Глава 18

Лорду Арроллу не спалось. Он заигрался. Хотел покрасоваться перед Альмиррой, но упустил из виду нежное сердце жены внука. К тому же этот зеленый мальчишка абсолютно не обращал внимания на выходки серебряного и продолжал кутать плечи черной драконицы в легкую шаль, как будто истинная огнедышащая может замерзнуть! И зачем он только ввязался в эту историю с поисками пары человеческих мальчишек? Хотя в чем-то Рангарр прав — старый пройдоха засиделся в Академии, а это для возрастного дракона смерти подобно! Да и в городе без Ночного короля будут проблемы. И нечисть давно следовало погонять… И все равно на сердце было как-то неспокойно.

Неслышно поднявшись, лорд Арролл вышел из лагеря и уставился на яркую полную луну, низко висящую над горизонтом. Ему всегда казалось, что он выстроил свою жизнь так, как хотел. Не имел привязанностей, ценил дружбу, кружил головы дамам, но честно оплачивал последствия своих проказ, а теперь вдруг показалось, что все это было пылью, мишурой, ненужной суетой. Что он упустил что-то важное. То, что светится в глазах внука, когда он обнимает свою жену. То, что оживляет тусклые зеленые зенки мальчишки, с восторгом взирающего на Альмирру. Даже госпожа Фиркин — сухопарая мегера, способная заклевать студента за разодранную в клочья мантию — и та несмело улыбается, глядя на своего тролля! Арролл же один…

Внезапно на его плечи легли горячие руки драконицы, и в полуночной тишине раздался тихий смех:

— Ты так замечтался, Арролл, что не заметил меня!

— Альмирра! Что ты здесь делаешь?

— Вышла подышать ночным воздухом, — ровным тоном ответила черная.

— А как же твой зелененький? — с капелькой ехидства уточнил Арролл.

— А что зелененький, — хмыкнула Альмирра, — он счастлив. Еще немного — и отыщет свою половинку…

Арролл подавился воздухом:

— Как — половинку?

— Да обыкновенно, — пожала плечами драконица. — Он получил предсказание, что его пара ждет его на Южном континенте.

— Тогда что же он тогда тут изображал? — взъярился серебряный.

— Как это что? Почтение к руководителю научной работы! — хлопнула ресницами Альмирра, старательно играя дурочку.

— Р-р-р-р! — Арролла чуть не разорвало от гнева, а мать его детей лишь хохотала, разбрасывая вокруг огненные искры.

— О, дорогой, — говорила она сквозь набежавшие от смеха слезы, — а ты решил, что этот милый мальчик моя добыча? Фу-у-у-у! Какого же низкого ты обо мне мнения! Я не ем младенцев! А Инрресс просто слишком хорошо воспитан, чтобы дать в нос ровеснику своего дедушки!

Арролл внезапно успокоился и мрачно молчал, дожидаясь, пока утихнет Альмирра. Наконец черная угомонилась, утерла слезы и вздохнула:

— Ох, повеселил. Ладно, пойду я, Арролл, спокойной ночи!

— Стоять! — рык из горла серебряного абсолютно драконицу не впечатлил. — Значит, этот мальчишка — не твой любовник?

— Какая тебе разница? — вздохнула черная. — Ты ведь давно отказался от всех прав на меня. Я свободная драконица и могу проводить свои дни и ночи с кем угодно!

— А вот и нет! — серебряный вдруг дернул Альмирру на себя.

Драконица извернулась, но устояла. Зато выпустила когти, зрачки стали вертикальными, а язык на миг выстрелил изо рта раздвоенным кончиком.

— Отпус-с-сти! — свистящим шепотом сказала черная.

— Не отпущу! — мрачным тоном заявил Арролл. — Хватит! Набегались уже друг от друга! И вообще… сколько можно мне нервы мотать, Чернышка моя…

С этими словами серебряный совсем не агрессивно прижался губами к губам черной драконицы, а потом что-то шепнул ей на ухо.

— Думаешь? — с некоторым сомнением сказала она, но Арролл коварно скользнул ртом от уха к ключице, и драконица сдалась.

Один миг — и на опушке стоят два прекрасных дракона. В следующую минуту они взлетели, направляясь в сторону гор, и буквально через четверть часа скрылись из вида.

— Уф-ф, — выдохнул Дирран, наблюдающий за дедом и бабушкой из лагеря.

— Помирились! — добавила Варя и, зевнув, предложила: — Пойдем спать? Только чур, я на тебе!

Дир ласково обнял жену, поцеловал и, отойдя в сторону, обернулся. Варвара немедля подошла ближе и устроилась в колыбельке из драконьего хвоста и бока.

— Сладких снов! — сонно муркнула она, закрывая глаза. Лучше ей не спалось даже в далеком детстве!

* * *

Вернувшись к мужчинам, девушки постановили — сначала обед, а уж потом экспедиция.

