1 - вызов мужа

Каменный пол настолько холодный, что удивительно, почему он не покрыт инеем или коркой толстого льда. Олег Владимирович с удивлением оглянулся на замерзающие ступни ног. Разве смерть не забирает с собой и тело? Или он всё ещё жив? Хотя после такого не выживают, это мужчина знал точно. По опыту, так сказать.

Олег сделал несколько шагов, ощущая всё тот же холод, боль в плечах и неудобство от ремешка часов, надетых ради солидности. К его удивлению, деловой костюм никуда не исчез, исключая пиджак и башмаки, отсутствие которых, как и присутствие остальных частей гардероба, объяснить он не мог. Чтобы делать какие-то выводы, нужно знать хотя бы несколько начальных параметров. Для Олега же всё произошло чрезмерно быстро, как и все, он не планировал умирать в тот день.

Мужчина дошёл и дотронулся до неровной каменной стены зала, её острые глыбы предупреждающе смотрели внутрь пещеры, образуя пояса. Хорошее местечко для американского фильма с финальной сценой. Любая драка, любой толчок к стене однозначно распотрошит злодея или героя. И выхода из небольшой пещеры не было, даже тёмного проёма нигде не наблюдалось, хотя при этом проблем со светом Олег не испытывал, видел он прекрасно. Может, виноваты странные породы, что сами по себе излучают световые лучи? Олег подобрал с пола камушек и повертел в руке. Ничего особенного он в нём не нашёл. Глыба как глыба. Он не геолог, чтобы назвать камень. И не светился он.

— Ты мёртв, — раздался спокойный голос за его спиной.

Олег даже не вздрогнул. Ему изначально казалось, что так и будет, поэтому он спокойно развернулся в сторону говорившего, бросив камень обратно на пол.

— Я знаю.

Мужчина ожидал увидеть ангела или чёрта. Ну или сгусток белой энергии, он бы и его принял, всё же мир не материален теперь. Но его собеседник оказался серокожим человекоподобным существом с заострёнными длинными ушами и алыми глазами. «Дроу,» — про себя окрестил гостя Олег.

— Вот даже как, — нечеловек задумчиво подпёр правой рукой подбородок. — Рад, что обойдёмся без вступительной части, перейдя сразу к сути: подарю вторую жизнь, если согласишься вступить в брак.

— Даже тут всё через постель, — усмехнулся Олег. — И кто избранница?

Дроу отвечать не стал, он посмотрел в глаза человеку, предоставляя всю информацию. И вместо избранницы были избранники. Трое близнецов-дроу. Олег отметил, что по виду достаточно симпатичные ребята. Дорогая одежда и хорошее оружие явно говорили об аристократических корнях или богатых родственниках. Неулыбчивые собранные близнецы с опаской смотрели на мир, во всех видя врагов. Волосы, будто выцветшие и поседевшие до белизны, были заплетены в длинные многочисленные африканские косички, доходившие до середины спины.

Эти нелюди могли за один миг стать его младшими мужьями, его собственностью со всем своим имуществом. Дроу сами настояли на обряде, они знали, на что шли. И Олег с внутренним противоречием всё равно ими любовался. Да, парни. И их трое. Но Олег по жизни не отличался уж безоговорочной любовью лишь к противоположному полу. И грехов скопилось немало, и не стыдился он их особо.

Другое дело — брак, дело достаточно и крепкое, и хрупкое. Чтобы его сохранить, необходимо усилия прилагать. Олег же привык откупаться дорогими подарками, не связывая с кем-то свою жизнь.

— Они девственники и не преступники, если этого боишься.

Мужчина в ответ лишь медленно покачал головой, это его нисколько не беспокоило. Он сам не раз преступал закон. Хотя сейчас, начав новую жизнь, он бы не хотел повторить тех своих ошибок.

— Я согласен.

Вспыхнул яркий свет, заставивший Олега закрыть глаза. Но через секунду он уже был рядом с близнецами. Обут, одет и здоров. Хорошее послесмертие.

— Человек, — прошипел с презрением и ненавистью стоявший в середине парень.

Олег его сразу выделил среди остальных близнецов и запомнил. Отчего-то мужчине казалось, что своих женихов он никогда не перепутает, хотя и одёжка, и жесты были очень схожи у всех троих. Но запах, который он ярко чувствовал на каждом из напротив стоящих дроу, и характер, что читался в глазах, не давали перепутать тройняшек.

— Это не важно, он уже ваш старший муж, и вы обязаны его слушаться, — сказал четвёртый, более старший на вид дроу, увиденный Олегом ещё в пещере. Его голос стал повелительным, требовательным и не терпящим возражений. — Вы сами пришли в Храм и настояли на обряде, боги вас услышали.

Этот нелюдь был жрецом Храма. Здесь, в материальном мире, он уже был только с посохом и ножом на поясе. Длинная ряса закрывала тело до пят, но ничуть не сковывала движения.

