Глава 5

Марфа

Все происходит так быстро, что я не успеваю не то что закричать, даже испугаться. Короткий глухой удар, и меня отбрасывает назад, бьюсь о подголовник и слышу яростный мат Сатаны. Смотрю перед собой и вижу через стекло скомканный бампер.

— Живая? — до меня доносится злой голос. — Вылезай быстро!

И даже не ждет, когда я приду в себя, щелчок — и уже ремень с меня отстегнулся. Дрожащей рукой дергаю ручку и, не веря, что она откроется, вываливаюсь на дорогу. Мимо мчатся машины, слепя глаза светом фар — вот сейчас прям капец как страшно.

— Под колеса не лезь, стой на месте, — кричит Сатановский, как будто я глухая и его не услышу. Сам он мрачно смотрит на свою “Мазду”. Там теперь гармошка вместо переда.

К нам подходит пожилой мужчина, видимо, водитель фуры, и цокает языком.

— Ну, парень, ты попал! — осматривает зад своего грузовика, что-то там рукавом пытается протереть.

— Да нет там у вас ничего! Не волнуйтесь! — дергаюсь я к нему, лишь бы одной не стоять в оцепенении. — Только наша машина пострадала.

Иван ухмыляется, потом берет меня в охапку и начинает щупать. В другой раз уже по яйцам бы отхватил, а сейчас я только отпихиваюсь.

— Не лапай!

— Дура ты, Боголюбова! — не смущается Сатановский. — Ну, раз дерешься — значит, ушибов нет серьезных. Все! Угомонилась!

Отпускает меня, я даже поежилась: холодно как-то вдруг стало. Классно я день рождения Антона отмечаю! Надо бы ему позвонить!

Сумка с телефоном в машине осталась, Сатановский на меня внимания уже не обращает, выставляет красный треугольник на асфальт и что-то перетирает с водилой. Мы, похоже, пробку создали, так что нас уже медленно все объезжают, не гонят.

— … да не проблема, — слышу я обрывок разговора. — Сейчас только с подругой своей разберусь.

Ага, подруга я ему! Сказала бы, да есть более важные дела — набираю Антону. Длинные гудки тянутся бесконечно долго. Господи, ну неужели он не слышит? В клубе, конечно, шумно, но я — его девушка! Он не позвонил и не написал ни разу, с тех пор как я уехала! Он даже мои сообщения не видел!

В полном расстройстве опускаю телефон. Потом набираю Наде — там тоже тишина. Да что происходит-то?

— Так, мартышка, — Сатановский бесцеремонно разворачивает меня к себе, держа за плечи. — Сейчас подъедет такси и заберет тебя, ясно? Я тут останусь, разбираться.

— Такси? — дергаюсь, потому что мне неприятно, когда эти лапищи дотрагиваются до меня. — Какое еще такси? Я…

— Что “Я”, — ухмылка Ивана превращается в оскал. — Что “Я”? Ну, позвони своему имениннику, пусть он тебя забирает. Или со мной хочешь остаться?

— Да чтоб я тебя больше никогда не видела! — выплевываю чуть ли не с ненавистью. — Москва — большой город, слава богу! Не пересечемся.

— Ну ты не зарекайся, мартышка! Мы с тобой теперь как два попугая-неразлучника…

— Сам ты попугай! Такси я сама вызову!

Но не успеваю даже прилогу открыть — желтенькая машинка останавливается на аварийке прямо рядом с нами.

— Быстро! — Сатановский силком засовывает меня в машину, кидает мне под ноги мою сумку многострадальную, и такси тут же трогается с места. Ничего себе! Даже возмутиться не успеваю!

Кручусь на заднем сидении, а Сатана с фурой исчезают прямо на глазах. Вот же ж!

Наконец перевожу дух и размышляю уже в более спокойном состоянии. В принципе, все к лучшему. Меня этот гад, считай, похитил, так что обязан был вернуть домой. Еще не факт, что мое такси так быстро бы пришло. Так, стоп!

— Мне на Мосфильмовскую нужно, — уточняю я у водителя, который еще ни слова не произнес за все время. А то, кто знает, куда он меня везет?!

— Да, адрес мне сказали, — слышу приятный мужской голос. — Через двадцать минут будем на месте.

И ведь не обманул! И даже денег не взял. Один маленький плюсик в убитую карму Сатановского.

У дома стоят аварийные машины, прохожу мимо них в подъезд и тут же дергаюсь от неприятного затхлого запаха. Успокаиваю себя тем, что это хоть не канализация. На свой четвертый этаж добираюсь почти бегом.

Вот так ночка! Никогда не забуду!

