Глава 23

Юна вернулась к ложу, стащила покрывало и завернулась в него. Она старалась действовать без суеты, будто произошедшее ничуть не взволновало ее. Но не могла обмануть мужчин, жадно следящих за каждым ее шагом. В движениях принцессы чувствовалась неловкость. – Что ж, прикажу принести тебе одежду, – сказал Дхиррайм, потирая запястья, когда князь его освободил. Он вышел, беззаботно насвистывая, а в палатке воцарилась давящая тишина. Юна так и сидела на ложе, теребя кончик одеяла и глядя в пол. Эрисхайм стоял у стола, с напускным равнодушием разглядывая бумаги. Ему пришлось приложить усилия, чтобы удержать на лице маску безразличия. Хотя внутри все кипело от боли и ревности. Кем она была для него – эта маленькая принцесса? Любовью всей жизни? Смешно. Они с ней не пара. Так почему же сейчас так больно, когда ее обнимает и целует другой? Почему сейчас он отчетливо понимает, что не хочет ее потерять? И Дхиррайм, мерзавец, наверняка сбежал в своей обычной подлой манере, чтобы дать им поговорить. Щедрый жест победителя. Сейчас Эрисхайм был ему благодарен за это. Только слова не шли с языка. Они стояли колом в горле, душили, ранили острыми пиками – и не желали принимать форму звуков. – Прости меня, – первой заговорила Юна. – Я не хотела, чтобы так все получилось… – Тебе не за что извиняться, – он удивленно посмотрел на нее. – Твоей вины нет. – И его тоже прости. Он… – Не виноват, хочешь сказать? – губы князя скривила усмешка. – В какой-то мере да, ты права. Истинность не выбирают. К тому же я знал, что когда-нибудь это случится. – Знал? – она вскинула на него недоверчивый взгляд. – Да, понял с первого взгляда. Еще там, в лесу, когда он продал тебя за сундук золота. Поэтому ни на что не рассчитывал. Просто ждал, когда он не выдержит и придет за тобой. Юна помрачнела. Слова князя всколыхнули неприятные воспоминания. – А если бы не пришел? – тихо спросила. – Рано или поздно пришел бы, поверь. Это инстинкт, он сильнее рассудка. – Значит, я не ошиблась. Он тоже с самого начала знал, что я его пара… Знал – и подставил ее. Знал – и предал при первой возможности. Знал – и использовал в своих целях. Знал – и играл ее чувствами! Но в то же время утешал, помогал. Каждый раз спасал от неминуемой смерти. Вот и в этот раз тоже… спас. – Дай ему шанс. Голос Эрисхайма ворвался в ее мысли, словно ветер, и разметал их, как опавшие листья. – Шанс? – Да, дай шанс завоевать тебя. Начать все сначала. – А стоит ли? – она печально усмехнулась. – Мы ведь с ним теперь и так связаны. К тому же… почему ты вдруг о нем беспокоишься? Разве вы не враги? Князь поморщился. – Если честно, то он мне как бельмо на глазу. Никогда не знаешь, чего от него ожидать. Я с радостью избавился бы от этой помехи. – И что же мешает? Их взгляды встретились. – Ты. Если я убью его, ты тоже умрешь. А я не готов пережить это снова. Несколько долгих мгновений они молча смотрели друг другу в глаза. И Юна ощущала исходившую от Эрисхайма беспомощность. Это казалось невозможным, но да – самый сильный в мире дракон был слабее ребенка. Потому что ничего не мог изменить. Судьба оказалась жестокой к драконьему князю. Сначала дала вознестись на вершину власти, покорить все кланы, подчинить все земли, ощутить могущество. А теперь отобрала все. Эрисхайм чувствовал себя калекой, утратившим крылья. Принцесса больше не может войти в его дом как жена, а значит, сила рода угаснет. Замок падет. А с ним – и управление семьи Дха-арн-Тан. Даже при мысли об этом его охватывал ужас. Чем он прогневал драконьих богов? Неужели во всем мире для него не нашлось истинной пары? Ведь однажды он ее почувствовал! В тот день, много лет назад, когда в одной маленькой девочке из приюта внезапно пробудилась огненная магия. Он почувствовал Зов. Тот самый, единственный. Услышал свое имя. И не мог ошибиться! Ведь в таком драконы не ошибаются. Но… Когда прибыл туда – ничего не нашел. Да, надежда еще была. До последней минуты она жила в этой принцессе с безгранично добрым сердцем. А теперь окончательно растаяла. Ему хотелось