хотя, кончено, я не хочу подобной судьбы для своего ребенка. И он никогда не должен узнать, какой багаж я несу за своими плечами.

А теперь я бизнесмен, блядь!

Так это называется.

Белоснежная рубашечка без капли крови. Дорогие часы. Тачки, шлюхи – что пожелаешь. Одного нет – эмоций, что могли бы дать понять, что внутри я живой.

В квартире учительницы меня встречает Захар.

– Рассказывай! – приказываю ему с порога.

– Ну, я это… пришел, а она, сказала, что плохо, и вот.

– Красноречиво, – оцениваю мастерство сына пересказывать истории.

– Я охренеть, как испугался! – признается Захар.

– А чтобы не пугаться, нужно меньше по домам училок шляться!

Пока прохожу, невольно оцениваю обстановку в квартире. Чисто, но бедно. Совсем просто. Теперь моя мысль о том, что дожму учительницу, только укрепилась.

– Да она меня позвала с заданиями помочь, – Захар идет за мной вслед, пока я прохожу вглубь квартиры. – А ты знаешь, у нас траблы, согласиться пришлось.

Вот сучка.

– А, ну, на меня смотри! – останавливаюсь и заглядываю Захару в глаза. – Надеюсь, в трусы ей не лез?

Хотел бы я сейчас, чтобы во мне играло отцовское начало и чувство приличия, но я отдаю себе отчет, что дело вовсе не в этом. Не люблю, когда мое трогают.

– Я же сказал! Хотел с заданиями разобраться! Тебе, что, тетрадь показать?

К этому моменту мы как раз доходим до комнаты, где спит Спящая Красавица. Замираю и смотрю на нее.

– Скорая сказала, ничего страшного нет, надо просто дать отдохнуть. Но я обосрался реально!

Беру в руку хрупкое запястье учительницы. Пульс ровный, хорошо прощупывается.

И ручка такая у нее маленькая… нежная прохладная кожа…

– Ладно, домой дуй. Сам здесь посижу.

– В смысле?! – не втыкает отпрыск.

– В прямом! Нечего тебе тут делать. Девчонка придет в себя, объясню ей все.

– Ну… ладно, – Захар соглашается с неохотой. Хотя и понимаю, что протухать в квартире со Спящей Красавицей – вовсе не то, чем он хотел бы заняться. – Но, если че, я оценку собирался исправлять… Если она там то-то другое начнет говорить, это сильно ударилась потому что… Сорри, – сыну кто-то звонит, и он быстро переключает внимание на входящий вызов. А потом и вовсе уходит из квартиры, как я и попросил.