У нас обычная “трешка” в старом кирпичном доме, построенном еще лет сорок назад или даже больше. Но никогда еще не было такого жуткого запаха! Квартиру открываю, мысленно готовя себя к худшему! И главное — никого нет! Я одна! Родители в отпуске, сестра с почти мужем у его родственников в Сочи.

А ты, Марфа, как всегда крайняя!

В прихожей плавают тапки и мои конверсы. Вода вот-вот на лестничную клетку польется. Дотягиваюсь рукой до выключателя в коридоре, а сама беспомощно топчусь у входа, не понимая, что делать-то?!

— Тут осушители нужны, — за спиной появляется соседка, Валентина Андреевна. — И ты со светом, Марфа, поосторожнее бы. А вдруг закоротит? Акт тоже составь… на возмещение… управляющая виновата…

Она продолжает что-то говорить, а я оцепенело стою в полном ужасе. Да мне так страшно не было, когда меня чуть в “Хаммер” не запихнули, когда Сатановский врезался в грузовик. Мама моя, что делать-то?! И главное, ночь на дворе!

— Родители-то когда приедут, Марф? — в голосе соседки слышу сочувствие. — Хочешь, у меня переночуй, а утром разбираться будешь?

Первая мысль — послать все к черту и согласиться. Мне страшно даже находиться в квартире. А с другой стороны — что здесь к утру будет?! Ламинат уже вздулся.

Стою в расстроенных чувствах и молчу, даже на шаги за спиной не обращаю никакого внимания.

— Оп-па! Мартышка! — радостный возглас Сатановского заставляет меня подпрыгнуть на месте. — Да… хорошо подтопило. Ты зачем в квартире свет включила, идиотка?!

Не говоря больше ни слова, отталкивает меня в сторону и уверенным движением открывает щиток в прихожей и тут же погружает всю квартиру в темень.

— Сам ты идиот! — первым делом отвечаю я и тут же добавляю: — Ты как тут оказался вообще? А как же авария?

— Выходи из квартиры, мартышка, — Иван врубает фонарик на мобильном, и я делаю вслед за ним то же самое. — Нужно вызывать спецов.

Я его уже не слушаю — сердце радостно подпрыгивает в груди. Антон звонит! Ну наконец-то!

— Привет! Ты где? У меня тут такое…

— Привет! Да только освободился… а ты? Ты где вообще, Марта?

Голос у него злой какой-то, я в полной растерянности. Ловлю любопытный взгляд соседки. Надо же, не ушла до сих пор!

— Я? Я же говорила, что у меня потоп дома! Вот я и дома! И тут…

— Дома? Ладно, тогда сейчас приеду, я здесь недалеко.

Не успеваю удивиться даже толком, как Антон уже отключился. Но что делать, я понять не могу. По идее, надо все это срочно высушивать, на ремонте и так разоримся, потом еще акт какой-то составлять. И все это без света и уже второй час ночи!

Но зато сейчас приедет Антон!

— Через полчаса сюда приедет клининг, они как раз в таких ситуациях спецы, мартышка, можешь не благодарить.

На вечно небритой морде Сатановского появилась самодовольная ухмылка.

— В смысле клининг? — таращусь я. — То есть… это круто, конечно, но ведь надо сначала составить этот… акт об ущербе, потом ведь возмещение получать…

— Вот-вот, — влезает соседка. А я чувствую себя как в дурке — ночь, вонь, в квартиру не зайти, и я с Сатановским! Ну, и соседка, которая еще растреплет на весь подъезд, что ко мне ночью бывший моей сестры приехал.

Ну, класс просто!

— Это ты сама решай, Боголюбова. Или бабло, или порядок. Ну, или вызывай коммунальщиков. Они как раз только отъехали, пока я поднимался к тебе.

Сатановский, прислонившись к косяку двери, стоит, скрестив руки на груди. Уходить не собирается. Да как вообще он так быстро здесь оказался?! И, главное, зачем?!

Не для того же, чтобы помочь мне! Да он меня ненавидит не меньше, чем я его!

— Решай, давай, мартышка.

Я слышу, как кто-то заходит на нашу лестничную клетку, поворачиваю голову и с визгом бросаюсь к Антону. Он приехал! Как обещал!

От него пахнет странной смесью парфюмов, но я стараюсь не думать о чужих запахах. Упираюсь носом в его шею, обнимаю за плечи, слышу за спиной возмущенное сопение соседки. Это все мелочи.

— Антон… тут такое, — поднимаю на него взгляд и понимаю, что на меня мой парень не смотрит. Он неотрывно глядит на Сатановского.

— А этот… Он что здесь делает с тобой ночью, Марта? — неожиданно зло спрашивает Антон и отодвигает меня в сторону. — Я спрашиваю, что он здесь делает?!