Глава 13

Но утро начинается как ни в чем не бывало. Руслан включает кофемашину и принимает доставку завтрака, пока я собираюсь. После мы едим, обмениваясь ничего не значащими фразами про будущий перелет.

Мы оба смогли взять себя в руки.

Перелет бизнес-классом дарит комфорт и позволяет нам сидеть довольно далеко друг от друга. Руслан больше не выглядит как унылая скала. Он как и раньше по-дружески доброжелателен. Постоянно спрашивает, как я, и не надо ли чего. Ну прямо заправская стюардесса. А мне на самом деле нужно мало… Крупицу искренности между нами. И минеральной воды.

Глотаю элитный напиток и понимаю одно - на острове мы или поговорим, или вернемся уже не партнерами.

В первый день, впрочем, мы отвлекаемся от серьезности. По-другому просто никак! Здесь солнце, синева океана, белоснежный песок на тихом безлюдном побережье. А еще просторная вилла в нашем распоряжении. Организм сам собой начинает отдыхать.

- Занимай спальню наверху, там отличный вид, - любезно предлагает мне мой попутчик.

Да, пространство дома тоже позволит нам отдыхать вместе и в то же время отдельно друг от друга. А за его пределами наши пути и подавно лежат в разных плоскостях.

Рус с раннего утра идет на океан. Много плавает под водой. Меня не так привлекает стихия, иду прогуляться по острову. Как будто становлюсь частью этой красивой, медлительной и безмятежной вселенной. Греюсь во влажном теплом воздухе.

День подходит к концу, впереди еще два. Я успеваю разочароваться. Ведь Рус снова исчезает в своей спальне, едва вернувшись в дом. Но когда внутренне уже машу на него рукой и собираюсь лечь в кровать, раздается стук в дверь.

- Да.

Говорю с трудом, потому что горло перехватывает. Как-то сразу понимаю - он зашел не просто пожелать добрых снов.

- Можно?

Руслан появляется в дверях. На нем светлые брюки из льна и тонкая белая рубашка. Довольно просторная, расстегнутая сверху. Он успел подзагореть… Мне же приходится сглотнуть от его роскошного и в то же время такого простого вида.

- Да, я не сплю, - дарю гостю кривую улыбку.

Я не успела переодеться в пижаму. На мне белый, местами выбитый сарафан. У него довольно плотный лиф, и я ничего под низ не надевала. Сейчас чувствую себя немного неловко. Хотя скоро забываю про эти глупости.

- Поговорим?

- Конечно. Входи.

Мужчина получил разрешение, но все еще мнется.

- Хм, ты, наверное, уже не собиралась выходить. Если тебе нужно одеться… Я подожду снаружи.

Надо же, он обратил внимание на мое легкое платье. Но я лишь вздергиваю подбородок.

- Никаких проблем. Мы ведь с тобой практически близкие люди. Я не должна волновать тебя как женщина.

Мои слова лежат в плоскости его плана. Ведь он будет видеть меня беременной, в клинике, после - дома с малышом. И я не буду всегда закована в глухие вещи. У нас будет сделка, но не исключительно деловая.

- Хм, ладно.

Он выдыхает с долей напряжения, но все же проходит внутрь.

- Присаживайся, - говорю уже помягче.

Мне внезапно тяжело видеть его в таком загруженном настроении. И еще хочется расположить к диалогу. Нам пора открыться друг другу без подколок и всего лишнего.

- Спасибо.

В моей спальне кроме кровати есть два светлых округлых кресла. Между ними деревянный столик в форме овала. Замечательное место для переговоров. Надеюсь, оно нам поможет.

Кресла стоят у стены, развернуты друг к другу полубоком. Можно смотреть на собеседника при желании. Или направить взгляд мимо него, вперед. Что сначала и делает Рус. Мужчина явно собирается с мыслями.

- Руслан, я хочу знать всё, - пока он молчит, озвучиваю искреннюю просьбу, - о том, что связывает вас с моим отцом. И откуда ты узнал меня. Почему выбрал в матери наследника.

И почему не в жены… Боже, хорошо, что я осталась правдива не до самого конца.

Атаманов энергично кивает.

- Да, я понимаю тебя, - глубокий вдох и выдох, - ты знаешь, что я сейчас беру задания от знакомых. Специальные задания. Вот ты и стала одним из них.

Мои щеки горячеют.

- Твоим заданием? И в чем оно заключалось?

Рус трет переносицу кончиками пальцев.

- Тотальная слежка. Вся подноготная о жизни. Передвижения, цели, мечты. Твой отец хотел знать, как ты живешь. И что планируешь сделать в следующий момент.

Жар разливается по всему моему телу. Я чувствую себя такой маленькой и уязвимой. Если бы не остров, не уверена, что не выдержала бы и не сбежала без оглядки. Хотя и любопытство довольно сильное.

- Зачем ему были нужны эти сведения?

Рус горько усмехается.

- Кравцов не изливал мне душу. Мы с ним не друзья. Просто поставил задачу. Наблюдение должно было проходить максимально качественно. Так же, как и сбор данных о тебе.

