Глава 18. Я все помню

К черту все!

Бросаю на стол деньги за ужин, хватаю сумочку и машу рукой Боре, мол, пока-пока — время Золушки закончилось!

— Сонь, — скрипят стулья, лейтенант медленно поднимается и чуть не опрокидывает стол. — А ты куда?

— А я домой.

— В смысле? А ужин? — кивает на овощной салат и чашку с недопитым кофе.

— Как-нибудь в другой раз, — подмигнув, сбегаю из ресторана.

Выхожу на улицу и замираю на месте, услышав раскатистое эхо июльского грома. С неба льет как из ведра.

Прикрыв глаза, подставляю лицо под тугие струи воды. Вот это да! Дух захватывает.

Промокаю до нитки буквально за минуту. Блузка прилипает к телу, ступни мокрые и грязные, да и пофиг! Я же не сахарная, не растаю, а вот таксисты считают иначе! Когда я пытаюсь поймать машину, все как один проезжают мимо, делая вид, что меня нет.

Сколько так стою? Понятия не имею. Хочется поскорее домой: снять мокрые тряпки, принять душ и завалиться баиньки.

— Будешь? — знакомый голос раздается совсем рядом.

Оборачиваюсь и вижу перед собой Орлова. Устремляю взгляд на его «Будешь».

— А давай, — кивнув, беру в руки бокал с янтарной жидкостью и выпиваю залпом до дна.

Напиток растекается по горлу, обжигая и согревая одновременно. Гадость, но это лучше, чем заболеть!

— Ты на машине? — спрашиваю у Орла.

— Нет. Домой хочешь?

— Хочу, но никто не хочет меня везти.

Кирилл понимающе кивает головой, и мы продолжаем стоять под проливным дождем, не обращая на него внимания.

— Идем ко мне? — неожиданно предлагает он. — Высохнешь, а потом я вызову тебе такси.

— Идем? Ты где-то рядом живешь?

— Угу. Ходьбы минут десять, — устремляет взгляд на мои щиколотки. — Может, пятнадцать.

Я думаю целых десять секунд. Пойти с Орловым или остаться здесь, и неизвестно сколько ловить такси?

Да что тут думать, Господи!

Схватив Кирилла под руку, говорю:

— Веди, Кирюша, в свое логово. Хоть посмотрю как ты живешь.

Он недоумевает, но уже через мгновение шагает вперед.

— Кир…

— Что?

— Ты спер бокал, — хихикаю.

Орлов переводит взгляд на свои пальцы, сжимающие стеклянную ножку посудины, а затем бросает бокал через плечо.

Оборачиваюсь.

— Ну и зачем ты это сделал? Тебе дома помешал бы лишний бокал?

— На счастье.

— Очень сомнительное, — бубню под нос. — Думаю, дворники утром «оценят» и вспомнят тебя злым, нетихим словом.

— Мартынова!

— Что?

— Не будь занудой.

Я замолкаю, он — тоже. Так и топаем рядом друг с другом, соблюдая тишину. На душе спокойно, в голове пусто. И плевать, что из неба льет, как из ведра. Плевать, что потратила бабки на овощной салат, кофе и сок. Мне почему-то не жалко, а даже наоборот — радостно! Лейтенант оказался редкостным «фе-е-е», с Орловым и рядом не стоял. Вот Кирюша никогда не позволяет мне платить за себя, если мы где-то вместе. А еще он всегда отвозит меня домой, забирая пьяную с гулек.

В нескольких метрах замечаю огромную лужу. Замираю на месте, прикидывая, с какой стороны ее лучше обойти, чтобы не испачкать босоножки, но неожиданно на мою талию опускаются крупные ладони. Подхватив под ягодицами, Орлов берет меня на руки, а я смотрю на него затуманенным взглядом и ощущаю, как внутри распирает от гордости.

— Спасибо, Кирюша, — чмокаю в щетинистую щеку и тут же стираю след от губной помады.

Он ставит меня на землю. Сжимая талию стальными тисками, приближает к себе, впечатав в бедра. Трудно дышу, глядя на него, а он… Касается моего лица рукой, отводит в сторону прилипшую прядь и смотрит таким будоражащим взглядом, что я ощущаю, как мое тело бьет мелкой дрожью.

— Я хочу тебя поцеловать, — выдает охрипшим голосом.

Обвожу кончиком языка нижнюю губу, а затем кладу ладони на прокаченные плечи.

— Я тоже этого хочу, — только успеваю ответить, и дальше все несется с повышенной скоростью.

