Глава 1

— Я буду любить тебя всегда, — он обнял её и впился в алые губы долгим, нежным поцелуем. — Я буду любить тебя вечно, моя королева!

Алёна блаженно вздохнула и закрыла читалку. Ещё одна сказочная история о невероятной любви сквозь невзгоды и препятствия была прочитана за какие-то четыре часа. Цифры на дисплее телефона показывали два часа ночи. Завтра опять стаскивать себя с постели за волосы. Ну что же за человек-то такой, не знающий меры?! Алёна злилась сама на себя. Ну почему нельзя открыть книгу, прочитать пару глав, ну или десять глав, получить удовольствие и лечь спать вовремя?! Нет! Надо лупиться до последнего, забыв обо всем, проспать первую лекцию и обязательно пустить следующий день насмарку. Она поплотнее укуталась в одеяло и закрыла глаза, все ещё переживая эйфорию, подаренную ей талантливым автором.

Будильник прозвенел как обычно — в шесть утра. «Ещё пять минут», — шептала Алёна и снова проваливалась в тягучую дремоту. Сигнал повторялся, она снова откладывала его, умоляя подождать ещё, совсем чуть-чуть, одну капельку.

Глаза распахнулись сами, словно кто-то неожиданно дал пинка и вернул ясность ума.

— О нет! Время?! — девушка схватила телефон, посмотрела на дисплей и протяжно застонала.

Семь утра, первая лекция по менеджменту ровно в восемь, добираться до универа минут сорок. А последнее предупреждение от препода она получила ещё при прошлом опоздании. Дальше были скачки по квартире. Одна рука чистила зубы, другая запихивала тетради в рюкзак. Одна рука пыталась расчесать волосы, другая натягивала спортивные штаны. Все не успеть, как ни старайся. Алёна бросила расческу, собрала длинные волосы на затылке, несколько раз пропустив их через резинку, оставила на свободе лишь маленький неопрятный кончик. Надела футболку, спортивную легкую куртку, схватила рюкзак и вылетела за дверь, громко ей хлопнув, чтобы замок защелкнулся сам.

— Красотка! — сделала она комплимент зеркалу в лифте. — И умница! Ненакрашенная, непричёсанная, невыспавшаяся, голодная и опять опоздала! Как дать бы тебе в лоб!

Девушка злостно сверкнула на себя глазами, натянула капюшон и выбежала в любезно разъехавшиеся двери.

Алёна с разбегу проехалась по скользкой плитке институтского коридора, поймала ручку двери и потянула на себя. Аудитория была полна людей, шума и смеха, а значит, препода ещё нет. Успела! Она остановилась на входе, выудила из трех групп потока знакомые лица и поспешила в их сторону.

— Опять читала всю ночь? — Лиза брезгливо оглядела подругу, с грохотом приземлившуюся рядом на скамейку.

— С чего ты взяла?

— Когда ты уже начнешь заниматься по ночам теми вещами, которыми должна заниматься нормальная девушка в твоем возрасте?

Алёна слишком привыкла к подобным изречениям подруги, чтобы на них реагировать.

— Губы хоть накрась! Страшно смотреть!

Алена стянула капюшон, великолепно уложенную блондинку с профессиональным, безупречным макияжем перекосило.

— Сегодня ты превзошла сама себя. Даже не расчесалась.

— Лиз, не о чем больше поговорить? — Алёна рылась в рюкзаке в поисках нужной тетради и ручки, ни того ни другого почему-то не находилось. — Запасная ручка есть?

— Есть. И ручка, и расчёска, и даже косметичка есть.

— Отстань. В смысле, ручку давай!

— Алён, вот хоть убей ты меня! Меня бесит! Я каждое утро по два часа торчу перед зеркалом, замазываю прыщи, прорисовываю каждую ресничку, залачиваю каждую прядку волос, одета я всегда с иголочки. А иду рядом с тобой по универу и понимаю, что все встречные парни смотрят на тебя, вечно закупоренную в непонятные балахоны, штаны с мотнёй по щиколотки, с бардаком на голове и без единого намека на макияж. Вот скажи мне, где справедливость?

