Глава 17

Полина Ближе к ужину Арсений поинтересовался у меня, как я отношусь к суши. – Папа говорил, жалко денег на такую еду. Денег берут много, а есть нечего. Отец у меня худой, но покушать любит. Так что я никогда не пробовала, – смутилась я. – Закажу сейчас. На ужин будут суши. Да, там есть почти нечего, для любителя плотно покушать. Нам сегодня не стоит набивать живот, полный желудок будет отвлекать. Я в очередной раз задумалась. Что нового придумал Арсений? То, что было вчера, мне понравилось. Я даже не против повторить. Заволновалась, но совсем чуть-чуть. Вчера я научилась доверять Арсению и знала, что тот не обидит без причины. – Пойди ко мне, сядь на диван рядом, – произнёс Арсений, когда после ужина мы зашли в гостиную. Я смело села рядом и посмотрела на мужчину. – Будем разговаривать? – удивлённо спросила я. – Да, для начала поговорим. Сегодня я хочу, чтобы ты сделала обычное для себя дело. Я понимаю, тебе может быть стыдно, но ты должна понять, это нужно не мне, а в первую очередь тебе. Сегодня мы вскользь выяснили, что ты занималась онанизмом. Это так? – Ну, любой человек это делает иногда. Можно подумать, у вас этого не было, – смущаясь, ответила я. – Было. Я даже могу рассказать как. Стараешься всё провернуть, когда родителей нет дома. Но если сильно приспичило, то всё нужно делать тихо и быстро. Задерживаешь дыхание, чтобы не застонать на пиках удовольствия, а особенно, когда кончаешь. Родители за стенкой могут услышать. Или нечаянно пройдут в неподходящий момент мимо твоих дверей и услышат. Так ведь? Всё верно? – Да. Очень страшно, что тебя застукают, поэтому стараешься вести себя тихо как мышка, – подтвердила я. – Сегодня ты будешь заниматься этим при мне. Примешь любую позу. Лёжа на спине или сидя. Но я должен видеть твоё лицо. Я тебя контролирую, ты слушаешься. Полина, я понимаю, тебе неловко и стыдно. Можно подобрать тысячу слов, но всё же так надо. Разумеется, ты можешь отказаться. Скажи мне, ты сможешь это сделать? – Я не знаю, смогу ли. Попробую. Возможно, у меня не получится возбудиться, от того, что вы на меня смотрите. Это Тантра-йога? Не верю, – буркнула я, смущённо опуская голову. – Ты не сможешь видеть, как я на тебя смотрю. Поэтому будет легче. От йоги тут только капля. Я понял, что ты остро реагируешь на мой голос. Мы с мастером разработали эту сцену специально для тебя. Что выбираешь, лёжа или сидя? – Сидя. – Тогда раздевайся полностью и садись в кресло. Я отвернулась. Было действительно стыдно. Я подумать не могла, что Арсений сегодня будет требовать от меня такого. Это просто просьба, можно отказаться, но Арсений заверил, что так нужно для меня. Я прошла до кресла и села, откинувшись на спинку. Вчера я предстала в одних трусах перед Арсением, но и он разделся. Сегодня Черкасов остался в одежде. Я покраснела и опустила голову на грудь. Арсений тем временем присел передо мной на корточки, положив руки на подлокотники. Он посмотрел на то, как я прикрываю свой пах руками. – Есть одна знаменитая фраза. «В темноте мимо рта не пронесёшь». Если ты не понимаешь, я объясню. Завяжу я тебе сейчас глаза, затем поверну вокруг собственной оси несколько раз. Потом прикажу найти окно. Даже если ты его найдёшь, то с трудом. А если я прикажу дотронуться до большого пальца правой ноги, ты, нагнувшись, безошибочно ткнёшь в него рукой. Человек способен ощущать, и как бы видеть своё тело с закрытыми глазами. Теперь договоримся так. То, что сейчас будет происходить – сессия. Ты согласна? – Согласна, – заикнулась я. – Тогда сядь глубже. Ноги закинь на подлокотники, чтобы я мог видеть тебя лучше. Умница. Ты слушаешься меня. Называешь Милорд. Тебе запрещено во время своих действий представлять других голых мужчин и секс с ними. Даже со мной запрещено. Сегодня ты трахаешься только сама с собой. Будешь представлять только своё голое тело. И никаких задержек дыхания и онанизма по-быстрому, – в голосе Арсения сквозили командные нотки. – Я поняла, Милорд, – тихо ответила я. – Хорошо. Тогда давай, я надену тебе маску для сна, как вчера. Не молчи. Если хочется стонать, кричать, или что-то подобное, ты не имеешь права себя сдерживать. Арсений сдвинул журнальный столик в сторону. Своё кресло поставил ближе к моему. Я с ужасом подумала, что теперь меня будет видно как на ладони. Глаз коснулась мягкая