ЭПИЛОГ

Айрис С замиранием сердца я наблюдала, как в небе кружил черный дракон. Широкие взмахи перепончатых крыльев бросали тень на полуденный сад. Прекрасный вид моего супруга никогда не перестанет меня восхищать. Сегодня, казалось, я любила его еще больше, чем вчера. На губах блуждала глуповатая влюбленная улыбка, а сердце трепетно сжалось, когда он начал посадку. Крепко зажмурившись, чтобы не видеть, как его тело меняет форму и размер, я замерла. – Ты прекрасно выучила, как быть хорошей женой, – услышала я совсем близко. Не успела и глаз открыть, как горячие губы накрыли мои. Из головы вылетели все мысли, оставив место только нежности. Его рука скользнула по талии, прижимая меня к своей обнаженной груди. – А ты усвоил главное правило хорошего мужа, – поддела его, оторвавшись. Я не могла поверить счастью: вынужденный брак со случайно свалившимся на голову мужчиной стал настоящим счастьем. – И какое же? – удивленно вздернул бровь Эдвин. – Примерное поведение, – рассмеялась я, уворачиваясь от его загребущих рук. – Тише, не шуми. Разбудишь. Муж тут же изменился в лице и просиял. Так происходило каждый раз, когда он видел сыновей. Уже год, как я обживалась в новом мире. Моментами тоска по родине возвращалась, но теперь мой дом был там, где моя семья: муж и сыновья. Я не мыслила своей жизни без этой троицы. Эйдан опустился на колено перед корзинкой-переноской, в которой мирно посапывали близнецы: Марк и Олис. Муж с любовью смотрел на спящих детей и поправил пушистые вязаные пледики. – Ты сделала меня самым счастливым из всех мужчин, – восторженно прошептал Эдвин. – Я не забыла, как сильно ты желал наследников, – рассмеялась я, целуя его в колючую щеку. – Осталось дело за малым, – весело подмигнул он. – Нам нужна дочь. – Дочь? Для укрепления межклановых связей? Что-то я сомневалась, что, будучи таким жутким собственником, он к ней подпустит кого-нибудь на пушечный выстрел. – Чтобы была отдушиной для папы, когда проказливые мальчишки будут громить наш замок. Мое сердце переполняла нежность к этому сильному мужчине, который ради нашей любви изменил свою жизнь и отношение к ней. Он, не стесняясь, обнимал меня на глазах у всех обитателей дома, стараясь в любую выпавшую свободную минуту быть рядом. Даже когда пришло время рожать, он пытался выломать дверь в попытках ворваться, чтобы пройти это испытание вместе. Пришлось отвлечься и выставить его за дверь грозным окриком, так как Тилма сама не справлялась. Гросса же Эдвин не допустил ко мне в комнату, внезапно воспылав жгучей ревностью. Его даже не остановило, что у Фица разыгрывалась собственная драма на личном фронте и моя скромная персона его нисколько не интересовала. Я помнила те сияющие глаза и вспотевший от тревоги лоб, когда отца допустили все-таки к нам. Сначала ему подали Марка, и я думала, что никогда еще не видела его настолько счастливым, но затем Тилма подала второй сверток. Удивление на лице Эдвина нужно было видеть. – Их двое? – осипшим вдруг голосом проговорил муж. – Двое, – кивнула я. – Но как? – Его глаза заблестели от переполняющей гордости и радости. – Магия? – поддразнила его я. – Не иначе, – согласился Эдвин. Сейчас же, когда с того дня прошла всего пара месяцев, муж не переставал меня удивлять. Он отказался от услуг нянь и кормилиц, изменил расписание, передав часть дел управляющему и секретарю, чтобы освободить место для семьи. К слову, он почти всегда вставал сам по ночам, давая мне возможность выспаться. Из грозного и почти всегда рычащего дракона, Эдвин превратился в чуткого, заботливого и любящего мужа. – Я люблю тебя, – прошептал он, прижав меня к своей широкой груди. Я вдыхала запах его тела и не могла сдержать слез счастья, ведь наша история началась очень странным образом, но впереди ждали еще долгие годы любви и согласия. – А я люблю тебя, мой нежный дракон.