Глава 22

Полина После ужина Арсений показал мне несколько отпечатанных листов. – Я подготовил вопросник, но есть маленькая проблемка. Ты человек далёкий от Темы. Поэтому можешь не понять названия многих предметов. Ты не против, если мы сейчас пойдём в темницу? Я от волнения закусила губу и посмотрела на Арсения, стоя у журнального столика. Любимый не спешил садиться в кресло. – Можно и туда пойти. Кажется, там есть столик и пару стульев. – Верно. Там и поговорим. Арсений подхватил бумагу и ручку, а потом пошёл в подвал. Я последовала за ним. Сердце бухало в груди, опять окажусь в этой комнате. Такого нереального страха, как раньше, не было, и всё же я застыла посреди комнаты. Арсений положил листы на стол, а потом подошёл ко мне. Он взял моё лицо в ладони и заглянул в глаза. – Знаешь, зачем я это затеял? Ты должна всё прочитать при мне и сделать пометки. Если что-то непонятно, спроси разъяснения. Твоя ошибка была в прошлый раз именно такой. Ты прочитала статью Юри и не уточнила некоторые моменты. Согласилась сразу на всё, лишь бы угодить мне. Запомни, малышка, ты не обязана мне угождать, пока мы не подписали контракт и протокол. Ты должна думать о себе. Я не обижусь, если ты скажешь, что тебе что-то не нравится, и ты хотела бы вычеркнуть это из списка. Больше того, я облегчил нам обоим задачу и вписал только то, что практикую. Но если у тебя были ещё какие-то фантазии, ты можешь говорить. Мы всегда обсудим. Тебе всё ясно? – Да, я готова начать, – я шумно сглотнула, нервы давали о себе знать. – Отлично, присаживайся на табурет, – Арсений сел на стул и положил передо мной первый лист, – Твоя задача внимательно читать и ставить рядом буквы. Д – да. Н – нет. В – возможно. – Да и нет понятно, но что значит, возможно? – Да – если ты хочешь попробовать. Нет – ни под какими уговорами не согласна. Действие буквой «н» – наше табу. Я не буду применять это, как бы мне ни хотелось. Возможно – когда ты не уверена, но в будущем есть вероятность, что согласишься. Если ты поставишь «в», можешь не бояться. Прежде чем применить такое действие, я спрошу у тебя, готова ли ты или всё ещё сомневаешься. – Поняла, голос почему-то вышел тихим. Теперь, когда Арсений всё так подробно объяснил, не страшно ставить буквы. Оказалось, любимый прав. Я действительно не разбиралась в Теме. Кое-что нахваталась из статей Юри, но прочитала их мало. По поводу применения наручей и поножей поставила решительное «да». Привязывание к кровати и решётке возле неё, тоже одобрила, это не страшно. «Кушетка для порки», – прочитала следующую строчку и задумалась. Я бы не хотела, чтобы меня пороли, по крайней мере, не сразу. Найдя глазами кушетку в комнате, посмотрела на неё, изучая. – Кушетку можно применить не только для порки. Например, я тебя привязываю к ней лицом вниз, а сам становлюсь на колени и вхожу. Можно много игр придумать. Я кивнула и поставила букву «д». Дальше шёл Андреевский крест. Мне казалось, это самая страшная вещь в комнате. – Можно мне подходить к предметам? – робко спросила я. – Разумеется. Ты можешь всё потрогать, чтобы лучше понять нужно ли тебе это, – подбодрил любимый. Я направилась к кресту, ощупала его пальцами. На самом деле, он был не жёсткий, но и не слишком мягкий. Вероятно, между кожей и деревом проложен тонкий слой поролона. Представила, как бы стояла тут обнажённая, пристёгнутая к нему карабинами. По телу пронёсся жар возбуждения, смешанный со страхом. – А что можно тут делать? Арсений подошёл и обнял сзади. Руки забрались под футболку и легли на живот. – Всё, на что горазда фантазия конкретного человека. Я бы мечтал, привязать тебя к кресту. Или приковать к этим цепям. Не буду тебя пугать и озвучивать свои фантазии дальше. Всё, о чём я мечтаю, никогда не осуществится, если ты не согласишься. БДСМ – это не насилие одного над другим. Это – необычная практика по взаимному согласию. Я заметил, что тебя возбуждает, когда грубо прикасаются к твоим соскам. Ты кайфуешь от такого, а кто-то от ударов плетью. – Поняла, пойдёмте писать дальше. Сев на своё место я поставила «д» напротив Андреевского креста. Таким образом, я заполнила все предложенные листы. Спрашивала, что было непонятно. Поинтересовалась, больно ли цеплять зажимы для сосков и кожи. Когда узнала, что они регулируются, то одобрила. Арсений Я улыбался в душе. Девочка была не против некоторых вещей. Не совсем то, что хотелось бы мне. Я больше всего возбуждаюсь от порки, но Полина поставила запрет на розги и плети. Девушка с содроганием рассматривала «плётку-кошку». Потом спросила, что такое флоггинг. Я рассказал, сунув ей в руки флоггер. Полина покрутил его в руке. Потом легко ударил себя по ладони. Я не зря выбирал эту вещь для неё. Знал, что замшевый девайс не так больно жалит и подходит для первого раза как нельзя лучше. Любимая поставила букву «в» по поводу применения флоггера. А вот рассматривая шлёпалку и паддл, написала «да». – Я знаю, тебе нравятся удары ладонью по попе, девочка. Должен предупредить, этими девайсами будет больнее. Ты можешь исправить то, что сейчас написала, – предупредил я, хотя про себя молил её не отступать. – Пусть останется. Вы же не будете сразу бить в полную силу? – голос девушки от волнения стал хриплым. – Мы будем постепенно исследовать твои пределы, – улыбнулся я счастливо. Таким образом, мы просидели в подвале полтора часа. Полина не догадывалась, что если бы она была тематиком, то хватило бы и двадцати минут. А так мне приходилось буквально разжёвывать некоторые моменты. Я не жалел о потраченном времени. Главное, чтобы она понимала, на что соглашается. – Когда будет наша сессия? – смущаясь, спросила Поля. – Завтра. Мне нужно прочитать всё, что ты написала, и придумать сессию в соответствии с этими записями. Давай договоримся на четыре часа дня. А сейчас иди к себе. Я буду в спальне. Мне нужно подумать как следует. Записать на подкорку все твои табу. Сессия должна пройти по чётко намеченному плану. Я не имею права сделать что-то не так, а потом сказать: «Прости, я забыл». – Я вас поняла, Арсений Михайлович, – Полина встала из-за стола и направилась к дверям. Через несколько минут я лежал на кровати, перечитывал вопросник. Меня радовало, что хотя бы на спанкинг Полина согласилась. Улыбнулся, представив, как завтра поцелую её розовую от ударов попку. Малышка ты даже не знаешь, что ты попросила. Будь уверена, я продумаю сессию так, что тебе понравится, и ты захочешь ещё.