Глава 10

Ночь прошла крайне плохо. Аранион ворочался всю ночь, постоянно задевая меня. Естественно, он тут же бурчал и отодвигался на другой конец матраца. Я же старалась приблизиться к нему поближе. Ночь выдалась холодной, теплых одеял у нас не было, и только трение двух тел могло бы помочь нам обоим согреться. Но эльф был непреклонен. Мои надежды соблазнить его таяли на глазах. Что за несносный мужчина???

Он хранил верность неизвестной возлюбленной, с которой так и не встретился! Вот это обеты! Да его целомудрие невиннее моего!

Утром мы проснулись злые и раздражённые. Окошко в двери открылось, и нам кинули две тарелки с кашей и пару бутылок с водой. Я поморщилась. Эта пища была пресной и отвратительной на вкус, но, судя по тому, как Аранион уплетал наш завтрак, я поняла, что он был более неприхотлив в еде, чем я. Сказались два месяца голода. Как он вообще смог выжить? Хотя, чему я удивляюсь, он же не человек….

После завтрака Аранион подошел к окну и застыл. Его немигающий взгляд бы направлен туда, где сооружали место его казни.

— Раз ты не хочешь ничего другого, мы могли бы просто поговорить, — предложила я.

— Это какая-то новая уловка? — хмыкнул эльф.

На его лице на долю секунды проскочила какая-то эмоция. Я и не предполагала, что этот мужчина умеет улыбаться. Хотя улыбкой этот кривой оскал вряд ли назовешь, но это уже был прогресс. Я приободрилась.

— Никаких уловок, — заверила я. — Просто искренне хочу скрасить твои последние дни.

Я, вдруг, поняла, что ничуть не слукавила. Я действительно хотела, чтобы Аранион отвлекся от неприятных мыслей. Может, он снова улыбнется? Его лицо очень преобразилось в этот момент.

Я приготовилась к разговору, но эльф молчал. Когда я уже приготовилась к тому, что он так ничего и не скажет, Аранион внезапно произнес:

— В момент, когда смерть близка, я жалею лишь об одном.

— О том, что не встретил свою возлюбленную?

— Нет. Этому я даже рад. Ей не придется страдать, когда меня не станет.

— Наверное, ты прав, — на душе неприятно закололо.

— Жаль, что я не узнаю, почему меня предал мой главный помощник Аарон.

— Это из-за него ты оказался здесь?

— Да. Ваши солдаты никогда бы не смогли пленить меня. Им это не под силу.

— Ты ненавидишь его? — тихо спросила я.

— Нет. Я люблю свой народ, как родители любят своих детей. Безусловной любовью. Как я могу ненавидеть своего соплеменника или желать ему смерти. Если ты растишь чадо, и оно совершает ошибки, ты же не отречешься от него?

— А если ребенок совершил непоправимый поступок?

— Значит, в этом виноват тот, кто его воспитал. Если Аарон так со мной поступил, значит, я что-то сделал не так. Я хочу понять это и искупить свою вину перед ним.

— Он предал тебя! Как ты можешь его жалеть после содеянного? Я не понимаю тебя!

Аранион посмотрел на меня.

— Ты не поймешь. Ведь ты человек.