повязка, и свет померк. Где-то рядом скрипнула кожа, а потом раздался голос: «Голову подними, я хочу видеть твоё лицо». Я подчинилась, почувствовала, как горят щёки и даже уши. – Умница. Теперь успокаивайся и начинай дышать, как делали вчера, глубоко и размеренно. Вдох и выдох только носом. Арсений Я видел, девушка слегка нервничает. Дал ей время успокоиться и начать дышать правильно. – Теперь оближи указательный палец, потом проведи несколько раз по своим губам. Почувствуй, это твои губы, Полина. Они красивые, их приятно целовать. Пусть твой палец скользнёт в рот. Да, так, соси его. Левой рукой дотронься до сосков. Ласкай по очереди один и другой, как умеешь. Проведи по груди всей пятернёй. Представь, это твоё тело, оно неделимо с твоим разумом. Сейчас от твоей руки волнами расходится возбуждение по телу. Ласкай себя обеими руками. Думай, как волны идут по телу. Как оно посылает возбуждение в мозг. Сейчас возбуждены не только тело, но душа и разум. Ты сгусток наслаждения. Покажи мне девочка, как ты любишь своё тело. Оно прекрасно. Ласкай его и дыши глубоко. Глубоко и размеренно. Я пристально наблюдал за девушкой. Она лизнула палец и провела по губам. Её тело дрогнуло, но еле заметно. Потом Полина всосала палец в рот и робко дотронулась до груди. Пальцы дрожали, лаская кожу, когда к ним присоединилась вторая рука. Полина должна почувствовать своё тело, везде, где сможет сейчас достать. Девушка коснулась своих сосков, покрутила между пальцами. Я молчал, позволяя ей делать сейчас то, что она хочет. А сам порывался подойти и прикоснуться. Впиться губами в этот розовый сосочек. Приласкать руками, подрагивающий живот. Потом зарыться языком во впадинку пупка. Член болезненно налился кровью, от зрелища, которое было перед моим взором. Ещё успею осуществить свои фантазии. Я утопил пальцы в мягкий подлокотник кресла и наблюдал, как возбуждается Полина, медленно, но верно. Между ног блеснули капельки влаги. Полина – Не спеши. Ласкай себя медленно. Проведи по очереди по каждой руке. Посмотри, какие великолепные у тебя пальчики. Ими не стыдно приласкать кого-то ещё. Тебя такой создала природа, не ты сама. Твоей вины в этом нет. Повинуйся зову природы, удовлетвори сегодня себя. То, что ты сейчас делаешь, разве плохо? – услышала я в очередной раз. Голос Арсения был какой-то странный, он как будто завораживал или гипнотизировал. Я провела дрожащими пальцами по руке, дотронулась до ладоней. «Мои прекрасные пальчики», – сказал внутренний голос робко. Потом последовала другая рука и вот мои ладони снова на груди. – Ласкай свою грудь, живот. Пусть руки приносят наслаждение. Это твоё тело, самое лучшее на свете, – снова ласковый и в то же время властный голос Арсения. Я опять прикоснулась к соскам, потёрла их кончиками пальцев, и они превратились в твёрдые горошины. Нервные окончания обострились. Из груди хотел вырваться робкий стон, но я по привычке сдержала его. – Не смей сдерживать стоны! Дыши глубоко, не задерживай дыхание, – раздалась команда в тишине. Я провела руками вниз до самого лобка и всё же застонала, протяжно и сладко. В этот момент душа раздвоилась на две половинки. «Извращенка. Ты извращенка, Полина, так нельзя делать», – ехидно сказал каркающий голос внутри. «Нет, неправда! Меня такой создала природа!» – нерешительно пискнул второй голос. «Ты извращенка, а они все больны. Твоё тело больно, его нужно лечить в психушке», – снова каркающий голос. «Нет, Арсений сказал, что моё тело самое прекрасное», – уже более решительно пискнул второй голос. «Кто такой Арсений?! Такой же извращенец, практикующий садизм?!» – Борись! Не дай плохим мыслям затопить разум! Они неправильные! Начни ласкать себя между ног! Ты хорошая! Ты лучшая! Твоё тело прекрасно! Не дай себя утопить лживому голосу! Уничтожь его! Представь, что он брызгами выходит из твоего тела! Эта грязь, которая тебе не нужна! Ты человек, созданный природой, и должна любить себя такую! – строго и резко произнёс Черкасов. Я дёрнулась от этих слов. А потом решительно сказала: «Нет! Арсений прав! Я хорошая! Это моё тело! Уходи! Я ненавижу твой противный голос!» «Ты пожалеешь, он поиграет тобой и бросит, как тот, другой!» – снова каркнули. «Нет, не бросит, он обещал! Уходи!» – мне показалось, что я кричу это во всё горло. Мысленно представила, как те мысли, которые