Глава 12, родина, еду я на родину, пусть кричат…
Утро. Какое же ты недоброе утро. Спать хочется неимоверно. Чтобы я еще раз пошла на ночную прогулку с Фердом... Память тут же подкинула наше милое времяпрепровождение - как некромант, держа меня за руки, объяснял структуру магических потоков в организме. А потом была практическая часть, которую Ферд строго контролировал, расположив свою ладонь на моей грудной клетке. Пришлось даже расстегнуть куртку и ворот рубахи. От открывшегося вида Ферд порозовел, но комментировать мой корсет не стал. Ну, а я делала вид, что не замечаю жар от его ладони и то, как его пальцы второй руки слегка поглаживают мое запястье, а взгляд нет-нет, да останавливается на моих губах. Кажется, я была очень глупой ученицей, сложно сосредоточиться, когда все мысли с учебой совсем не связаны. Но некромант меня хвалил, говорил, что я схватываю на лету. Обещал еще чему-нибудь научить, если у нас будет возможность остаться наедине. Мне сразу захотелось, чтобы наш путь был просто уставлен склепами моих предков, ну или другими значимыми местами. Судя по мечтательному взгляду некроманта, он думал о том же. Но все хорошее кончается. Так и нашим посиделкам пришел конец. И весть о нем принес мой предок:
«Неплохой мальчик, но может, выберешь из тех двух, что штурмуют мою обитель?»
- То есть, как штурмуют? - вырвалось у меня от неожиданности вслух. Ферд замер, следя за моим лицом.
«Пока магией, но хотят применить огонь. Думаю, водник тебе подойдет, без воды нет жизни».
- Нам пора, Ферд. Там принц с бароном хотят вскрыть склеп, - вздохнула я, поднимаясь.
«Так он еще и принц, - в голосе предка прозвучала радость, - тогда тем более он лучший вариант. Уверен, твои родители бы одобрили»
- С чего ты взяла? - спросил меня некромант.
- Предок подсказал, он мне Роберта сватает. Только никак не могу понять, откуда он узнал, что водник и принц это один человек? - судя по слегка шокированному лицу Фердинанда, он толком ничего не понял.
«Считал его образ из твоей памяти и сопоставил со словами», - многозначительно хмыкнул предок.
- Что он еще тебе сказал? - полюбопытствовал некромант.
- Что ты неплохой мальчик, а мне надо учиться, - улыбнулась ему. На удивление парень на «мальчика» не обиделся, заметив, что для духа, которому не одна сотня лет он и, правда, мальчик.
Так обмениваясь шутками и смеясь, мы вышли из склепа. Что я хочу сказать, предок размер грозящей катастрофы преуменьшил. Потому что не только Роб с Гилом были у стен склепа, они притащили всех, даже целителя подняли. И теперь вот эта свора злых и невыспавшихся мужиков очень нехорошо на нас смотрела, лелея планы жуткой мести. А у графа в волосах были папильотки. И по его взгляду я поняла, убивать меня будут медленно, наслаждаясь процессом, потому что того позора, который ему пришлось пережить по моей вине, он мне не простит. Рядом с ним меркли даже пышущие яростью и единодушием Роберт с Гилбертом. Поэтому когда принц произнес свою коронную фразу, порядком мне уже поднадоевшую:
- Агнесс, нам надо серьезно поговорить, - я с радостью кинулась к нему, исподтишка показывая графу язык. Сделала я это так мастерски, что никто кроме целителя этого не увидел. Ну, а то что у него глаз задергался и рука непроизвольно потянулась ко мне с целью слегка придушить в своих объятиях, так это все списали на радость от благополучного разрешения дела.
- Да, Роберт, пойдем в нашу палатку, мне такое тебе надо рассказать. Представляешь, я разговаривала с предком! – как же я не люблю притворяться дурочкой, но иногда это лучший способ не поссориться с мужчиной.
- Фердинанд, я же просил тебя обойтись без этих ваших некромантских ритуалов, - с раздражением набросился на парня Роберт.
- Перестань, Роб. Ферд совсем ни при чем, да и как бы он его провел без нужного реквизита? – влезла я, что поделаешь, мне с детства привили обостренное чувство справедливости.
- Нажаловался, - вставил свои пять копеек Гил, окидывая нас подозрительным взглядом.
- Конечно, я же привык прятаться за юбку, - хмыкнул некромант. Повернувшись к Роберту, он сказал: - Я показал Агнесс кое-какие заклинания для самоизлечения. Ей тяжело дается дорога, а услугами графа амулет воспользоваться не даст. Конечно, граф мог бы научить Агнесс, у него это получилось бы лучше, но видимо такая простая мысль не пришла господину целителю в голову. Ведь проще не замечать очевидное, чем что-то предпринять.