кричать от бессилия. Но нельзя. Владыка драконов должен оставаться спокойным. В любой ситуации. Вернулся Дхиррайм, снова принявший облик Маргена. Казалось, ему так привычнее, чем в своем истинном виде. А может, дело было в том, что за обликом грубоватого и насмешливого лунданца он прятал настоящие чувства. Он положил на колени принцессы стопку одежды: – Одевайся. А мы пока выйдем. На мгновение его пальцы словно случайно прикоснулись к ее руке. Юна вздрогнула. Ее словно молнией пронзило. А в темных глазах «лунданца» заплясал довольный огонь. Дхиррайм чувствовал себя счастливчиком, словно нищий, получивший наследство от неизвестного дядюшки. Ведь уже строил планы, как убрать Эрисхайма с дороги. А теперь соперник сам отступил. Понял, что сражаться бессмысленно. Дракон внутри ответил согласием. Никогда прежде он не ощущал такой гармонии со своим вторым «я» – своей сущностью. А теперь их мысли и чувства были едины. Оба думали лишь об одном: теперь мы свою принцессу никуда не отпустим. Месть? Так он уже отомстил. Эрисхайм не получит Юну. Марген-Дхиррайм глянул на князя, желая насладиться его унижением. Но, к своему удивлению, не почувствовал радости. Он столько лет стремился к этому. Увидеть боль на лице врага. Вот он – момент триумфа. А радости нет. На душе было мерзко. Он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Лучше сосредоточиться на насущном. Подумать, как теперь вернуть доверие своей пары. Как добиться, чтобы ее глаза сияли любовью, и чтобы она сама захотела остаться с ним. Ведь иначе ему придется удерживать ее силой. Ни один дракон не отпустит свое… – Тебе понадобится много удачи, – хмыкнул Эрисхайм, когда они оказались на улице. – Если хочешь получить не только тело принцессы. Здесь все еще плыл густой темный туман. Но на каждом шагу горели факелы, указывая дорогу между палаток, и сотни костров. Между ними сновали люди. Раздавался звук точильного камня, ржание, отрывистые приказы. Солдаты приводили в порядок оружие и лошадей. Готовились к вылазке. – Удача всегда на моей стороне, – беззаботно улыбнулся Дхиррайм. – Я бы не слишком надеялся на ее благосклонность. Она часто меняет любимчиков. – Это больше не твое дело, – взгляд «лунданца» стал угрожающим. – Юна – моя. Я сам с ней разберусь. – Конечно, твоя, – Эрисхайм даже спорить не стал. Просто добавил: – Но я чувствую ответственность за нее. Так что да, буду приглядывать. – Все еще на что-то надеешься? – соперник понятливо усмехнулся. На лице князя не дрогнул ни один мускул: – Надежда – удел неудачников. Просто Юна слишком доверчива. Не хочу, чтобы ты снова обидел ее. Пару минут они молча мерились взглядами. Воздух вокруг них ощутимо уплотнился и начал вибрировать. Казалось, вот-вот вспыхнут молнии, но колыхнувшийся полог палатки отвлек внимание мужчин. Перед ними предстала Юна. Глаза Эрисхайма сверкнули: он лишь однажды видел ее в мужской одежде. Но тогда на лице девушки красовался огромный синяк, и волосы были коротко острижены. Сейчас батистовая рубашка подчеркивала белизну ее кожи, а толстая коса спускалась на грудь, защищенную кожаным доспехом. Марген медленно осмотрел ее с ног до головы. – Кажется, в этот раз с размером я угадал. – Даже не буду спрашивать, чье это, – вспыхнула девушка. – Но, судя по батисту и кружевам, в лагерь прибыл кто-то из астерийских аристократов? – Верно. Пока ты была без сознания, мои люди поймали двух пацанов, ошивающихся в округе. Младший представился как Арес Рильборд. Сказал, что второй – его оруженосец. Бедняги еле держались на ногах от голода и усталости, но одежда на них была целая. – Рильборд? – нахмурилась Юна, услышав знакомое имя. – Неужели сын герцога Рильборда? Если так, то я должна с ним поговорить. У герцога была своя армия, она могла бы нам очень помочь. – Вряд ли. Мальчишка рассказал, что отца казнили, земли разорены, имущество конфисковано все, до последнего медяка. А его самого королева приказала продать на галеры. Только на пути работорговцев попался росток Тьмы. Так что пацану повезло: пока те отбивались, он со