Глава 9

Сегодня общих лекций не было, но они обязательно встретятся, в этом были уверены оба. На перерывах они вертелись по сторонам в поисках друг друга, оборачивались и всматривались в любые фигуры, отдаленно напоминающие объект симпатии. Алёна тревожно посматривала на телефон, недоумевая, почему не получила ещё ни одного сообщения. А Кирилл испытывал свою выдержку и лелеял необъяснимое чувство нужды в зеленоглазой девчонке. Она ему нравилась, безумно, без единственной надежды на возврат к начальной точке отсчета. Тогда он хотел просто секса с неприступной красоткой, а теперь этого казалось мало, если вообще было нужно.

Неделя пролетела как во сне, в нескончаемых переписках, долгих прогулках по городу пешком или на машине, разговорах за ужином в кафешках, улыбках, мимолетных поцелуях и моментах невыносимого, но вынужденного расставания в час или два ночи. Оба не высыпались, не слушали лекции, мечтали на практикумах, и светились, словно две неугасающие звездочки на ночном небе.

— «Во сколько?» — Алёна выдохнула и с облегчением прикрыла глаза.

— «В 4»

— «Увидимся. Если я доживу»

Мурашки бегали по коже, каждое подобное признание было настолько приятно, что самообладание терпело крах. Она не ответила, потому, как рисковала написать что-то слишком откровенное в ответ. Ей пока не хотелось, чтобы он знал, как она теряется под его заинтересованными, хищными взглядами, как дрожь пробивает тело от одного случайного прикосновения. Ещё рано. Она ведь не слабая, поддаваться его искусному обольщению не убедившись в искренности намерений, она не будет.

Лиза следила, как спешно взволнованная подруга запихивает свои вещи в рюкзак. Сейчас она растолкает всех и понесется вон из аудитории, забыв с ней попрощаться. Так происходит уже который день.

— Так! Стоять! — обескураженная Алёна обернулась и с недоумением посмотрела на ладонь, туго сжимающую её запястье.

— Лиз, ты чего?

— Надо поговорить, — Лиза наградила невинное лицо строгим взглядом, дающим понять, что сопротивляться бессмысленно.

— Давай не сегодня, пожалуйста …

— Завтра может быть уже поздно.

— Да что на тебя нашло в самом деле?!

— Пошли!

Не отпуская захвата грозная нравоучительница кое-как собрала свои вещи, перекинула сумку через плечо и потянула нетерпеливо переминающуюся с ноги на ногу подругу к выходу. Они пересекли постепенно пустеющий коридор и разместились возле окна.

— Я тебя слушаю!

— Ты думаешь, я не вижу, в чью машину ты садишься после занятий?

Алёна фыркнула.

— Думаю, видишь. По правде говоря, я не скрываюсь. Не понимаю только, что за реакция?

— Однако ничего не рассказываешь!

Алёнка почувствовала себя разоблаченной, но искренне не понимала в чем, навязчивость подруги нервировала. В голове проскользнула мысль о том, что кто-то лезет не в своё дело.

— Что у тебя с ним?

— Пока ничего, но думаю, я скоро это исправлю.

— Алёна, — Лиза сменила гнев на милость, её тон призывал образумиться, лицо приобрело участливое выражение, — я прошу тебя, хорошо подумай, прежде чем делать этот серьезный шаг. Пока не поздно, оставь этого парня.

— Да в чём дело?! — злость все-таки исказила красивое лицо.

— Ты не знаешь, каков он. Пойми, он притворяется, примеряет маски доброго, милого мальчика, кроме как затащить тебя в постель, а потом выкинуть, ему ничего не нужно. Он коллекционер, бездушный и расчетливый. Большие деньги и положение его семьи в этом городе открывают для него любые двери и делают так, что все поступки остаются безнаказанными.

— Почему он тебе так не нравится? — скрещенные на груди руки давали понять, что девушка закрыта для откровенного разговора по душам.

Лиза нахмурилась, она не узнавала ту, что стояла перед ней, пренебрежительно сдвинув брови.

— Знаешь такую игру? «Сколько стоят твои трусики?»

— Что за бред?

— Знаешь в чем её суть и кто её придумал?

— Говори, — голос смягчился.

— Кирилл Руднев и его гопкомпания снимают ночной клуб для закрытой вечеринки, оповещают свой контингент о месте и времени её проведения. Деньги там льются рекой, поэтому даже наш Серёжа не раздумывая, вешает бронь на парадные двери «Тархаса» в выходной день. В игре принимают участие все желающие девушки. Суть игры как можно дороже продать своё нижнее белье.

— И в чем прикол? Зачем Рудневу чужие поношенные трусы?

— До них необходимо добраться! Чтобы их снять, нужно избавиться от всей одежды на глазах многочисленной аудитории, и не просто так, а как можно вызывающе и эротичнее, чтобы ставки жюри были максимальными. За каждый предмет гардероба назначается цена, за импровизацию, вызывающую восторг у публики, поступают дополнительные бонусы. Победительницей становится та, кто набирает наибольшее количество денег на свой условный счет. Награда — обналичка этого счета и ночь в постели Руднева. Это кастинг на лучшую женскую роль в его индивидуальном порнофильме, он любит разнообразие и предпочитает не брать кота в мешке. А так — все напоказ! Понравилась … берем, трахаем, выставляем за дверь и больше не знаем.

Алёна пораженно молчала, невольно приоткрыв губы, будто хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Она верила. Лизка никогда бы не стала обманывать, ей это не нужно и невыгодно. Она хотела предостеречь и избавить от ошибок неопытную в отношениях с парнями подругу. Алёна поступила бы также, однозначно, и это не обсуждается. Закрыть глаза и не попытаться помочь означало бы, что дружбе конец, да и вообще, нужна ли была такая дружба.

— Это точная информация? — с трудом выдавила девушка, пытаясь умерить пустившееся в галоп сердце. То самое, что уже билось по этому парню.

— Я видела все своими глазами. Случайно попала на такую вечеринку. Поверь, это омерзительно. До сих пор чувствую стыд за женскую половину нашего общества.

— Я верю, — Алёна подняла на подругу понурый взгляд. — Это все, что мне нужно знать о нем?

— Нет, ещё много нелицеприятных слухов. Я сказала то, что видела сама. Одно я знаю на все сто процентов, и никакого подтверждения мне не надо, он беспринципный, аморальный подлец. Я за тебя боюсь. Твои глаза горят, ты витаешь в облаках, начала за собой усиленно следить, бежишь к нему сломя голову…

— Я поняла, Лиза! Ты права, он мне понравился. Спасибо тебе, я очень признательна. — Алёна приблизилась и притянула грустную девушку к себе.

— Будь осторожна, иначе будет очень больно, я точно знаю.

— Я обещаю.