ГЛАВА 14

мечтыпочтисбывательная, в которой главный герой выражает готовность искупить вину перед законом и убеждается в пользе применения СИЗ (средства индивидуальной защиты — прим. Автора)

Влетев в дом, Сергей включил планшет и возмущенно засопел, увидев, что интернет в этой деревне разве что только не на пузе ползает. Надо будет с этим что-то сделать, а то как в каменном веке, ей богу. Почесал затылок, соображая, как сформулировать запрос, вбил нужное в поиск.

— Ну давай же, шевелись хоть немного, — прорычал он гаджету, который, явно никуда не торопился, в то время как самого Сергея аж подкидывало от нетерпения. — Да-а-а.

Бинго. Прямо сразу. На сайте был указан круглосуточный телефон для заказов. Надо же, какой сервис для платежеспособных граждан, решившихся внезапно, вот прям за полтора часа до полуночи, окунуться в радости сельской жизни. Ответила какая-то девушка, заученно, хоть и немного вяло протараторив название фирмы и "Чем можем быть вам полезны?" Переговоры и сам процесс заказа заняли что-то около получаса, а после Сергей отвалился на диване, с довольным видом пялясь в потолок. Петух в этот момент снова заорал дурным голосом, но теперь мужчина только злорадно покосился в сторону окна.

— Ничего-ничего. Скоро ты у меня не только споешь, но и попляшешь, — пообещал он петуху. — Познаешь всю бездну разочарования, обломщик хренов.

Возможно, стоило разразиться гомерическим хохотом, но с этим Сергей решил повременить, наученный горьким опытом преждевременного торжества. Вместо этого он отыскал в одной из еще неразобранных коробок аптечку, достал оттуда плотный невскрытый сверток ваты и стал мастерить беруши, отвлеченно подумав о том, что Юля так и не позвонила ему с момента переезда. А потом решил, что оно и к лучшему. А то поговорил бы с ней, проснулась бы совесть, а что он, собственно, такого-то пока сделал? Правильно, ничего. Если казнить каждого мужика за то, что у него встает на кого-то, кроме жены или официальной подруги, то пришлось бы поставить к стенке всех дееспособных представителей его пола. Ну ладно, не всех, но сути это не меняло. Стояк — это еще не преступление, попытка поцеловать — не секс, а если и обломилось бы… Короче, вот если будет, тогда Сергей и начнет разбираться, что ему можно инкриминировать. А пока ни в чем он не виноват, и на этом точка.

* * *

— Гражданин Никольский, Вы отдаете себе отчет, в чем Вас обвиняют? — строгие нотки в голосе участковой прошлись по натянутым струнам мужских нервов, заставляя их запеть настоящую оду плотскому желанию.

Женщина стояла за спиной Сергея, и он мог ее только слышать и обонять, но не видеть, и от этого волоски на затылке вставали дыбом.

— Э-э-эм-м-м, — промычал мужчина нечто невнятное и дернулся, обнаруживая, что его руки скованы за спиной.

— Не понимаете, значит, — зловеще прошептала Лилия Андреевна прямо ему в ухо и внезапно нежно прикусила мочку, заставляя подпрыгнуть вместе со стулом. — А я Вам объясню, гражданин Никольский.

Неторопливо обошла его, покачивая роскошными бедрами, которые любовно облегала форменная юбка, и остановилась прямо перед Сергеем. Его самонаводящаяся боеголовка тут же пришла в полную готовность и уперлась в крышку ракетного люка… тфу, в ширинку. Стопе. Красную кнопку еще никто не нажимал.

— Вы обвиняетесь в оставлении женщины неудовлетворенной. Очень тяжелая статья, — участковая наклонилась и заглянула ему в глаза, грозно хмурясь, и бедняга чуть не заработал косоглазие, пытаясь удержать свои наглые зеньки от проваливания в глубины открывшегося ему декольте, причем одновременно с преждевременным семяизвержением. — Вам есть что сказать в свое оправдание? Может, есть смягчающие обстоятельства?

— Не-е-е, — замотал головой Сергей. — Никаких смягчающих, только тверже некуда. Сказать нечего, но готов отработать и компенсировать весь нанесенный ущерб в тройном размере. Да чего там. В десятикратном.

— А Вы верно оцениваете свою состоятельность, гражданин Никольский? — Лилия Андреевна приблизила их лица, дразня пока только дыханием, и скользнула по его бедрам ладонями, пока он гулко сглатывал, помирая от предвкушения.