- Ты знал и ничего не сделал? – похоже Роберт нашел на кого скинуть свой гнев. Граф сделал попытку ретироваться, но она не увенчалась успехом, за его спиной стояла парочка рослых парней.
- Она не жаловалась. Подумаешь, мышечная боль и, как следствие, усталость и раздражительность. От этого еще никто не умирал, - пожал плечами целитель, не понимая, что таким ответом копает себе могилу. И я оказалась права, Роберт сделал резкое движение и схватил графа за горло:
- Впредь, ты будешь сообщать о любых недомоганиях моей невесты, даже если они будут чисто женскими, - от ледяного тона по спине пробежал холодок. Даже как-то жаль стало целителя, он, конечно противный, но в целом не злой.
- Пойдем, Агнесс, - отпустив графа, принц цепко ухватил меня за локоть. - Все остальные могут заниматься своими делами. Часовым занять свои посты.
А потом была палатка, в которой Роберт разговаривать не стал. Он, пресекая мои протесты, раздел меня, ненадолго зависнув, глядя на кожаный корсет:
- Хочу увидеть его на твоем голом теле, - хрипло выдавил он.
- Только после свадьбы, - отозвалась я. Пока мужчина приходил в себя, быстро сняла так волнующую его часть одежды, и юркнула под одеяло в нижних штанах и рубахе. Закрыла глаза и притворилась спящей.
- Не так быстро, милая. Ты не представляешь, как я волновался. Я не люблю волноваться, а за последние дни у меня только одни стрессы. А они вредны для здоровья, - я не совсем понимала, куда он клонит. Мужчина же сделав освещение - маленький шарик, висящий на потолке палатки - более тусклым, начал медленно раздеваться. – Как и воздержание.
- Роберт, мы договорились, ты забыл?! – я села, в моем голосе отчетливо проступали панические нотки.
- Нет, дорогая, я все помню. И я всегда выполняю свои обещания. Ты станешь моей женщиной в первую брачную ночь. А до этого ты будешь каждую ночь умолять меня поступиться принципами и овладеть тобой, - взгляд Роберта исключал шутку, кажется, кто-то серьезно решил таким образом отомстить мне. Рубашка отлетела в сторону, обнажая торс.
- Роберт, не надо. Давай ляжем спать, а завтра успокоимся и поговорим.
- Надо, Агнесс, надо, - ответил мужчина, скидывая штаны и оставаясь в трусах до колена.
- Роберт, я буду кричать!
- Конечно, будешь, но от страсти, - усмехнулся жених, забираясь ко мне под одеяло. – Не сдерживай себя.
- Роберт, хватит уже меня пугать, - взмолилась я, стараясь отсесть от него, но руки мужчины перехватили за талию и дернули к себе. – Я все осознала, больше не буду заставлять тебя волноваться.
- Золотце мое, я всегда выполняю свои обещания, разве ты этого еще не поняла, - кровожадно улыбнулся Роб, подгребая меня под себя. – Мне кажется, или на тебе слишком много одежды?
- Тебе же будет хуже, сам подумай, - пыталась достучаться до его разума. – Нам, женщинам, неудовлетворенность не так страшна, как вам, мужчинам.
- А кто сказал, что в этой палатке кто-то останется неудовлетворенным? – мне тогда показался данный вопрос бахвальством чистой воды. Я вполне положительно отношусь к сексу, и с мужем у нас он был неплох, но даже тогда полное удовлетворение меня редко накрывало.
Но Роберт действительно выполняет свои обещания. Скосила взгляд на довольно улыбающегося жениха, чинно восседающего на коне, и покраснела. Сволочь королевская, своими руками бы задушила. Принц мой взгляд почувствовал, подмигнул и провел кончиком языка по своим губам. Теперь о меня можно было зажигать спички. Лицо горело огнем, буду себя успокаивать, что от возмущения, а не от пикантных воспоминаний. А еще меня душил стыд, ведь палатка тонкая, а значит, наши спутники все слышали. Бли-и-ин, они еще и видели! Не совсем нас, конечно, но тени точно, этот маньяк же свет не выключил. Ему, видите ли, нравится смотреть, как он доводит свою женщину до пика наслаждения.
- Солнышко, ты так мило краснеешь. Вот думаю, может, нам не ждать до вечера? – незаметно подъехал ко мне Роб, его глаза выдавали желание. Видимо, не одна я вспоминаю прошлую ночь.
