25. Никита Репин

— Ты за кого меня принимаешь? — гневно гаркнул отец.

— За человека, который угрожал, что девушке не поздоровится, если я её не уломаю, не приручу.

— Это словесные рычаги давления — всего лишь! — напирает Репин-старший. — Я не насильник и не убийца! Просто человек, которого загнали в угол. И для кого я стараюсь? Для семьи! Для тебя, сын!

— Не нужно для меня стараться, пап. И для себя тоже, думаю, не стоит, если за этим стоят человеческие жизни.

Ник прикрыл глаза и прислонился к стене дома. У него много было что сказать отцу, но почему-то не хотелось зря сотрясать воздух.

— Сегодня чуть не погиб Андрей Любимов, мой сосед, отец двоих детей. Я думаю, никакие деньги, никакой бизнес этого не стоит. Я хочу остаться человеком. Чего и тебе желаю. Больше не суйся ко мне со своими деньгами. Я заблокирую карточки и не приму ни твою помощь, ни мамы.

— И на что же ты будешь жить, гордый нищеброд? — кажется, отца ничего не трогает, ничего не волнует, кроме своего кошелька. Но он сделал, что смог. Ник не стал говорить, что Ива вернулась и предложила отдать все деньги. Это самый крайний случай. Когда больше не будет никакого выхода.

— Какая тебе разница? На самом деле, тебе же всё равно. Если бы любил меня хоть немного, то услышал бы. Но твоя голова забита другим. Деньгами, почти рухнувшим бизнесом. Ты сейчас похож на крысу, пап, что попала в капкан и мечется, ищет способ улизнуть, а не получается.

— Щенок! — Ник представляет, как ярость искажает отцовское лицо. Красивый мужчина — Ник унаследовал родовые черты Репиных. — Ты ещё пожалеешь и приползёшь за подачкой! А я буду добр, мой сын, прощу тебя, потому что ты поймёшь: всё в этой жизни делается только ради тебя и твоего благополучия!

Бесполезный разговор. Всё равно что со стеной, от которой отскакивают важные слова. Отец на своей волне и не может адекватно реагировать. По кругу, как хомяк в колесе. Он сыплет оскорблениями, и Ник отключается. Думает. Как ни крути, а нужно выяснять, что случилось, пока отец не натворил ещё больших бед.

Ник не верит ему. Кажется, отец достиг того уровня отчаяния, когда готов на всё.

Ива сидит там же, где он её оставил. Наверное, она и не шевелилась, пока он разговаривал с отцом.

— Ива, — зовёт он её глухо. — Всё наладится, слышишь?

Она поворачивается. Глаза у неё — две бездонные синие ямы. Лицо бледное, губы искусаны. Качает головой.

— Уже не наладится, Ник. Пожалуйста, давай сделаем так, как я прошу. Забери деньги отца. И больше не нужно угрожать, убивать, преследовать. Ты ведь знаешь, зачем они нужны? Иначе не предупреждал бы меня. Не настаивал.

Ник ерошит волосы. Как же сложно. Но он решается сказать правду. К чёрту все недомолвки. Если продолжать их множить, то можно запутаться навсегда, зайти в лабиринт без права выхода.

— Деньги нужны не мне. Отцу. У него неприятности. Кто-то разваливает его бизнес. Целенаправленно. Думаю, даже если он заберёт у тебя всё, ему не хватит. Он закроет одну-две бреши, а появятся новые. Он не понимает: ему нужно найти того, кто этим занимается. Это не похоже на простое невезение, хотя ему так кажется. По одному из образований я экономист и понимаю, к чему идёт. Готовится либо захват его дела — какая-то крупная компания поглотит и растворит в себе отцовский бизнес, распродаст его по частям. Либо… это простая месть — кому-то он насолил, обидел, и сейчас идёт негласная война. Кто-то сильный разрушает дело всей его жизни. Играючи. Злорадствуя. Наслаждаясь отцовским отчаянием и трепыханием. Смеётся с его попыток выплыть, выкарабкаться.

Ива выпрямляет спину, руки из колен убирает.

— Кто-то точно так же разрушает бизнес Андрея, — голос не такой безжизненный, и Ник радуется: пусть оживает, пусть думает, сопротивляется, живёт. Она замечательная, Ива. Одна из лучших. Искренняя девушка, которая очень нравится ему. И он бы точно боролся за неё, если бы жизнь не сделала крутой поворот.

Он всматривается в дорогое лицо. Вслушивается в свои ощущения. Сейчас — только нежность и любовь — светлая любовь к замечательной девушке. И сейчас он понимает, что тянуло его к ней. Ива была права. Образ. Неуловимая схожесть. Он подсознательно искал в женщинах Раду. Её светлые волосы, тонкие черты, голубые глаза.

Ник даже не подозревал, что связывал воедино два образа. Казалось, Рада выветрилась из него давно. У него были женщины, он даже однажды хотел жениться. Но никто не цеплял его настолько, чтобы по-настоящему. Лишь Ива, ещё на фотографии. Серьёзная девочка с косичками и строгими глазищами.

Ник с усилием прогнал непрошенные мысли. Рада. Ника. Сегодня он не сможет с ними встретиться. И, кажется, Ива сказала что-то важное. Что-то о Любимове. Бизнес. Да. Тоже проблемы. Совпадение или?.. Столько странных дел творится вокруг, а Нику не интересно. Стыдно, что абсолютно всё равно — плевать на деньги, стрессы, нервы, связанные с жаждой наживы и обладания.

— Ты прости. Я сейчас, — отрывается он от стены, которую подпирал телом, и уходит на кухню. Ему срочно нужно позвонить и предупредить.

— Сегодня никак, извини меня, ладно? У меня есть неотложные дела, очень важные. Поцелуй за меня Нику, пожалуйста.

— Конечно, Ник, я сделаю всё, что ты скажешь, — голос у Рады весёлый и, кажется, ей всё равно — увидятся они сегодня или нет. От этого щемит сердце. Ему было бы приятно, если б Рада огорчилась. Хоть немного.

— Ты мог бы не откладывать свои дела из-за меня.

Ник оборачивается. Ива на пороге кухни.

— Из двух дел всегда нужно выбрать важное и главное. Всё остальное подождёт. Нам нужно разобраться и решить, что делать дальше. Я бы не хотел, чтобы ты отдала деньги, особенно те, что собирала на операцию. Но для этого нужно знать немного больше. С отцом я поругался. Но я знаю, кто нам поможет. Тата. Она в курсе всех дел, всегда предана отцу. Ты позволишь мне немного побыть разведчиком?

Ник улыбается. Ему важно разрядить обстановку. У Ивы тоже рождается бледное подобие улыбки. Она не может сопротивляться обаянию Репина. Он, когда хочет, способен очаровать даже мёртвого. Но лучше пусть все будут живы и здоровы.

— Давай я тебя покормлю, — начинает хозяйничать Ник, повязывая фартук вокруг талии. — Сегодня мы останемся здесь, а завтра переберёмся в другое место. Ты только верь мне. Всё будет хорошо.

— Я к Андрею хочу, — садится Ива на стул и следит за каждым движением Ника.

— Вечером я позвоню в больницу. Ты ему всё равно ничем не поможешь сейчас, Ива. Не хочу пугать, но я бы тебя на некоторое время спрятал. От греха подальше.

Он ещё помнит слова отца. И всё ещё чувствует угрозу. Ива всё равно пугается. Глаза у неё отражают все эмоции. Беззащитная. Хочется укрыть её от всех невзгод. И Ник сделает всё, чтобы её уберечь.