Глава 11

Руслан

Кравцов не проронил ни слова, пока мы выходили. Боится сказать лишнее? Этот человек великолепно умеет носить маски.

Мы с ним уходим подальше от детской площадки и стоянки машин. Вдали стела, не знаю, в память чего. Пара обшарпанных лавок. Неровный асфальт, деревья и сумрак. Отличное место.

- И что ты устроил за цирк? - задаю вопрос.

Собеседник полной грудью вдыхает воздух от листьев.

- Какой цирк? Я хочу общаться с дочкой, Руслан. А вот ты что делаешь рядом с ней? В какую хочешь втянуть авантюру?

- Это касается только нас двоих.

Губы Виктора презрительно поджимаются, их уголки опускаются вниз. Он становится похожим на жабу.

- Говоря твоими словами, Атаманов, теперь меня касается вся жизнь Полины.

- Теперь ты о ней не будешь знать, я об этом позабочусь.

В ответ на мое твердое обещание Кравцов лишь сладко улыбается.

- Буду, если она захочет. Девочке необходим отец.

- Она уже не ребенок!

- В глазах родителей все мы дети.

Из меня вырывается стон с хрипом.

- Да прекрати лицемерить! - я прикрываю веки, чтобы не видеть его физиономию и спокойно вдохнуть. - Тебе не было до нее дела много лет. А потом ты долгие месяцы следил за ней, только чтобы она не подпортила тебе жизнь. На ее судьбу тебе было плевать!

Сам чувствую, насколько сильно горячусь. Это не в моих привычках. Но ничего не могу с собой поделать. И все же у меня не получается пробить скорлупу Кравцова.

- Следил за ней ты, начнем с этого, - единственное, с его лица стирается улыбка, - она в курсе? Думаю, нет.

- Тебе самому не выгодно говорить ей об этом.

Не то что бы я хочу обманывать эту девушку. Совсем не хочу. И я никогда не хотел и не делал ей зла. Но правда о том, почему и насколько сильно я ее знаю, может вызвать у нее отвращение ко мне и страх. А этого я не желаю куда больше.

- Хм… Я не делал ничего чудовищного. Всего лишь волновался за дочь. А вот ты подписался следить за ни в чем неповинным человеком.

Мне кажется, следующий мой вдох отзывается болью в легких.

- Тебе лучше других известно, что я не знал всей правды. Ты выставил ее взбалмошной истеричкой, сказал - она в опасности. А девушка просто жила своей жизнью! Ни с какими плохими людьми, как ты говорил, не общалась. Планы мести тебе не вынашивала.

- Всё это болтология, - капризно отмахивается Виктор, - по факту ты влез в каждый уголок ее жизни. Ей точно это не понравится.

Не хочу даже думать, что Полина почувствует. Но и скрывать вечно тоже не смогу.

- Я сам расскажу ей правду.

- Она тебя не поймет.

Язык у Кравцова подвешен, не зря он просочился в политику. Ощущение от разговора остается хуже некуда. Хотя если бы речь шла не о Поле… Черта с два бы меня так пробрало. Да я бы вообще не думал об этой истории! Разорвал бы контракт, учёл опыт.

- Это уже наши дела, - показывать слабину Вите я тоже не собираюсь, - а ты не лезь к ней и ее матери.

Виктор разворачивается. Я, впрочем, тоже не вижу смысла продолжать разговор. На обратном пути Кравцов все же отвечает мне через плечо.

- Я буду общаться с дочкой и с женщиной, которая мне ее подарила.

Не удерживаюсь от смеха.

- Прибереги эти фразы для предвыборной компании.

- Подготавливай лучше свою речь для Полины.

Мы остаемся каждый при своем. Понимаю, что Кравцов переиграл свой план. Если раньше он хотел быть в курсе каждого нюанса жизни взрослой дочери, притом держать ее подальше, то сейчас сам напрашивается на общение. Зачем ему это?

Подумать, что он вдруг одумался и говорит правду, я физически не могу. Слишком сильная меня переполняет ярость и… страх, что он станет ей ближе меня?.. Не знаю, я не силен в загадках человеческой психики. Но меня просто выворачивает наизнанку от мысли, что Поля ему поверит.

Но если он искренен, получается - я встаю между ней и отцом? Боги, мой мозг сейчас рванет.