Ощущаю себя мурашкой под стеклянным колпаком.

- Он вообще ничего не говорил? Что я его дочь, и всё такое?

Рус шумно выдыхает. Смотрит на меня взглядом, полным какой-то тоски или сожаления.

- Кравцов объяснил, кем ты для него являешься. Сказал, что ты легкомысленна, как и твоя мать. Готова использовать людей, идти к своей выгоде по головам.

Моя челюсть так и отвисает.

- С чего он это взял?! Тем более, так говорить о моей маме! Уж ее то он знает!

Атаманов пожимает плечами. Его губы напрягаются.

- Не знаю. Но ты была представлена мне как человек эгоистичный и корыстный. У меня даже сложилось впечатление, что он боится тебя. Больше всего его волновало - знаешь ли ты хоть что-то о нем. И если где-то бы промелькнула инфа об этом, он просил сообщить молниеносно.

Роняю локти на колени, ладошками трогаю лоб.

- Поливал грязью и боялся, как бы я не пришла к нему?

Рус качает головой.

- Тут я не могу знать наверняка. И мне очень жаль, что я взял эту работу.

Он говорит, и я переключаюсь с темы отца. Она мутная, с этим давно было ясно. Сейчас в виски бьет другое.

- То есть ты знаешь обо мне все? Оценки за среднюю школу, первого парня, цвет пижамы?

Лицо Руслана каменеет на миг. Дыхание опять дается ему с трудом.

- Ничего интимного, мы соблюдали этику. В окна не заглядывали… А в остальном, да.

Из моей груди сам собой вырывается изумленный стон.

- Как же так, Руслан?!

Мне безумно обидно, что в мою жизнь так вероломно вмешивались. Пусть и просто сбором информации. Еще папа! И Рус… Отец и Павлик говорили, что Руслан отмороженный. Он воспитывался особым способом и не такой, как все. Жесткий, без эмоций. Не хочу даже думать, что это правда.

По шее Атаманова идут красные пятна. Это заметно даже сквозь свежий загар. Вены наливаются. А на его лбу я вижу испарину. Русу явно нелегко.

- Полина… - он качает головой. - Я как-то рассказывал тебе, что бросил государственную службу после одного задания. Девушка была в плену у высокопоставленного человека, а ее отец нашел способ отомстить. Доказательств вины отца не было. И когда я их отыскал, я уничтожил их и ушел с этой работы. Твой случай не такой страшный… Но после него я решил не брать задания вообще. Исключение - помощь близким друзьям.

Атаманов говорит откровеннее некуда. Я не могу считать его монстром. Сердце сопереживает ему само собой.

- А почему ты порвал контракт с Кравцовым? - возвращаюсь к себе.

Рус не выдерживает и встает из кресла.

- Я узнал, какая ты, - он проходит и оказывается напротив.

Смотрю на него из-под ресниц.

- Какая? - спрашиваю эхом.

Руслан усмехается с доброй грустью.

- Ты никому не желаешь зла, не способна на интриги. Замечательно относишься к близким. Работаешь со всем старанием. Пытаешься заниматься благотворительностью, - он делает паузу, - и так сильно хочешь детей.

В последние минуты в комнате прозвучали важные вещи. Но лишь теперь мы подошли к главной теме.

- Почему ты предложил мне? Стать матерью твоего ребенка…

Руслан отходит к окну. Смотрит несколько секунд на океан.

- Тот момент, когда ты узнала про трудности со здоровьем, стал последней каплей. Я понял, ты не заслуживаешь поведения своего отца. И еще… Осознал, что так же сильно, как ты, хочу ребенка. Нашего с тобой ребенка. Лучшей кандидатуры на роль матери не найти. Я вообще не мог поверить, что могу настолько восхищаться женщиной. Именно как человеком.

Как человеком…

- А что во мне не так, Руслан? - набираюсь смелости. - Если уж говорить начистоту… Ты изучил меня, но не… не влюбился. Как мать я идеальна, а как…

Не могу заставить себя договорить. Атаманов хмурит брови.

- Что ты имеешь в виду?.. Хм… Я просто не понимаю, что такое любовь.

Качаю головой.

- Но что такое хотеть быть вместе с женщиной, ты ведь понимаешь? Но ты решил, как и мой отец, быть в стороне. Или ты до конца не уверен в моей порядочности? С ребенком я буду хорошей, а с мужем нет? Или после всего, что ты узнал обо мне, я потеряла загадку? Ту самую женскую… И никогда не смогу стать желанной для тебя?!

Господи, во мне слишком много эмоций к нему. Откуда они взялись? Ведь если он знает обо мне всё, я не знаю ничего. Но как трудно мне вести себя с ним разумно.

- Ты все не так поняла.

Безжизненный тон. В конце концов, этот человек совсем не заслуживает сцен от меня. Я тоже поднимаюсь на ноги.

- Извини. Действительно, прости меня, Руслан. Я сказала лишнее.