слугой убежал. Эрисхайм слушал этот рассказ так же внимательно, как и принцесса. И при этом не спускал с девушки пристального взгляда. Видел, как она сжимает кулаки, и как на ее виске бьется жила. Ему было плевать на разборки людей. Плевать, кто кого сверг, кто сидит на троне, а кто готовится сесть. Владыку драконов это никогда не интересовало. За двести лет, что он правил, сменилось бессчетное множество человеческих королей. Но сейчас у них был общий враг. Тьма, заполонившая земли, и безумная королева, которая призвала ее. Драконам и людям придется объединить усилия, чтобы избавиться от этой напасти. Иначе нельзя. – Если Эоле действительно кто-то помог призвать Тьму, то мы должны его остановить, – Эрисхайм задумчиво смотрел, как играет пламя костра. – Найдем королеву – найдем и мага, который стоит за всем этим. – Город надо брать штурмом, – Дхиррайм ударил кулаком в раскрытую ладонь. – Хочешь разрушить столицу? – ужаснулась Юна. – Только в крайнем случае, – заверил он. – Но там же люди! Они могут погибнуть! – Они все равно так или иначе погибнут, – тихо сказал Эрисхайм. – Город полностью окутан Тьмой, и не факт, что там вообще остались живые. А души погибших, как я уже говорил, темная магия превращает в чудовищ. Юна побледнела, но отчаянно затрясла головой, не желая верить его словам. – Нет-нет. Не нужно никакого штурма. Я не хочу лишних смертей. Мы и так справимся. – Примерно как справились в поле? – Дхиррайм не сдержал сарказма. – Я не хочу потерять тебя еще раз. – Но… – Никаких «но»! Ты вообще в это дело не лезь. Будешь сидеть тут и ждать меня. Лечить раненых, раз уж отказалась возвращаться в Бер-ан-Схар. В его голосе было столько злости, что Юна невольно замолкла. – Она должна пойти с нами, – внезапно заявил Эрисхайм. – А что, без нее никак? – дернулся Огненный. – Мы сами захватим дворец и королеву. – Но Тьма продолжит распространяться. Мы не сможем ее остановить. – Ерунда. Убьем того, кто ее призвал – и все. – Думаешь, это так просто? – невесело хмыкнул князь. – Даже если мы его убьем, Тьма останется. Только Юна сможет ее усмирить. – Юна? – Дхиррайм ошеломленно уставился на принцессу. Затем перевел подозрительный взгляд на Эрисхайма. – И каким это образом? – Прости, тебе придется поверить мне на слово, – князь поднял щепку, покрутил в руках и бросил в огонь. Тот взорвался снопом искр. – Но ты угадал. Принцесса – ключ к сокровищнице. И ей не просто так было видение. В этой сокровищнице находится кое-что, чем хочет завладеть Тьма. Если мы намерены победить в этой войне, то должны добраться туда первыми. – Но мы даже не знаем, о чем идет речь и где оно находится! – Нам и не нужно знать. Нужно лишь доставить Юну в тронный зал. Там она сможет призвать сокровищницу и открыть. В ответ на эти слова раздалось шипение. Дхиррайм вскочил, словно сидел на углях. Его глаза метали молнии. – Ты хоть понимаешь, о чем говоришь? Хочешь, чтобы я подверг свою пару смертельной опасности из-за каких-то дурацких видений? Эрисхайм поднял на него усталый взгляд. – У нас нет выбора. Придется рискнуть, потому что Юнона права. Если не остановим Тьму, то Тьма остановит нас. Навсегда. Губы Дхиррайма превратились в тонкую линию. – Подождите! – вклинилась девушка в разговор. – Нам необязательно действовать напролом. Есть другой способ. Можно попасть во дворец через подземный ход. Вряд ли Эола или кто-то еще знает о нем. Оба мужчины напряженно уставились на нее. – Ход, который ведет в Котлован? – уточнил Эрисхайм. Она с задержкой кивнула: – Да. – Что ж, тогда ты тем более должна отправиться с нами. Только ты сможешь открыть каменную дверь, отделяющую подземелье от дворца. Точнее, твоя кровь. Принцесса невольно вздрогнула. – Но когда я бежала оттуда, моя кровь не понадобилась… – Потому что ты покидала дворец, а не пыталась проникнуть внутрь. К тому же тебя вел король. Тогда он еще был королем. Это «был» царапнуло душу. Юна стиснула руки, пряча эмоции. А князь спокойно закончил: – Короля больше нет. Только тебе, наследнице трона, подчинится защитная магия.