Кравцов быстро уходит вперед. Его человек распахивает перед ним дверцу темной тачки. Хоть сегодня он больше не будет маячить перед глазами. Я поднимаюсь в квартиру.

- Руслан!

Поля бросается ко мне, открыв мне дверь. Подходит близко-близко. В теплых карих глазах отблески ледяного ужаса.

- Мы просто поговорили, все в порядке.

Полина оглядывает мое лицо, плечи, руки. Проверяет, не дрался ли я? Но проблемы с Витей не решить мордобоем. Не тот, так сказать, уровень.

Девушка убеждается, что физического столкновения не было, и делает шаг назад. Впускает меня в тесноватую прихожую. Вижу, тут стоит и ее мама.

- Руслан, я правильно поняла, что вы знакомы с Виктором? - уточняет она.

Я не собираюсь врать.

- Да, вы правильно поняли. Нас сводили знакомые, и я с ним работал. Подробности я с вашего разрешения расскажу позже. Сейчас могу пообещать одно - я защищу вас от него.

Вижу, как Поля неодобрительно качает головой. Ей уже надоело, что я хожу вокруг да около. Девушка умна и не хочет прятать голову в песок.

- Да Витя никогда не занимался криминалом… - отвечает тем временем ее мать. - Он не благородный рыцарь, но и не бандит. Под старость лет вот его, видимо, потянуло к дочке. Решать Поле, но… Глаза б мои его не видели!

Светлана Владимировна явно обижена на отца Полины. Но допускает мысль о его искренности. Что же в голове самой Поли…

- Мам, может быть, попьем еще чайку? Мне что-то холодно.

Хозяйка дома вздыхает и машет головой в согласии с предложением дочери. Я же быстро поворачиваюсь к Поле.

- Если ты не захочешь, он больше не приблизится к тебе.

А если захочет? Стараюсь об этом не думать. Подхожу к ней и на автомате сгребаю в охапку. Не позволяю лишнего, просто грею что ли. Хотя организм резко вибрирует от этой близости.

Простой цветочно-фруктовый запах ее волос наполняет легкие и заставляет нехило поплыть. Она дышит мне куда-то в ключицу, щекотится. И от этого легкого ощущения всё, что ниже живота, словно сжимают тиски. Для меня уже не в диковинку, что я так реагирую на нее физически. Но все равно каждый раз это состояние бьет под дых.

- Спасибо за поддержку, Рус. Спасибо, - Поля слабо шевелится в моих руках.

Но я не выпускаю. Хочу, чтоб она окончательно успокоилась. И не только это… Если положить руку на сердце, у меня какая-то звериная потребность хоть немного ею пропитаться. Как же это всё усложняет!

За моей спиной покашливает «будущая теща». Всё нормально, ведь в ее глазах мы пара. Но Полина все же смущается, отталкивает меня мягко, но более конкретно. Плюс, нужно выпить чай и ехать домой.

Разговоры больше не клеятся. Маме Полины явно неудобно, но в то же время она не пытается оправдаться. Что объяснять, если я и так в курсе их семейной истории? Поля вообще все чаепитие сидит со сдвинутыми бровями. Начинаю опасаться, она просто возьмет и не поедет со мной.

- Мам, звони сразу, если что.

Но я ошибаюсь. Полина только помогает с посудой, и мы собираемся покинуть их дом. Мама вышла провожать нас к двери.

- Ой, да кому я нужна! Витя сказал всё, что хотел. Мне тоже ему добавить нечего. Ты там, главное, не переживай сильно.

- Не о чем переживать, - морщится Поля.

Я еще раз обещаю ее матери, что с ней будет порядок. После мы, наконец, прощаемся и идем к лифту. Тот слишком уж звучно громыхает.

- Если сейчас вместо лифта подъедет НЛО, я не удивлюсь, - хмыкает моя спутница, - в последнее время у меня шок за шоком. Люди делают то, что от них совсем не ожидаешь.

Хм, может ли она предположить, что когда-то была моим заданием? Пусть и прерванным посередине.

- Но это всего лишь лифт.

Улыбаюсь ей. Нужно выбрать время для разговора. И место… Полина на самом деле далеко не истеричка. Но если информация выбьет ее из колеи, не хочу, чтобы она сбежала, куда глаза глядят. Особенно, когда рядом ошивается ее папаша.

