Глава 20. Крис

— Ради меня ты решила отказаться от нашего будущего? — почти неразборчиво проговорил он, уставившись в одну точку невидящим взглядом.

Скорее всего, прозвучал риторический вопрос, но тем не менее я поспешила на него ответить:

— Да, мне пришлось. Я ведь была по уши влюблена в тебя! Ты был самым важным человеком в моей жизни. Не могла же я позволить Матвею сделать что-либо гадкое в отношении тебя.

— Крис, боже мой! Ты же дала мне подсказку! — он зажмурил глаза, в которых за секунду до этого отражалась боль, а плечи его поникли под тяжестью правдивого груза. — Почему я был таким глупцом?

— Ужасно, что всё так глупо вышло, — мой голос дрогнул. Я прикусила щёку, боясь, что вот-вот горько расплачусь.

Тима пришёл в себя, придвинулся ближе и заключил меня в тёплые объятия, позволяя положить голову ему на плечо и почувствовать как бешено стучит его сердце.

— Поверь, я чувствую себя сейчас хуже некуда, — гладил он меня по волосам. — Ты делала всё это ради меня, а я с такой лёгкостью отпустил тебя. Я же не стал бороться, зная, что Матвей…

— Нам просто не суждено было быть вместе, и будет лучше, если ты просто уйдёшь и не станешь делать мне ещё хуже, — произнесла я против своей же воли, зарываясь носом в его шею. Мне хотелось реветь, опустошить себя от эмоций, которые доставляли одни лишь огорчения.

Он отстранился от меня, но только лишь для того, что посмотреть в мои глаза и прочитать в них то, в чём я боялась ему признаться. Я чувствовала, что он хотел услышать от меня ещё что-то, он желал вывернуть мою душу наизнанку. Его же душу я раздавила минутой ранее, и ему, вероятно, нужно было знать всё до мельчайших подробностей, чтобы сложить весь пазл воедино.

— Почему ты постоянно сбегаешь от меня? Почему ты убежала от меня снова?

— Честно?

— Конечно! Мы же договорились быть друг перед другом откровенными.

— Я боюсь тебя, — промямлила я, смотря на него из-под отяжелевших век.

— Ты ошибаешься, Крис, — покачал своей головой. — Ты боишься не меня, ты боишься себя и своих же чувств.

— Да, и это тоже! — прорезался мой голос. Мне стало неловко от того, что он читает меня, как открытую книгу, в которой всего-то одна страница. — Я боюсь, что всё неправильно понимаю!

Тима снова задумался, потирая подбородок.

— Допустим. Как ты всё это понимаешь?

— Я думаю, что это всего лишь игра! — раздосадованно выдавила из себя. Я отодвинулась от него, почувствовав, как напряжение уже во всю силу витает в воздухе. — Может быть ты кайфуешь от того, что водишь меня за нос. Откуда мне знать, что на самом деле у тебя на уме?

— Глупая, это точно не игра. Можешь даже не думать об этом! — ответил он с намёком на лёгкую улыбку. Тима придвинулся ко мне и, снова взяв меня за руку, начал перебирать мои пальцы.

— Что же это тогда? — вырвала свою руку из его, на что он вскинул бровь. — Заметь, ты даже изначально не был настроен говорить со мной, а через сутки уже набрасываешься на меня с поцелуями.

— Я поцеловал тебя для снимков, — сухо ответил он, напрягаясь всем телом.

— То есть, всё это ничего не значило для тебя?

— Нет! — уничтожающе отрезал он, вынуждая меня вздрогнуть всем телом.

— Ха! Вот видишь! А я уже надумала себе всякого! — чуть было не рассмеялась ему в лицо, услышав этот тон, леденящий душу. Я соскочила с дивана и направилась в кухню, чтобы он не увидел, как его слова на самом деле уязвили меня. — Я не хочу, чтобы ты вводил меня в заблуждение, потому что этот поцелуй для меня точно что-то, да значил.

— Но что? — рассерженно выдал он, поднимаясь с дивана следом.

— Я же любила тебя, дурак ты безмозглый! Ты думаешь мне вот так легко притворяться, как делаешь это ты.

— Я не притворяюсь! С чего ты взяла вообще? — нахально развёл он руками. — Я самый что ни на есть настоящий!

— Ты делаешь всё для себя. Совершенно не думая обо мне и о моих чувствах к тебе!

Он моментально поменялся в лице. Если до этого Тима был рассержен, то в настоящий момент он стал настороженным и даже немного заторможенным от потаённого смысла, произнесённых мною слов.

— У тебя что же, до сих пор остались чувства ко мне? — находясь в оцепенении, спросил он.

Тима затаил дыхание. Не моргал, не дышал и не двигался. Он ждал. Ждал, когда я отвечу, а я всё медлила, боясь сболтнуть лишнего. Слова рвались наружу, разрывали грудь, но я намеренно сдерживали эту словесную атаку. Но в результате поняла, что в этом нет смысла. Я и так уязвлена.

— Ты хотел правды? — обречённо пожала плечами, присев за стол. — Все эти пять лет мне удавалось прятать свои чувства где-то глубоко внутри себя. Мне кажется, что я и не переставала любить тебя ни на одну жалкую секунду, но, к счастью, я научилась со всем этим справляться, а ты снова ворвался в мою жизнь, и ведь непонятно для какой цели.

— Что? Ты любишь меня? — стоял как громом поражённый.

— Не знаю! Наверное, люблю, — выдохнула я, в отчаянии опустив голову на прохладную поверхность стола.

— Тогда это всё меняет!

— Что?

Он решительно направился в мою сторону, огибая кухонный островок. Нет, он бежал ко мне. Встретившись с его хищный взглядом, я машинально приподнялась со стула и попятилась от него к окну. В голове пронеслась мысль, что он хочет подойти и высказать всю правду прямо в лицо, например то, какая я набитая дура. Думала он скажет что-нибудь грубое, но не менее правдивое, но Тима, к моему удивлению, обхватил моё лицо ладонями и, расплываясь в счастливой улыбке, впился в мои губы.

Я не знала, как реагировать на эту резкую перемену настроения. Я уже хотела отстраниться от него, но вдруг поняла, что этот поцелуй был самым искренним из всех поцелуев, которые у нас когда-либо были.

Он целовал меня с особой нежностью, как будто этот поцелуй был нашим первым поцелуем, но ведь так оно и было, этот поцелуй был первым после разлуки длиною в пять лет. Его губы вспоминали мои, а мне не требовалось этого. Я хранила в памяти всё до мельчайших подробностей, как будто это было вчера. Тима сжимал меня в медвежьих объятиях так, как будто безмолвно хотел мне сказать этим, что больше никуда не исчезнет, что не оставит меня одну.

Я обняла его за шею, а Тима потянул за завязки на халате, чтобы распахнуть его полы.

— Кристин, я скучал по тебе, — сказал он в мои губы. — Я по тебе безумно скучал.

Боже, как же я мечтала услышать эти слова.