— Лизка, да что с тобой сегодня?! Неудачное утро?

— Все нормально!

— Проблемы с Игорем?

Подруга насупилась и отвернулась.

— Поругались?

— Достало все! — пробубнила она и вытянулась в струнку, наблюдая за лектором, появившимся в аудитории.

Алёна толкнула подругу плечом, нехотя та вернула ей внезапно потухший взгляд:

— Мы расстались, — прошептала она, не решаясь нарушить наступившую тишину.

— Понятно. Поэтому бесишься?

Лиза молчала.

— Может, просто поругались? Для вас это нормально, помиритесь, — Алёна улыбнулась, пытаясь подбодрить несчастную.

— Нет, на этот раз все. Он связался с компанией Руда, а там …

— Эй, девочки, может, обсудите ночные похождения за дверью? — голос прозвучал сзади довольно громко, специально привлекая внимание преподавателя.

Интеллигент (так они называли его между собой) прервался и подарил студенткам по осуждающему грозному взгляду. Внимательно изучив виноватые лица, воздержался от реплики, лекция продолжилась. Девушки обернулись практически одновременно. Парень, подставивший их, нагло ухмылялся, давая понять, что сделал это умышленно. Тяжелая мужская рука протянулась через ряд, отвесила ничего не подозревающему парнишке тяжелый тумак и резко вернулась на место.

— Эй! Какого хрена?! — разнеслось эхом по аудитории.

Девчонки прыснули, молниеносно повернулись обратно и вытянули внимательные лица.

Препод был сегодня в хорошем настроении, единственной реакцией на возглас была рука с мелом, замершая в воздухе возле доски. Он прокашлялся и продолжил монотонную бубню.

— Это Саня его …? — беззвучно, одними губами спросила Лиза.

— Думаю, да.

Лиза изобразила бесшумные поцелуйчики.

Девочки углубились в учебный процесс. У Лизы получалось, а вот у Алёны не очень. Она думала над словами подруги. Они дружили с первого курса: случайно оказавшись за одной партой, с первой пары притянулись друг к другу и старались никогда не расставаться там, где можно быть вместе. Была между ними та самая невидимая ниточка, о которой когда-то читала Алёна. Якобы все люди, испытывающие друг к другу приязнь, связаны тонкими узами-линиями, погибающими в адских муках, если люди расстаются. Лизка была настоящей подругой, доброй, отзывчивой, никогда не бросала в беде. Поковырявшись в голове, Алёна осознала, что и упрекнуть её не за что, разве только за постоянные подколки касаемо внешности и интересов.

Девчонки и вправду имели слишком разные интересы. Лизу первостепенно занимала собственная внешность, парни, свидания с ними, ночные клубы, модные шмотки. Алёна была полной противоположностью, в одежде выбирала спортивный стиль, из косметики позволяла себе тушь для ресниц и блеск для губ, не любила шумные тусовки и модные клубешники. Обществу красивого парня предпочитала интересную книгу, неважно какого жанра, лишь бы про любовь.

Алёна не грезила о прекрасном принце на белом коне, она просто любила читать. Мужчины её не интересовали. Никак. Вообще. Совсем! Не было в её жизни за двадцать лет ни одного парня, к которому бы она что-то испытывала из того, что описано в этих книгах. Не было первой любви, не было слез, не было предательства, потому как его не может быть, если не чувствуешь к противоположному полу ничего, кроме животного интереса.