- Я просто устала, Руслан.

Снова хочу ее обнять, утешить. Приласкать. Да, смысл врать самому себе? Мы пару дней провели рядом, а я уже потянулся к ней с поцелуем на базе. А сейчас я в полной мере осознаю, насколько хочу сделать ей хорошо. Если брать мой изначальный план, я уже должен был бы от всего отказаться и больше не встречаться с ней. Но я не могу.

А сейчас я хотя бы еще в состоянии держать руки по швам. Так что успокаивать принимаюсь языком. Пусть и совсем не в том смысле, как хотелось бы. Черт… Так, переключаемся.

- Хочешь поехать отдохнуть? Мне давно советовали одного человека, который устраивает персональные путешествия. Его команда продумает все мелочи. Учтет все желания.

Полина улыбается, хоть и реально выглядит устало.

- Звучит заманчиво. Только, наверно, это стоит недешево.

- Как-нибудь потяну, - добавляю в тон доброй иронии, чтобы девушка не смущалась, - составишь мне компанию? Если честно, тоже хочется оказаться вдали от всего.

Мы выходим из лифта, покидаем подъезд.

- Хм, ну если ты приглашаешь… - задумчиво бормочет Поля. - Только я совсем не знаю, какие у меня пожелания. Закажи этому своему человеку всё на свой вкус.

- Хорошо.

Просто отлично! Она едет ко мне, она согласна доверить мне подготовку к путешествию. Даже тошнотворное послевкусие от разговора с Кравцовым начинает забываться.

Впрочем, ненадолго.

Садимся в машину, трогаемся. Поля откидывается на спинку сидения рядом со мной. Я стараюсь не цеплять взглядом округлые линии ее форм и нежную кожу под ключицами. Все идет по плану, и тут она негромко признается.

- Мне все-таки тяжело общаться с отцом, - пауза, - и не только потому, что он мне в некотором смысле противен. Просто… Мне грустно и обидно слушать эти его красивые речи. Понимать, насколько запоздало они прозвучали. И не знать, искренне ли. Когда он начинает говорить со мной, всё так и сжимается внутри. Прости, что гружу тебя. Мне больше некому это рассказать.

Поля, видимо, заметила, с каким лицом я слушал ее. У меня как будто оцепенел каждый мускул. Этот мерзавец вызывает у нее чувства! Хм, наверное, логично - ведь он ее родной отец.

- Только не спеши доверять ему.

Она резко машет головой.

- Я не дура. Это просто эмоции.

Лучше бы и их не было. Но она далеко не толстокожая. Не зря ведь по тому, как она общалась с матерью, подругами, никчемным парнем, я сразу понял - эта девушка способна искренне любить.

Хоть для меня самого это чувство покрыто мраком тайны.

- Если нужно будет еще выговориться, я в твоем распоряжении.

Поля улыбается.

- Спасибо.

Мне хочется взять ее пальцы, лежащие на колене, и поднести к губам. Не знаю, физика это, химия или, черт возьми, биология!

Я узнал ее со стороны и понял, насколько сильно хочу, чтобы она родила и растила моего малыша. А ее потребность в детях и прогноз врача стали частичками полного пазла. Я не мог обещать нормальную семью, не уверен, что знаю, как это. Партнерство казалось мне идеальным решением. Плюс, я всегда мог бы защищать ее. Наверное, я впервые проникся не фасадом, а личностью девушки. Хоть и пришлось это сделать по долгу службы.

Идея была такой четкой со стороны. Или мне казалось… Но на близком расстоянии моя выдержка, ускоряясь, летит ко всем чертям. И что самое сложное - я уже не могу от всего этого отказаться.

***

Полина

Не представляю, как без Руслана выдержала бы сегодняшний вечер. Нет, как-то бы я справилась. К самостоятельности мне не привыкать - мама все мое детство много пахала, а немногочисленные бойфренды не спешили делить со мной проблемы. Да я и не ждала этого совсем.