После слов жреца установилась идеальная тишина, близнецы встали на колени, наклонив голову в сторону и приоткрыв шею. Олег не вмешивался, лишь наблюдая со стороны. Жрец подходил к каждому из парней, делал надрез на шее, собирал в рог кровь, а затем наблюдал, как за секунды исчезает рана. В последнюю очередь он подошёл к Олегу. Человек также наклонил голову, но дроу покачал головой и лишь приложил края рога к губам мужчины.

— Пей.

Олег одним глотком осушил небольшую ёмкость. Железный привкус неприятно жёг язык. Жрец забрал опустошённый сосуд, и тот исчез в его руках.

— Теперь они принадлежат тебе, — указал жрец на всё ещё стоящих на коленях дроу. — Хочешь дать им имена или разрешишь оставить свои?

— Они этого хотят? Оставить имена?

— Да, они просили меня об этом, но выбор за тобой, человек. И разреши им подняться.

— Пусть оставляют. Разрешаю, — ответил по очереди на оба вопроса Олег.

Дроу встали и подошли ближе к своему супругу. Притягивающий запах усилился, хотя жреца Олег так не ощущал, только мужей.

— Асо, — поклонился стоявший справа юноша. — Первенец.

— Бейи, — поклонился тот, кто возмутился, стоило человеку появиться перед глазами близнецов. — Прошу меня простить за мой чрезмерно длинный язык, господин.

— Ван, — поклонился последний.

— Олег, — поклонился в ответ человек.

— Тебе не надо кланяться перед своими младшими мужьями. Надеюсь, супруги чуть позже смогут объяснить тебе законы и обычаи нашего народа. А сейчас идите, боги вас благословили.

Близнецы низко поклонились напоследок жрецу и пошли в сторону выхода, окружив своего мужа. Асо шёл впереди, указывая дорогу, Олег шёл за ним. Бейи и Ван, отстав от мужа на шаг, шли по бокам. Вокруг все те же стены пещеры, но уже не было смертоносных глыб и шершавых стен. И выход был, из которого лился долгожданный свет, которого Олег уже не чаял увидеть.

Стоило компании выйти из пещеры, как они оказались под хмурым серым небом в лесу, на неширокой выложенной камнем дороге, ведущей вниз. Олег, на секунду остановившись, глотнул свежий воздух и улыбнулся пасмурному небу. У природы нет плохой погоды, особенно, если ты живой её фрагмент, а не пожираемое червями тело. Дроу, тоже остановившись на пару мгновений, пошли вниз по дороге, иногда бросая взгляд в сторону своего мужа. Олег эти взгляды замечал, но не знал, как на них реагировать, поэтому всё также молча смотрел на дроу, но пристальным длинным взглядом, а не коротким, как делали младшие. Но вскоре он стал рассматривать окружающий его пейзаж.

По бокам дороги раскинулись высокие хвойные деревья, травы, и цветы. Те, что разглядел Олег, были очень схожи с их братьями в другом мире. Даже пение птиц нисколько не указывало на другую реальность. Чириканье, трели, выводимые лесными музыкантами, можно было услышать и на даче или даже в парке, сидя на скамейке. Даже болотные крикуны и то оказались большей экзотикой, чем здешняя фауна.

Только дроу и заставляли поверить в истинность всего случившегося. И их нахмуренные не по возрасту лица Олегу не нравились. Он тоже рос не в самое благополучное время, но в 19-20 лет, а больше парням не дашь, точно себя не хоронил. Можно даже сказать, что в этом возрасте он начал карабкаться вверх. Срывался пару раз, получал трёпку, лежал в больнице, вновь оказывался в нищете, но духом не падал. Вокруг разваливалась его страна, а он учился на этом зарабатывать. Дроу же явно карабкаться вверх уже не хотели.

Олег нахмурился, а затем мысленно махнул рукой. В любом случае проблемы его мужей теперь и его проблемы. Так что не век ребятам ходить настороженными. Справимся. Всегда справлялись.

Через час новая ячейка общества вошла в город. Чистый, сделанный из камня и дерева, он не был похож на средневековый, который изображался в учебниках и исторических книгах. Между домами были огромные расстояния, дороги были подметены, вымыты. Не было в этом городе грязных подворотен и переулков, всё было предельно освещено фонарями, что уже начали работу.

И праздно шатающихся тоже не было, даже детей и то можно было заметить лишь за работой или учёбой. Никаких игр на улице и других развлечений. Олег смотрел на этот безмолвный ад, где даже продавец с покупателем зачастую не обменивались словами. Несколько жестов и весь торг. Дроу оказались до безобразия молчаливы. Почему они поддерживают эту тишину? Страх? Но окружающие не выглядели запуганными. Спокойными, безучастными, но не запуганными. Только молодые смотрели на их компанию с долей удивления, которое почти моментально сходило на нет.

Первым громким звуком, который Олег услышал в городе, стали стоны дроу, подвешенного за выкрученные вверх руки к столбу. Второй нечеловек с плечевого размаха рубил кнутом и так уже измусоленную в крови спину первого. Свист и новый стон, свист — стон... Олег остановился среди собравшейся небольшой толпы.

— За что наказывают преступника? — обратился человек к Асо, наслышанный о публичных казнях в средневековое время.