Вся её жизнь шла по плану. Она лишилась девственности, потому что решила, что пора. Было больно, она потерпела, а потом лежала и пялилась в потолок, надеясь, что все скоро закончится. Первый раз не удался, она попробовала ещё раз, с ним же, было ещё хуже. Больше они не встречались, она просто занесла его в черный список и не узнавала при встрече. Не желая смириться, она пошла на свидание с другим, все повторилось. Потом были ещё свидания, жаркие поцелуи, жадные объятия, комплименты, бессвязный шёпот, стоны — не тронуло ни разу! Не взбудоражило и не зацепило, а скорее наоборот. В итоге Алёнушка плюнула на это дело, становиться девушкой легкого поведения совсем не хотелось и терпеть то, что не доставляет никакого удовольствия, тоже. Может быть, когда-нибудь она встретит того самого, единственного, который шепнёт на ушко заветные слова и подарит то самое хваленое счастье. Она подождет. Сколько будет нужно, столько и подождет.

Лизка часто называла её фригидной. И в этот момент, сидя на паре, она обдумывала её слова, сказанные пусть и в порыве, но без зависти. Алёна это знала, подруга не могла ей завидовать, она её любила. Но истина имела место быть. Парни смотрели на неё всегда, везде, как бы она не выглядела. Природа над ней постаралась, одарив красивой внешностью, прекрасной фигурой и, что уж скрывать, мозгами. Хотя … спасибо, наверное, все-таки родителям, самым лучшим, самым важным людям в её жизни. Алёна понимала, что такое любовь, глядя на них, счастливых, жизнерадостных и отдающих все своим детям — ей и брату.

Ещё она любила своих друзей. Переехав в этот город, поступив в универ, она и не рассчитывала попасть в такую теплую компанию, но ей повезло. Дружба с Сашкой и Стасом началась со знакомства на общей для всего потока лекции, а затем нелепого свидания, в конце которого все четверо стопроцентно были уверены, что, кроме как друзьями, они никем друг для друга не будут. Света и Алина были одногруппницами, дружба тоже завязалась как-то быстро и сама собой. Глеб однажды заступился за девчонок, атакуемых кучкой пьяных отморозков. Вместе с Глебом в компанию подтянулись Серега и Артем. С Виталиком они познакомились во время первой сессии. Сверх меры образованный парнишка помог сдать экзамен по философии, в которой они с Лизой плавали, словно в непроглядном темном омуте. Странным образом, совершенно разные люди с потока из пяти групп, десять человек — четыре девушки и шесть парней сдружились настолько, что и трудно представить. Все праздники, дни рождения, успешные сессии отмечались вместе. Они перезванивались в любое время суток, неважно, с проблемами или радостями, каждый готов был помочь, поддержать или порадоваться за тебя в любую минуту.

— Лииииз?

Подруга недовольно скосила глаза. Лекции Интеллигента нельзя было не слушать, это знали все. Молодой, принципиальный преподаватель умудрялся запоминать всех, кто пренебрежительно относится к его предмету, а затем гонять на зачетах и экзаменах. Если он спросил твою фамилию, значит, ты попала, смирись и не спи по ночам, изучая менеджмент. Впереди была защита курсача, к которому они ещё и не приступали, поэтому вести себя нужно было тише воды и ниже травы, но Алёна была не настроена.

— Кто такой Руд? И что там …? — прошептала Алёна, уже смирившись, что лекцию придется списать.

Лиза со вздохом перевернула свои немногочисленные записи, настрочила несколько слов и сунула Алёне под нос.

«Кирилл Руднев. Сидит в первом ряду, за четвертой партой, считай снизу. Брюнет, рядом с ним лучший друг — Рыжий. Богатенький мальчик богатенького папеньки. Заучка, наподобие тебя. Компания сомнительная и игрушки странные».

Алёна скосила глаза в нужную сторону, считать не пришлось, рыжий был один во всем ряду, а рядом с ним сидел тот самый брюнет. Он внимательно слушал лекцию и периодически записывал нужную информацию. Идеально очерченный профиль, стильно выбритые от висков к затылку темные волосы, длинные ресницы пропускали через себя яркий солнечный свет незанавешенных окон аудитории. Довольно симпатичный парень.

«Первый раз его вижу», — настрочила Алёна и отодвинула переписку в сторону.