я больше не хочу в себе слышать, разлетаются чёрными каплями по комнате. Вдруг они как будто стали обволакивать меня, пытаясь дотронуться. Я уже не ласкала себя, просто держала ладони на бёдрах. Потом закричала: – Нет! Он обещал! Уходи! Арсений, мне страшно! Арсений тут же подбежал ко мне и обнял. – Тихо, всё проходит. Смотри, я рядом, то, что тебя пугает, исчезает. Я тебя люблю и не брошу, обещаю. Видишь, то, что тебя пугает, исчезает, представь это, – ласково сказал мужчина. Перед мысленным взором посветлело. Чернота исчезла, превращаясь в нечто белое. Голос тоже исчез. Он как будто растворился. Из глаз хлынули слезы облегчения. – Арсений, – всхлипнула я и обнял его. Арсений Я не стал говорить, что Полина вышла за рамки договорённостей и назвала меня просто по имени. Сейчас это было неважно. – Т-ш-ш, маленькая, всё хорошо. Давай поможем тебе снять напряжение. Отпусти руку, позволь это сделать мне. Я поцеловал любимую долго и мягко. Прошёлся рукой по груди, приласкал пальцами соски. Потом дотронулся пальцами между её ног. – Теперь открой рот и дыши сердечным дыханием как вчера. Размеренно. Умница моя. Покажи, как ты себя любишь, позволь своему телу получать наслаждение. Хочу видеть, как ты кончишь. Я припал губами к её соскам и поцеловал каждый по очереди, потом двинулся дальше, не прекращая ласкать клитор. Лизнул пупок и снова вернулся. Обхватил сосок губами и начал сосать так, чтобы это причинило лёгкую боль. Девушка несколько раз дёрнулась и застонала. Я знал, что она уже не девственница. Спокойно погрузил в неё два пальца, не переставая ласкать клитор. Любимая застонала ещё больше. Подавалась навстречу моей руке и вскоре её затрясло в оргазме. Я быстро вытер руки влажной салфеткой, лежащей на столе. Потом снял с девушки маску для глаз. Следом поднял её на руки и сел в своё кресло. Она доверчиво прижалась ко мне боком, положив голову на грудь. – А как же вы, Милорд? – всхлипнув, спросил она. – Я большой, девочка, справлюсь со своим возбуждением. Сейчас расскажи всё, что чувствовала с самого начала. Не торопись. Мы не спешим. Я укрыл любимую пледом, который заранее положил на подлокотник, потом крепко обнял. Полина дрожащим голосом поведал, как это было. Оказалось, в какой-то момент она как будто в транс впала и не помнила, сколько времени прошло. Затем разум раздвоился на две половины. В конце вторая половина, рассыпалась чёрным вокруг неё, и как будто хотела поглотить, но всё испарилось, как только я обнял. – Что ты сейчас чувствуешь? После того как я заставил тебя кончить, – спросил я. – Неловкость. Бывший ко мне там не прикасался. Это приятно, когда тебя так ласкают. И да, это моё тело, что хочу, то и делаю, – сказала девушка решительно последнюю фразу. – Умница, малышка. Ты справилась. Завтра последний этап. Но там не будет ничего страшного, только приятное, обещаю, – Арсений поцеловал любимую в макушку. – Я хотела бы остаться с вами, Милорд, навсегда, – мечтательно произнесла Полина. – Я не против, моя девочка. Но как ты понимаешь, мы не можем видеть будущее. Кто-то живёт до самой смерти друг с другом. Иные разводятся после двадцати лет брака. Давай не будем загадывать. Можно просто жить и наслаждаться любовью. Я хочу попробовать раздвинуть твои горизонты в сексе. Как ты понимаешь, это касается той комнаты в подвале. Повторю, ничего не будет, потому что ты не дала согласия. – Я ещё боюсь. Я вообще трусишка по жизни. Говорят, до травмы я была весёлой, душой компании. И всё равно, я привыкла слушаться взрослых. Чтобы они за меня что-то решали. Родители спрашивали моё мнение, но всё равно неприспособленная к самостоятельной жизни. Летела сюда и думала, выпихнули во взрослую жизнь, а как жить ею не научили, – с горечью в голосе сказала Полина. – Завтра дам почитать одну статью моего друга Юри. Она называется «ДС-отношения». Почитай и подумай, я буду не против, если ты решишь передать власть мне. Ты устала, у тебя глаза слипаются. – А сколько времени я была в трансе, с тех пор как села в кресло? – Почти час, малышка. Идём-ка бай-бай. Я поднял любимую на руки, и, к её удивлению, донёс до самой кровати. – Не могли бы вы полежать со мной, пока я не усну, – промямлила девушка. – Конечно, – я лёг и обнял Полю. – Засыпай, моя сладкая и помни, я всегда буду рядом, даже если сплю в соседней комнате.