— Это не преступник, — ответил Асо, оглянувшись на супруга. — Гор является старшим мужем и наказывает своего младшего. Вы также можете наказать Бейи за его проступок в Храме, он не имел права говорить о вас с пренебрежением. Хотя его вина больше, Гор наказывает мужа так каждую неделю в назидание, а мой брат действительно виноват.

Олег смотрел в глаза Бейи, слушая рассказ первенца, только поэтому он смог заметить мелькнувшую злость и лёгкий страх, и последний больше почувствовал интуитивно. Но уже через миг дроу был спокоен и безразличен. Покорность и смирение с ненавистью у плеча?

— Гор же убьёт мужа. Зачем он это делает?

— Не убьёт, уже завтра Олке будет здоров, у нас очень хорошая регенерация, — на все вопросы человека отвечал Асо. Его братья молчали, не смея вмешиваться в разговор. — А зачем... А как по-другому добиться смирения?

Олег оставил вопрос без ответа. Он не знал, как реагировать на чужой менталитет. Бегать же с молитвенником и нимбом было бы глупо. Там убивать и избивать — плохо, а здесь — хорошо. Олег запомнил, но не меняя окружавший мир, он не хотел и меняться сам. Не настолько.

— Идёмте дальше, я не собираюсь бить своего мужа, особенно за слова.

— Вы предпочитаете другой вид наказания?

— Нет, я предпочитаю не наказывать за это вовсе.

Олег не заметил, чтобы братья переглядывались или искали как-то по-другому подтверждение своей реакции друг в друге. Но он видел, что напряжение немного исчезло из их движений. И они вновь двинулись по мостовой в неизвестном для Олега направлении. Хотя дорога теперь его интересовала менее всего, то, что он увидел на площади, заняло все его мысли.

— Асо, — позвал Олег.

Дроу тут же откликнулся:

— Да, господин?

— Почему вы решили провести этот обряд, зачем вам муж из другого мира, тем более старший?

— Мы должны были стать придатком к товарам, уходящим в другой род. Не мужьями даже, а рабами. Расстаться друг с другом и со всеми немногочисленными правами, которые дают хотя бы защиту чести. Обряд стал спасением. Возможностью найти Истинного. Нам было всё равно, кем вы окажетесь, но замужество дало бы шанс сохранить достоинство. А старшие и младшие мужья... Это не выбор, это определено природой, мы можем родить вам детей, а вы — зачать. Старших в несколько раз меньше, поэтому и был создан обряд.

— И вам не противно становиться чужой собственностью?

Вопрос о зачать и рожать Олег проглотил, не дав ему выбраться наружу. Биология, зоология потом, сейчас дело.

— Мы с детства знали, что иначе быть не может. — Олег прочитал между строк, что дроу на многое бы пошли, чтобы это изменить, но не хватает сил.

— А Истинный что означает? Божественная судьба, любовь до гроба и всю жизнь бок о бок?

— Если старший муж позволит, то и всю жизнь. А любви никакой нет, вы можете зачать нам здорового ребёнка, никаких болезней или несовпадений. Ребёнок перенимает сильные стороны родителей, более высок в развитии и устойчив физически. Идеальное сочетание генов.

— Если же я влюблюсь в другого?

— Это ваше право, никто вас не осудит за измену. Вы старший, вы чувствуете, если партнёр вам подходит.

— А если влюбитесь вы?

— Господин, никто из нас троих не желает быть посажен на кол за минутное удовольствие.

Олег удивленно кхекнул, такого он не ожидал, хотя стоило бы.

— Мне было бы приятней, если вместо господина вы называли меня по имени. Это не противоречит вашим законам?

— Нет, обращение устанавливает старший муж, как и порядки в доме.

Асо говорил всё также спокойно и тихо. А голос дроу приятно ласкал слух, мелодичный, не глухой, но и не звонкий. Его было приятно слушать.

— Вы расскажете о порядках вашего народа?

— Конечно, господин. Только, позвольте, законы я предоставлю в письменном виде, я не могу рассказать их наизусть. А что касается дома, то старший муж является господином. Он имеет право приказывать, младшие же обязаны повиноваться. Старший имеет право на любую прихоть, убийство младшего тоже расследоваться не будет, хотя это случается крайне редко. И в этом случае в течение года старший не имеет права взять супруга.

Обычно в самый первый день замужества господин объясняет свои правила, назначает наказания за нарушения оных. Молчание, взгляды, ношение оружия, обязанности... Любая прихоть.

— Олег, какие порядки будут в вашем доме?

— Да никаких из вышеперечисленного. Я всегда буду рад поговорить с вами, не стану наказывать за взгляды, да и с оружием ходите — мне за вас спокойнее. Сам без пистолета я пока мало что стою.

— Как скажете, Олег.

Ответом Асо был явно недоволен, хотя пытался это скрыть. Без точно обозначенных правил дроу были под постоянным прицелом. Наказать можно и за недосказанное. Кто знает, что для их старшего мужа очевидно? Он же из другого мира. И человек. Асо непроизвольно презрительно скривился.