— Дамы, — покачал головой Илькар ас Мидар, — в джунглях темнеет рано.

— В этих развалинах все равно темно, — независимо пожала плечами Миа.

— С наступлением темноты активизируются ночные хищники, — внес свою лепту Эвиор.

Дарити демонстративно перебрала запас дротиков и коротких копий. Мужчины обменялись печальными взглядами и даже показали друг другу мимикой смирение перед обстоятельствами. Девушки не остались в стороне — их обмен взглядами был более решительным.

Впрочем, когда в горшке забулькал суп из рыбы и бамбуковых ростков, все поняли, что проголодались. Запеченные в листьях куски плотного белого мяса отлично пошли под бульон с кусочками зелени. Насытившись, пополнили запасы воды, взяли с собой оружие и запас факелов и двинулись к затянутой корнями каменной кладке.

— Эвиор, как думаешь, где лучше войти? — Ночной король разглядывал фасад, и ему совсем не нравился свежий лаз, ведущий куда-то вниз.

Приспешник оценил полуразрушенную лестницу и ткнул пальцем вбок:

— Смотри, фонтан в той стороне. Наверняка был боковой выход для слуг, чтобы воду набирать.

— Да, — чуть прищурился Илькар, — давай-ка я проверю…

Он сделал несколько шагов вперед, сосредоточился, и одна гибкая лиана поползла к пролому в стене, еще сохраняющему форму двери.

— Ого! — изумился Эвиор. Он знал, что эльфийская магия слабо подчиняется другу, к тому же после таких подвигов Ночной король отлеживался несколько часов, попивая укрепляющий отвар, а теперь вот стоял на ногах — и даже не вспотел!

— Можно войти, — сказал ас Мидар, прислушиваясь к собственным ощущениям, — если ступени разрушены, попробуем сплести лестницу из лиан.

Миа при упоминании лестницы содрогнулась, но устояла. Вся компания дружно двинулась к боковому входу и осторожно заглянула внутрь.

— Удивительно! — выразила общее мнение Дарити.

Это действительно был боковой вход, но явно не для слуг. Прохладный сумрачный коридор поражал чуть растрескавшимся мозаичным полом, необычными витыми колоннами и тускло блестевшими светильниками самого удивительного вида.

Эвиор едва слышно выругался, а когда на него уставились, сказал:

— Это женский дворец последнего императора Юга! Коридор, ведущий в сад его личного гарема! Его описание есть в исторических хрониках, потому что над отделкой этого коридора трудились лучшие архитекторы, художники и скульпторы своего времени! Светильники по слухам изготовил сам Тиффиан! Наборное цветное стекло с алмазными гранями, черненое серебро и сосуды с ароматическим маслом… В общем, описания и эскизы сохранились, но уже почти три тысячи лет как дворец считается разрушенным во время землетрясения!

Девушки замерли, разглядывая интерьер, а вот Ночного короля интересовали более приземленные вещи:

— Коридор вел в гарем, понятно, а что было перед этим коридором?

Эвиор на секунду смешался, нахмурил лоб и наконец сказал:

— По всем описаниям, этот коридор шел из личных покоев императора. Значит, впереди либо его кабинет, либо спальня…

— А нам надо вниз, — поморщился Илькар, — значит, будем искать хозяйственные помещения…

— Может, и не придется, — под разговор мужчины медленно прошли коридор и остановились перед резными дверями, поточенными жучками. — Я читал про императора Юга, он был тем еще параноиком. Наверняка и в кабинете, и в спальне есть подземные ходы.

Эвиор коснулся двери кончиком своего бамбукового «копья», потом толкнул с усилием — и отсыревшее, источенное дерево подалось, медленно рухнув на каменный пол. Взметнувшаяся пыль запорошила глаза, заставила отступить и закашляться. Вот тут и пригодилась вода. А еще лоскуты с погибшей юбки Миарэнди. Путешественники догадались, что дальше будет только хуже, и прикрыли рты и носы влажными тряпками.

За дверью действительно обнаружилась спальня. Об этом говорила груда невнятного хлама в центре, еще хранящие форму резные сундуки вдоль стен и отдельная дверь, ведущая в умывальню. Корни деревьев давно выдавили стекла, так что внутри хватало и насекомых, и пробившихся растений, но мозаичные полы и металлические украшения еще держались.

Когда на Дарити рухнул кусок штукатурки, Илькар рявкнул, приказывая всем замереть, и взял под контроль лиану. Зеленая змейка ползла вдоль стен, срывая куски расписных фресок, заползая в трещины и щели, расшатывала что могла, и наконец одна панель поддалась, открывая ход вниз.

— Вот и потайной ход, — изучив отверстие, сказал ас Мидар. — Спускаемся медленно, по одному. Ступени каменные, но кто знает, что там внизу? Миа в середину, Эвиор — замыкающий!

Приспешник не возражал.