- У тебя вообще совесть есть?! – яростно прошипела я. – Ты думаешь, я прощу тебя после того, как ты меня опозорил перед всеми?
- Агнесс, о чем ты? – лицо принца выражало полнейшее непонимание.
- Они все слышали и видели, ты же специально это сделал?
- Агнесс, я не любитель подобных развлечений. Не веришь? Ну, вспомни сама, когда мы подошли к палатке, разве сквозь ткань проступал свет? – и, правда, палатка была абсолютно черной, а внутри шарик уже горел.
- Хорошо, но ткань все равно тонкая, через нее все слышно, - смущаться дальше было некуда, но у меня это получалось.
- Я маг, ты не забыла? И сделать так, чтобы ничего не было слышно, в моих силах, - расплылся в улыбке принц, взял мою ладошку и, даже не заметив сопротивления, перецеловал каждый пальчик.
- Тогда почему они на нас так смотрят? – задала я последний вопрос.
- Кто смотрит? Покажи пальцем. Уверяю, он не только смотреть перестанет, но еще и ходить, и разговаривать, - с угрозой огляделся по сторонам Роберт.
- Вот именно, все старательно отводят глаза, - буркнула я, пытаясь решить, как вести себя дальше.
- Ну, они же не идиоты, пусть не видели и не слышали, но догадаться могли. Палатка-то вряд ли стояла спокойно, - хохотнул мужчина, но, наткнувшись на мой злой взгляд, осекся и нежно произнес: - Милая, не смотри так, я помню – тебе все понравилось.
И ответить на это нечего, потому что этот гад прав. За одним исключением, телу понравилось, а в душе я себя чувствовала оплеванной.
Вздохнула и постаралась успокоиться, раз ничего изменить нельзя, надо найти что-то хорошее в сложившейся ситуации. И секс с Робертом, который обещал быть незабываемым, был явным плюсом. А еще Гилберт точно перестанет оказывать мне знаки внимания. И пусть симпатия к нему осталась, но будет лучше, если он меня забудет. Мужу я собиралась быть верна, даже если нас не будет связывать любовь, так уж меня воспитали. Да, пока мы с Робертом не женаты, но он вовсю заявляет на меня свои права. А после вчерашнего мы считай любовники. И пусть Роб сдержался, хотя я очень хотела его, как мужчину, но близки мы были. Причем ближе уж некуда, да я с мужем ничем подобным не занималась.
- Ну вот, ты опять краснеешь, - тихо шепнул, наклонившись ко мне Роберт. Вот уж кто был полностью доволен жизнью, похоже, единственный во всей нашей компании. - Не хочешь пересесть ко мне? Сможешь немножко вздремнуть.
Спать хотелось очень, но на глазах у всех ехать на одной лошади с Робертом? Хотя после того, чему они были невольными свидетелями, наоборот выглядит странным, что я сторонюсь принца.
- Тебе же неудобно будет? - с сомнением спросила я, наблюдая за выражением лица Роба. Мне хотелось знать, он искренне предлагает или это дань вежливости.
- Очень даже удобно, ты будешь дремать на моей груди, а я на твоей макушке, - кажется, мужчина действительно хотел, чтобы я к нему пересела.
- Сам заснешь, а меня уронишь, - обличительно ткнула в него пальцем.
- Я? Да никогда! Да, я родился с уздечкой в зубах, - смеясь, стукнул себя в грудь Роберт. Я тоже улыбнулась, мужчина воспринял это как согласие и выдернул меня из седла. Недолгий полет и мой взвизг прекратились в объятиях принца. - Попалась!
- Вот отсижу тебе ноги, будешь знать, - буркнула я, потому что не было сил смотреть на его довольную физиономию.
- Отсиживай, - милостиво разрешил Роберт, удобнее устраивая меня в своих руках. - Давно хотел массаж твоими ручками сделанный. Кирк, возьми лошадь, леди Агнесс поедет со мной.
Так, надо видеть в женихе только хорошее, настраиваемся на позитивный лад и успокаиваемся. Даже непонятно, что я на него так взбеленилась? Ведь неплохой мужик, заботливый, отходчивый, опытный. Или это потому, что сердцу не прикажешь? Просто надо постараться полюбить его и тогда наши размолвки прекратятся. Только так ли уж просто полюбить по необходимости?
Обняла Роберта за талию, прислонила голову к его груди, закрыла глаза. Посплю, может голова проясниться и будет легче.
И тут мы ее пересекли! Вздрогнула, и прижалась сильнее к Робу, потому что голова закружилась и я стала балансировать на грани обморока.
