68

Кассандре не хотелось попадаться Риду на глаза, а тот, словно чувствуя, что своей настойчивостью сделал бы только хуже, не вынуждал ее к этому. Девушка проводила время в своих покоях… своих! А не тех, которые и правда, как оказалось, принадлежали лорду этого замка. Читала, вышивала, в общем — делала все, что могла чтобы лишний раз не мозолить семейству глаза.

Ей казалось, что всем вокруг она приносила только несчастья, с самого своего венчания с принцем. Хотя можно ли тот фарс хоть с натяжкой назвать священной церемонией? И вот, теперь ей предлагали еще одну… и вновь не по любви. Ведь так? Откуда взяться любви между ней и Нэйманом?

И все же, уединиться полностью со своими мыслями Кассандре не удалось — неугомонные сестры лорда позаботились о том сполна. Поняв, что вытянуть гостью к семейному ужину или обеду им более не удастся, они наперебой предлагали развлечения — все, от прогулок на лошадях вдоль Дэйнского моря, до спуска в сокровищницу, где, по их же словам, хранился самый большой изумруд из тех, которые когда-либо были добыты в королевстве.

Нет, они и словом не касались предложения, сделанного Нэйманом Кассандре, но и без слов было ясно, что все их приглашения на прогулки и увеселения так или иначе представляли собой восхваление выгод, которые девушка приобрела бы от брака с Ридом.

Вот только нужны ли ей были изумруды или земли? Пожалуй, всем богатствам Кассандра предпочла бы простое душевное тепло… но обрести счастье с Нэйманом? А хочет ли он этого сам? Нет, он предлагал не любовь, а спасение. Для нее, для собственных сестер и, если повезет для себя. Но разве бы она сама не поступила так же для тех, кого любит? Так выходит что Нейман, по крайней мере, не плохой человек.

И все же тем, что свело их однажды вместе была месть, а тем, что упорно толкало ее под венец — страх смерти и бесплотная в общем-то надежда на то, что все сложится именно так, как лорд Рид ей обещал. Сладкие речи! Опять сладкие речи! Но что же останется от ее собственной жизни, если она примет неправильное решение? Ох, да и жизни собственной Кассандре было не жалко, вот только отец и Милти были бы целы…

В таких сумбурных мыслях и однообразии прошло целых четыре дня, а на третий, едва рассвело в комнату Кассандры без стука и предупреждения ворвались заплаканные Эллин и Рэйна, наперебой перекрикивая друг друга:

— Ее нет! Сбежала!

— Ардин предатель!

— Что же теперь будет… ведь она могла отправиться прямо туда!

— Кто же знает, вдруг и про письмо не врала. Ох… наши патрули молчат, а вдруг он уже движется сюда.

— И что же мы будем делать? Нэйман отправился за ней!

— О, боги… может еще не поздно?

— Да стойте же вы, прекратите! — Не выдержала наконец Кассандра и, соскочив с кровати, ладонями прикрыла рты обеих девушек. — Пусть говорит кто-то один, я же совершенно ничего не понимаю! Элин?

В ответ на обращенный на нее взгляд, девушка только громче всхлипнула и вовсе опустила в ладони лицо, разразившись рыданиями вперемешку с икотой.

— Хорошо. — Начав раздражаться, выдохнула Кассандра и обратилась к другой девушке, еще державшейся, но тоже шмыгавшей носом. — Рэйна, что случилось?

Та, на мгновение подняв лицо к потолку, будто то могло заставить закатиться слезы обратно, начала обмахивать себя ладонями, через силу выдавливая почти каждое слово:

— Матушка Селин сбежала и мы не знаем… когда. Оказалось, что вместо нее в темнице все это… все это время сидела горничная, Айна… а мы все думали, куда она запропастилась! Когда Нэйман узнал — послал за начальником стражи, но и того не было. А ведь это он был в ответе за заключение матушки…

— Не называй ее так больше! — Зло воскликнула Эллин и, нервно утерев лицо краем рукава, продолжила за нее. — Нэйман тут же отправился следом, но было это сегодня ночью… а мы только узнали… раз все еще не вернулся… вдруг он… вдруг он! — Громко всхлипнула девушка и вдруг повалилась рядом с Кассандрой на постель, навзрыд зареве в одеяло.

— Нет-нет, с ним все в порядке! — Бросилась утешать сестру Рэйна. — Вот увидишь, он скоро вернется. Не важно с ней или без нее…

— А если нет? Если Амделл уже здесь?

— Ну с чего бы ему, глупая? А если и так, то наш брат не дурак! За стенами замка ему ничего не грозит, и он вернется сюда, как только сможет. Уж кому-кому, а ему известны все ходы в замок. Такие что и старым слугам не всем известны.

Стоит ли говорить о том, что весь день прошел в гнетущем ожидании развязки. Все это время девушки держались вместе — сестры, изо всех сил поддерживая друг друга, а Кассандра в молчаливых раздумьях. Именно сейчас страх перед будущим был как никогда силен… а ведь могла ли эту историю ждать другая развязка, кроме встречи с Амделлом лицом к лицу? Проведя весь день в компании Эллин и Рэйны Кассандра просто не могла отделаться от мысли, что все страшное, что может случиться в будущем — ее вина. Да, не ее рук дело… но причиной страшных последствий будет являться ее упрямство, которое уже давно из способа защиты от несправедливости мира превратилось в способ попросту отгородиться от неизбежного.