Лиза усмехнулась. Тетрадь с характерным шорохом двинулась по парте.

«Конечно! Он же не эльфийский принц из сказочного леса! Зачем обращать на него внимание?!»

Алёна нервно вернула чужую вещь и уставилась на лектора, давая понять, что беседа окончена. Лиза приняла тетрадь со скромной улыбкой, а Алёна продолжила буравить брюнета взглядом.

Кирилл слушал лекцию изо всех сил, которые остались у него после прошлой бурной ночи. Учеба на первом плане, так говорил отец, но ему было не особенно важно, что он говорил, он хотел этого сам. Также неважно было, что о нем думают, вне университета он был совсем другим человеком, а сюда приходил учиться и учился, потому что это интересно и поможет стать кем-то, независимо от желаний и наставлений родителя.

Он чувствовал чужой взгляд, но долго гнал от себя, мало ли кто лупится. Вчерашнюю он даже не помнил в лицо, повернуться и наткнуться на кого-то, кого даже не узнает, желания не было. Однако голова повернулась в сторону сама, он медленно обводил взглядом студентов, пока не нашел ту, что смотрит. Красивая девушка смотрела на него с интересом, но как-то сквозь, мимо, её глаза были задумчивыми и отрешенными. Он отвернулся, пытаясь вернуться в суть, понял, что упустил много важного. Глаза хотели вернуться в ту сторону, и он позволил. Девушка следила за перемещениями препода с тем же выражением лица.

— Рыж?

— М?

— Кто это?

— Где?

— Рядом с Игорьковой девчонкой.

Рыжий ухмыльнулся.

— Ну ты даешь, Кир!

— Излагай!

— Её лучшая подруга. Журавлева Алёна. Заучка, как и ты! И вообще-то ты слушаешь лекции с ней в одной аудитории уже третий год.

— Не тренди!

— Ты дурак?!

— Я первый раз её вижу. Если она подруга Лизки, почему я её не знаю?

— Не первый, просто не обращал внимания. Она не такая. Никуда не ходит. С парнями полный ноль. Красивая, неприступная, даже не так, правильнее — фригидная, даже сама Лиза об этом говорит.

— Зашибись, подруга.

— Не, не, не, Кир! Она горло за неё перегрызет. Дружба у них крепкая. Саня, Стас, Глеб, Серега, который «Тархас» держит, Артем, который наших ребят тренирует в «Опале», и Виталик — самый умный пацанчик на потоке, доцент, епт его. Из девчонок: она, Лиза, Светка, что к Корявому клинья подбивает и Алина, высокая такая, высокомерная до жути.

Кирилл забыл про лекцию, он рассматривал девушку с явным интересом, надеясь улыбнуться ей, когда она повернется в его сторону, но этого не произошло.

— Кир?

— А?

— Не лезь туда. У них своя тусовка. Спокойная! Никаких запрещёнок. Да и с этими ребятами проблем неохота.

— Каких проблем, Лёх? Ты о чем? Она что держит манифест девственности?

— Не знаю. Но попользовать её пару ночек и выкинуть, как ты любишь, без проблем не получится. Ребятишки впрягутся. Они с первого курса не расстаются, даже в столовку вместе ходят.

Кирилл задумчиво рассматривал друга. Это уже становится интересно.

— Сегодня особенный день?! Все решили обсудить свои личные проблемы на моей лекции??? Ваша фамилия, молодой человек!

— Руднев, — нисколько не растерявшись, ответил Кирилл.

Преподаватель долго и пристально сканировал его взглядом, он прекрасно знал и его, и его фамилию, и его способности к обучению.

— Студент Руднев, прошу Вас не нарушать дисциплину на моем занятии.

— Я приношу свои извинения.

Интеллигент кивнул и продолжил лекцию.

Кирилл осмотрелся, все пялились на него с сочувствием, даже она. А вот и шанс! Он улыбнулся, Алёна с изумлением приподняла бровь и отвернулась. Сложная девочка, придется постараться.