Сжимая друг друга в объятиях, мы с Орловым, как в лучших традициях фильмов о любви, страстно целуемся. Его рука забирается под мою блузку, скользит вверх и гладит кожу между лопаток. Волнительно и сладко в его объятиях, а потому я прижимаюсь еще крепче и, обнаглев вкрай, вывожу замысловатые узоры на шее, царапая кожу ногтями.

Нас прерывает звук автомобильного сигнала и яркий свет фар. Завершив поцелуй, прижимаемся друг к другу лбами и, тяжело дыша, огорченно вздыхаем.

— Вы с дороги уйдете или совсем больные на голову? — слышится громкий басистый голос.

Орлов первым приходит в себя и отводит меня в сторону, освобождая путь разъяренному автомобилисту.

— Такой момент испортил, — снова вздыхаю.

Кирилл задумчиво улыбается. Тянет меня за руку и уводит вглубь двора.

Останавливаемся возле одного элитного дома. Я поднимаю голову вверх и скольжу взглядом по всем этажам.

— Ничего себе. Присвистнула, если б умела. Давно здесь живешь?

— Год.

— Целый год, а я здесь впервые? Теряешь хватку, Кирюш.

— Так я же приглашал.

— А я?

— Отказалась!

— Хм, — задумчиво чешу подбородок. Хоть убей, ничего не помню. — Ты точно меня приглашал, а не какую-то там Алену или Катю, или…

— Сонь, — хватает меня за руку и ведет в подъезд. — Не начинай. Ты сама не устала одну и ту же пластинку крутить?

— Какую? Что ты бабник? Так это общеизвестный факт!

— Дура ты, Мартынова, хоть и любимая. Ты когда меня в последний раз видела с женщиной?

— Не помню! Хотя… Да! Точно! Два года назад ты встречался с Мариной из хозяйственного суда.

Орлов заказывает глаза — это хорошо видно, потому что мы стоим на первом этаже и ждем, когда приедет лифт.

— Ревнуешь?

— А ты бы хотел?

— Нет, — качает головой. — Хотел, чтобы у тебя наступила амнезия, и ты забыла обо всех моих ошибках!

Громко цокаю языком.

— Мечтай, Орлов. Мечтай! Я все помню.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я — тоже, Сонь, — вторит моему тону, а затем становится серьезным. — Помню, как ты меня любила и как клялась, что мы никогда не расстанемся.

— Кирилл, а теперь начинаешь ты!

Лифт останавливается на нашем этаже. Мы с Орловым заходим в кабинку и дружно молчим, пока не открываются дверцы лифта.

— Прошу, — он пропускает меня вперед, а сам плетется немного позади. — Нам сюда.

Указав на одну из дверей, тянется к карману брюк и достает оттуда связку ключей.

Я наблюдаю за ним со стороны, испытывая двоякие чувства. Хочется и колется. Умом понимаю, что бывший муж — пройденный этап, но сердце противится и говорит, что людям всегда нужно давать второй шанс. А я ведь и правда не давала Кириллу второго шанса! Так, иногда встречались «для здоровья», но дальше таких встреч никуда не заходили. Я пыталась забыть Его и искала в кого бы влюбиться, но раз за разом возвращалась к Нему и наше «для здоровья» повторялась с самого начала.

— Сонь, иди, — говорит Кирилл и слегка подталкивает меня вперед.

Переступаю порог и оглядываюсь по сторонам. Хорошая квартира, просторная и с ремонтом.

— Тебе надо переодеться. Ты мокрая вся, — Кирилл окидывает меня с головы до ног и останавливает взгляд на полу.

Я тоже смотрю на пол. Как неудобно-то! Небольшая лужица красуется вокруг босоножек, да и его туфель — тоже.

— Ванная там, если что.

Кирилл указывает на дверь и, стащив туфли, уходит вглубь квартиры.

Снимаю босоножки и иду по коридору. Уже в ванной комнате стаскиваю с себя мокрую одежду и, оставшись в одном нижнем белье, закутываюсь в большое банное полотенце.

Покидаю ванную комнату и ступаю в зал, как мне кажется. Пока я осматриваюсь по сторонам, за спиной слышатся шаги.

— Я принес тебе футболку.

— Спасибо.

— Чай будешь или кофе?

— Буду чай.

— Сделать к чаю бутерброды?

Смотрю на циферблат наручных часов. Одиннадцать часов ночи! Салатик в ресторане не съела, дома не поужинала, а тут еще желудок предательски урчит, вгоняя мои щеки в краску.

— Понял. Иду делать.

Кирилл уходит, а я смотрю ему вслед и думаю, как было бы классно, если бы мы не имели печального прошлого и встретились только сейчас!