Мне не нужно даже стараться не заплакать. Глаза сухие. В горле тоже как будто пересыхает. Слова я обрубаю точно топором. Тем временем Атаманов уже у двери.

- Принято.

Он, кажется, смотрит. А вот я быстро отхожу на его место к окну. Впиваюсь взглядом в океан, как будто он поможет. За спиной раздается щелчок двери.

Стараюсь успокоить дыхание и понять, что же теперь мне делать. С тем, что он сказал мне, и главное, с тем, что я сказала ему… Но кроме как хватать ртом воздух ничего не выходит, а в следующую секунду я… крупно вздрагиваю.

Потому что моих плеч касаются сильные руки.

- До тебя я не представлял, что настолько могу желать женщину.

Руслан немного переделывает сказанную раньше фразу. А я с трудом понимаю, что это наяву.

Он не ушел, а плотно закрыл дверь… А еще он тесно прижал меня к себе, и я в полной мере чувствую твердое доказательство его слов. Он желает меня.

С моих губ срывается стон. Так я, сама того не планируя, даю понять о взаимности. Меня тоже безумно тянет к нему. Или внутри себя я и хотела намекнуть.

- Руслан…

От звука его имени по нам обоим прокатывается дрожь. Сам Рус больше ничего не говорит. Я только чувствую его теплое дыхание возле уха. Пару мгновений, и он прихватывает мою мочку губами. Чуть сдавливает. Это самое приятное, что я когда-либо ощущала.

Уже скоро понимаю, что погорячилась. Секунда за секундой чувства становятся еще острее. Еще приятнее. Руслан скользит руками по моим плечам и забирает в свои объятья. Его предплечья прижаты к моей груди. Я в плотном коконе из его рук. Он как будто боится, что я убегу. Или дает мне к себе привыкнуть. Но мне кажется, я полжизни провела в этом уютном и одновременно дико будоражащем плену.

Чувствую твердость и жар его тела. Колотящееся сердце. Моя главная мышца тоже отбивает гулкий ритм. Что же дальше? Неужели он просто возьмет и отпустит меня?.. И как я должна реагировать… Приличная девушка не может вот так просто…

Рус впивается ртом в кожу под моим ухом, и внутреннему голосу приходится заткнуться. Его бубнеж сейчас совершенно лишний в картине моего мира. Нашего мира.

- Ты не боишься меня?

Атаманов задает странный вопрос. А, может, в нашей ситуации и не странный…

- Нет, - говорю без раздумий.

Он медленно выпускает меня из рук. Сразу накатывает такое сильное разочарование.

Но мужчина лишь разворачивает меня к себе лицом.

- Не зря я решил, что ты умница.

Мне хочется показать ему язык. Однако он, как и губы, уже занят. Рус целует меня… Не так осторожно, как в первый раз. И не с таким надрывом, какой был на парковке. Сейчас его движения уверенные, горячие, интимные. Мы ничего ни у кого не воруем. И ни на секунду не сомневаемся в естественности того, что происходит.

Еще мы не торопимся. Хотя обоих просто трясет. Мы, как дорвавшиеся до лакомства, смакуем его. Смакуем друг друга. Или это шум океана за окном напоминает - мы оторваны от всего мира. Принадлежим друг другу, и нам некуда спешить.

- Я доверилась тебе с первой секунды… Сама не знаю, почему.

Не то что бы мне сейчас хочется поболтать. Мы крепко прижимаемся друг к другу, наши руки гладят и сминают всё, что могут достать. Мы просовываем пальцы под ненужные ткани одежды. Разъединяем губы только чтобы дышать.

- Продолжай в том же духе, - отвечает на мое признание Рус.

И тут же поднимает меня на руки.

- Хорошо.

Растворяюсь в его силе и нежности. Даже жесткое постельное белье, которое мучило меня прошлую одинокую ночь, теперь покалывает приятно. Рус вдавливает меня в него своей тяжестью. Он все еще нетороплив. Я с упоением реагирую на каждую ласку. Отвечаю такой же трепетностью. Не знаю, что будет у нас дальше, но сейчас хочу отдать ему как можно больше себя. И в то же время полностью уступаю ему ведущую роль.

Лишь ближе к финишу Рус не выдерживает и срывается на быстрый темп. И тут наши желания опять совпадают. Я поощряю его всхлипами и стонами. Взрываюсь раньше и не сразу понимаю, он что-то шепчет в мое ухо.

- Ты ведь не пьешь таблетки?

Мотаю головой, крепко прикусив губу. Сейчас он отпрянет от меня.

Секунда, две… Я крепко охватываю его, а он… Все так же очень близко. В его дыхание проникли хрипы. Но мы все также вместе. Он замирает, вздрагивает. Утыкается носом мне в шею, все еще находясь в… Я чувствую его тепло.

Я ошарашена, но у меня самой не было мысли вывернуться.

- Боже…

Я говорю это вслух.

- Мне тоже очень хорошо.

Фу-ф… В конце концов, мы оба здоровы. А остальное… Не факт, далеко не факт, что было бы вот так легко. Расслабляюсь и дышу в такт с ним.