Рус как будто прошел со мной бок о бок все эмоции встречи с отцом. Пытался успокоить, защитить. Хотя мы совсем не пара, и даже родителями общего ребенка еще не стали. Но он как будто рядом «и в горе, и в радости». Ох…

А я выдохнула, только уткнувшись щекой в его грудь. Может быть, надо было остаться с мамой, но я по инерции последовала за этим мужчиной в его дом. Впрочем, мне еще завтра с раннего утра нужно подъехать в клинику. Мама могла начать задавать вопросы.

Пока доезжаем, говорим немного о путешествиях. Мне особенно нечем похвастаться. Была на юге страны, ездила в евротур в школе. Один раз выбирались с Павликом в Прагу. Еще катались по близлежащим городам.

- Я тоже не могу сказать, что объездил весь мир, - признается Атаманов, сворачивая в наш район, - во время службы было не так просто выехать за границу. Потом ставил бизнес. Тоже не до поездок. Хочется наверстать в ближайшие годы. Особенно, когда появится ребенок.

Он хочет путешествовать вдвоем с малышом. Почему-то эта мысль еще сильнее придавливает мое настроение. Но я никак не комментирую ее.

- Смотреть на жизнь в других странах интересно. Хотя вот сейчас… не уверена, что у меня есть силы на экскурсии. Или я просто сегодня выдохлась.

Руслан тормозит на перекрестке к дому, красный. Поворачивается и задерживает на мне медленный взгляд.

- День был непростой, - соглашается он, - по поводу поездки… Я как раз хотел предложить слетать куда-нибудь на острова. Максимум релакса. Пляж, фрукты, дары моря.

- Звучит как сказка, - улыбаюсь, - хм, а на сколько дней мы полетим?

Вспоминаю, что скоро мне нужно выйти на работу.

- Согласуем, - усмехается Рус.

Он наверняка не придает значения моей карьере в компании по упаковке. Но я не хочу бежать и увольняться. В декрет я собираюсь уйти традиционным способом. Хочу иметь подушку безопасности.

Уже в квартире я смотрю календарь и сообщаю Русу, когда должна быть на работе.

Он ожидаемо говорит, что обеспечит меня на период беременности и после. Что здоровье важней. Я полностью согласна, но ведь если что я смогу взять больничный. Да и беременности никакой еще нет. В общем, не стоит бежать впереди паровоза.

О работе пока забываю, а вот мысли про отпуск так и лезут в голову. Мы проведем столько времени наедине… Это не урывки вечером и утрами. Или может быть, на островах Руслан тоже будет заниматься своими делами, а мне просто предоставит возможность отдыхать, как я хочу? Мы поселимся в разных номерах и даже не будем пересекаться…

Время покажет! И нечего раздосадовано вздыхать. Уже в кровати, проваливаясь в сон, решаю завтра после клиники заскочить в торговый центр. Мне пришли деньги за заказ. Смогу обновить свой пляжный гардероб.

Утром я, наверное, впервые встаю раньше Руслана. Не знаю, во сколько он лег, но отблеск света из его комнаты падал в коридор, когда я засыпала.

Из спальни я выхожу уже одетой для вылазки в город. Коричневая юбка до середины голени, футболка - ничего особенного. Но выгляжу прилично, так что могу поискать хозяина квартиры. Если не спит, сообщу, что пошла. Завтракать мне пока нельзя перед клиникой.

- Руслан… - говорю практически шепотом. Заглядываю в комнату напротив.

Так, он еще не проснулся. Сразу вижу его на просторной низкой кровати. У нее нет спинок и вместо ножек деревянный пьедестал. Толстый матрас, постельное белье цвета слоновой кости. Оно так выгодно подчеркивает темные волосы и смугловатую кожу Руса. Он лежит на спине, подложив одну руку под голову и чуть согнув противоположную ногу.

Бедра мужчины прикрыты одеялом. Глаза тоже закрыты, и это еще один повод для меня рассмотреть все остальное. Я веду себя невоспитанно и глупо. Мне нужно просто тихонечко уйти! Но я сглатываю, веду взглядом от его умиротворенного лица вниз.

У него четкие грудные мышцы в виде скругленных прямоугольников. Подкачанные. Рус каждый день занимается в своем домашнем мини-зале. Говорит, нагрузки дарят ему моральный комфорт.

Ниже мой взгляд нащупывает еще несколько прямоугольничков - пресс. Я уже когда-то ощущала его пальцами. Через ткань.