— О, поверьте, госпожа полицейский, моя состоятельность на данный момент на высшем уровне, а готовность исправлять свои ошибки перед законом и того выше, — Сергей попытался прекратить издевательство и атаковать такие манящие губы, но женщина ускользнула.

— К сожалению, не могу поверить Вам на слово и отпустить просто так, — усмехнулась Лилия, когда Сергей застонал, закатывая глаза и ерзая на стуле. — Придется соблюдать процедуру и начать с обыска.

Толкнув в стороны его колени, она присела между ними, обхватывая лодыжки, и прижалась мягкой грудью к его паху, чуть потираясь. Господи, ну наконец-то.

— Начнем снизу, — Да откуда угодно, главное — быстрее до центра бы дошла.

Нежные пальцы сжались неожиданно сильно и стали трясти его правую ногу. Да что за.

Сергей распахнул глаза, утыкаясь ошалелым взглядом в лицо все той же Лилии, которая почему-то беззвучно шевелила губами, глядя на него встревоженно. Наяву она выглядела не менее привлекательной, чем во сне, но всю атмосферу портило отсутствие звука и конопатая мордаха Тохи, с любопытством выглядывающего из-за материнской спины. Окончательно проснувшись, Сергей выдернул из ушей на совесть сработанные беруши, которые обеспечили его нормальным сном на всю ночь, судя по яркому солнцу, заглядывающему в окна.

— …все в порядке? — обрела наконец голос Лилия. — Простите, что мы так ворвались, Сергей Михайлович. Антоша пришел Вас будить, стучал, звал — ответа нет. Вот он испугался и за мной побежал. Я тоже уж и так и эдак Вас звала, и в дверь колотила — тишина. Машина на месте, дверь изнутри заперта… беспокоились мы, в общем.

— А как же Вы…

— Так окно у Вас на кухне-то настежь. Подумали, мало ли что…

— Да что мне будет? — пробормотал Сергей одновременно смущенно и довольно. Вот кто из его городских соседей стал бы в окна лезть, если бы он дверь не открыл, и вообще обеспокоился бы? Да хоть помри: пока вонять не начнет, ни одна душа не озадачиться.

— Дядь Сереж, у тебя болит чего? Стонал ты дуже, — сочувственно заглянул ему в глаза парнишка. — Ты это… если что, и потом сходить можем. Куда она, рыба эта, денется.

— Да нет, здоров я. Просто приснилось тут… — буркнул мужчина, сгребая покрывало на бедрах.

— Страсти как небось? Бывает, — со знающим видом закивал пацан.

— Угу, самые что ни на есть страсти, — согласился Сергей. — Но на рыбалку мы все равно идем, не беспокойся.

— Ну и слава богу, — облегченно вздохнула женщина, отходя от кровати и избавляя мужчину от искушения повалить ее рядом, вжав собой в матрас. Хоть бы на секундочку. — Тогда я на работу, а Вам удачного дня.

— А мы опять на "Вы"? — Неужто он вчера все испортил, ускакав от нее горным козлом?

Лилия покосилась на с интересом переводящего глазенки с одного на другого Тоху и немного смущенно улыбнулась.

— Хорошего тебе дня, Сергей, — и тут же чуть построже: — Сынок, марш на улицу. Дяде Сереже собраться надо, а ты пока снасти готовь.

— Дык у меня готово все давно, — крикнул мальчишка, покидая спальню. — И черви, и прикормки с баб Надей вона полведра намешали, и удочки все перебрал.

— Все равно, — Лилия пошла следом и у двери оглянулась, одаривая Сергея таким взглядом, что тому на секунду показалось, что она во всех подробностях знает, что ему снилось. В голове тут же зашумело, а комплект ПМПП (первичные мужские половые признаки — прим. Автора) опять решил прийти в рабочее состояние. — Не донимай слишком дядю Сережу. Пару часов порыбачьте, и хватит. Тем более дождь будет.

Сергей дождался, пока шаги и голоса стихли, и только потом сбросил покрывало и встал.

"Интересно, а у нее есть наручники? Вроде полагается, спецсредства как-никак" — мечтательно поинтересовался дебил.

Неандерталец погрозил тому из своего угла дубиной, наглядно демонстрируя, что ему все эти декадентские штучки без надобности.

"Да ну вас обоих. Сам разберусь" — отмахнулся Сергей и пошел одеваться.