- Замерзла? - обеспокоено спросил принц, укрывая меня полой своего плаща.
- Да, немного, - решила пока не заострять внимание на своем состоянии. А оно было странным, у меня будто появились дополнительные органы чувств. - Роберт, ты бы сказал своим людям, чтобы они не растягивались, это уже может быть опасным.
- Агнесс, не беспокойся, до границы нам еще час езды, ее пропустить невозможно, - хмыкнул принц и поцеловал меня в лоб. Одной рукой он придерживал меня за талию, другой держал повод.
А я думала о том, что надо на привале всем сделать такие амулеты, как у Гилберта. И в первую очередь Фердинанду с Робертом. Взгляд из-под опущенных ресниц сам собой остановился на некроманте. Почему перед ним мне особенно стыдно и совестно? Ведь изначально я ему ничего не обещала, наоборот, говорила, что у нас ничего не получится. Тогда же почему хочется провалиться под землю? И еще страшно увидеть в его глазах осуждение.
Смежила веки и постаралась уснуть. Но шум в голове мешал, какофония звуков на грани слышимости отвлекала. Тогда я вспомнила про медитацию. Достичь нужного эффекта удалось на удивление легко, я всего лишь сосредоточилась на постороннем шуме. С каждой секундой он превращался в нечто осознанное, что можно было вычленить и распознать. Пока это были обычные звуки леса: шелест листвы, пение птиц, шепот протекающего неподалеку ручья. Но временами я улавливала что-то необычное. Например, трепет кустика, мимо которого мы проезжали, и он украдкой коснулся моих сапог. Улыбнулась мысленно, пусть это мои глупости, но я послала искорку тепла этому растению. Ответная реакция меня удивила, я будто воочию увидела как от меня распространяются волны. Это было похоже на круги, которые появляются, когда бросишь в воду камень. И этим камнем была я. Толика моей магии пустила цепную реакцию, лес зашумел, загомонил, отзываясь различными голосами. В общем, устроил перекличку.
- Роберт, живность что-то взволновало. Никогда не слышал такого гомона, - раздавшийся в непозволительной близости голос Гилберта, заставил вздрогнуть и очнуться от медитации. - Надо быть настороже. Вдруг какая-нибудь тварь решила прогуляться в окрестностях границы?
Во мне всколыхнулся протест, это по какому праву он обзывает обитателей моей земли «тварями»? Непорядок. Надо будет провести с ними воспитательно-просветительную беседу и объяснить, что каждая живность имеет право на существования.
- Да что вы заладили: граница, граница. Мы уже четверть часа едем по моей земле, - села я ровно и твердо посмотрела на мужчин. Ну а румянец, загоревшийся на щеках, это мне под плащом Роберта стало жарко. Нет-нет, никого смущения, только достоинство и спокойствие. Хорошо, хоть не видно как руки дрожат от волнения.
- Агнесс, судя по картам…
- Роберт, понимаю, карты не умеют врать, но я сужу по внутренним ощущениям. Я могу с точностью сказать, в какой стороне ручей, где притаилось животное, а так же то, что господина барона лес не любит, - а теперь вопрос на засыпку, что из моих слов услышали мужчины?
- Где животное?
- Какое животное? – практически в один голос спросили они, с одинаково зверскими лицами.
- Так, пушистика не обижать, ему просто любопытно, - с чего я взяла, что крадущийся слева от нас зверь пушистый, не знаю. Но он точно не собирался нападать, к тому же по ощущениям это было молодое животное, наивное. – И вообще вы его спугнули своими выкриками.
- Агнесс, проклятый лес не парк, здесь нет безобидных животных, - вещал Роберт, пока Гилберт пристально вглядывался в соседние заросли. – Если ты почувствуешь своего пушистика или любую другую, на твой взгляд, невинную тварюшку, сообщай сразу.
- Хорошо, тогда нам надо правее брать, прямо по курсу будто пустота. А в лесу этого быть не может. Явно какая-то ловушка.
- Далеко? Большая? Пустота ощущается, как яма или просто белое пятно? – вопросы Гилберта были отрывистыми и четкими, сразу виден полевой опыт командования.
- Нет, точно не яма. Пустота будто выпуклая и она небольшая, во за теми деревьями. Ой, она двигается и быстро, - я в изумлении наблюдала за непонятным явлением. То есть я видела смазанное пятно, и оно быстро удалялось, но при этом ни один листочек потревожен не был. Я углубилась в свои ощущения, пытаясь проникнуть в эту тайну, единственное, что поняла – это живое существо и, кажется, даже разумно.