Зависаю на секунду и чувствую просто непреодолимое желание обвести пальцем твердый рельеф его живота. Такая нелогичная и сильная тяга. Когда что-то лучше не трогать, но рука сама так и тянется.

Так интересно, каков он на ощупь! Господи, ноги несут меня к кровати.

Он спит. Он крепко спит… Я всего лишь закрою этот «гештальт» и быстренько умотаю в клинику. Может быть, я буду без такого уж интереса реагировать на Атаманова в отпуске. Будем мы тусить вместе или нет, но без майки он мне точно не раз покажется.

Возможно, мне совсем не понравятся его кубики. Может, они как желе! Только вместе с одеждой казались твердыми.

С такими безумными мыслями шагаю вперед. Наклоняюсь… Ох! Тут совсем, совсем не желе! Скорее, металл… Боже. Невесомо очерчиваю мышцу. И в следующую секунду у меня перехватывает дыхание.

Потому что мое запястье оказывается в шероховатых тисках! А кисть руки остается крепко прижатой к стальному прессу мужчины. Ну что же, Полина, теперь можешь полапать его от души! Только со стыда не сгори! Мои щеки охватывает огонь.

- Поля?

- Мм… - я невнятно мычу.

Ноги не выдерживают, я скольжу коленом по краю кровати и присаживаюсь на нее. Подле лежащего Руса. Тот моргает спросонья. Какой же у него трогательный затуманенный взгляд… Так, Кравцова, включи мозги!

Мою руку он все еще крепко держит. Мне даже немного больно. Ох, не получить бы сейчас еще выволочку.

- Что ты тут делаешь? - хрипло интересуется хозяин спальни.

Он смотрит на меня уже вполне осознанно.

- Я… Мм… Мне показалось, на тебе сидел кто-то. Комар! Или жук! А вообще искала тебя, чтобы сказать - я поехала в клинику.

Пытаюсь вытянуть из стальных пальцев свою руку. Атаманов переводит взгляд на нее.

- Хм, прости, - отпускает, - я чутко сплю. Издержки бывшей профессии.

Хорошо, что он меня вообще не скрутил! Подумал бы во сне, что на него напали. Жар со щек постепенно перешел на мои уши. А я еще волосы в хвост собрала. Всё видно.

- Это ты извини! Я на автомате прикоснулась.

Вот тут не вру. Решаюсь поднять глаза, и зря. Сейчас его взгляд совсем не невинный. Так и пожирает. Или у меня уже от нервов галлюцинации.

Атаманов расправляет легкие глубоким вдохом. Плечи он тоже разминает, садится на кровати. Я уже вскочила на ноги.

- Ты собралась? - мужчина окончательно проснулся. - Подожди немного, я вызову машину. Водитель отвезет тебя и привезет. Только не спорь.

Понимаю, это из-за отца. Прикусываю губу.

- Я и не думала спорить! - говорю с легкой обидой. - Не глупая.

Это говорит человек, который трогал кубик пресса спящего мужика! Подавляю смешок.

- В твоем уме я сомневаюсь меньше всего, - зевает Рус.

Щурюсь.

- Звучит как-то неубедительно, - не сдерживаю улыбку, - кстати, мне еще нужно будет заехать в магазин.

- Куда угодно, - кивает Атаманов, - возьмешь карту?

Он имеет в виду явно не план города. А деньги. Машу головой крайне резко.

- Нет. Мне прислали гонорар. Спасибо за машину, но карта – лишнее…

- Я понял, - он прерывает мое бормотание, - с твоего позволения я бы оделся.

Мои глаза широко раскрываются. До меня доходит - все это время мужчина находился под одеялом. А я тупо торчу у него и мешаю встать. Теперь жаркая волна прокатывается по всему моему телу.

- Мм… - мычать уже входит в привычку. - Да, конечно! Еще раз прости!

Рус только вскидывает брови. Я на секунду еще зависаю, оглядывая его лицо и тело. Отмираю, быстро вылетаю вон.

Надеюсь, отпуск мы проведем максимально раздельно.

Разумом я понимаю, что так будет лучше всего. Что творится в потаенных уголках души после этого утра… Лучше даже не обличать в слова. Там как будто поселилось тепло. Сжигающее и в то же время дающее силы.