Глава 8.5

Глубоко вдохнув и выдохнув, он опустился в кресло, жестом предлагая присесть и мне.

— Вообще-то я хотел сказать спасибо. Господин Полев признал подлинность подписи дочери. Процедура снятия ареста успешно запущена. Скоро моё имущество вернётся ко мне.

— Сердечно рада за вас, господин ректор, — ядовито ответила я, демонстративно переходя на «вы» и усаживаясь напротив. — А материально ваша благодарность как-то будет выражаться?

— Что бы вы хотели? — поддержал он игру в светских людей.

— Загибайте пальцы: моя свобода…

— Не обсуждается! — отрезал он. — Ваш отец — настоящая акула. Расторжения брака он мне не простит.

— А если я помогу его убедить?

— Всё равно. В среде аристократов развод — это позор. Моя репутация не должна пострадать.

— Поверьте, она пострадает куда сильнее, если мы не договоримся.

— Просите, чего угодно, кроме этого.

— Ну хорошо. Мне необходимы свободные средства. Эта форма уже пришла в негодность, а другую мне не дадут, об этом сразу предупредили. У меня нет элементарных бытовых мелочей и взять их в вашей драгоценной академии негде. Здесь даже поесть негде, если пропустил завтрак или обед. Требую возможности выбираться в город.

— Не могу дать такого разрешения, это повлечёт за собой массу вопросов. Впрочем… на правах моей жены вы будете вольны в своих передвижениях и не стеснены в средствах.

— Идите в баню, милорд. Не собираюсь я быть вашей женой. Вы достаточно моих денег прикарманили, имейте совесть, дайте мне достойное содержание.

— Хорошо, сколько вам нужно?

— Сотня золотых.

— В год?

— В неделю, милорд. И это на самые скромные расходы. А сверх того…

— Умерьте аппетит, моя леди. Ваш отец был не настолько щедр, чтобы транжирить приданое такими темпами.

— Вы скупердяй, милорд. Обеспечивать мои траты — ваша обязанность как мужа.

— Вы только что отказались быть моей женой в самой категоричной форме. О чём говорить при этом? Хотите быть студенткой? Извольте учиться и соблюдать правила поведения. Вот такое, — указал он на учинённый мной разгром, — сурово карается. С завтрашнего дня отработку будете проходить персонально со мной. Далее, по питанию. Столовая открыта с восьми утра до восьми вечера. Обедайте в свободное от обязательных занятий время. Мантию постираете и зашьёте. Необходимые для жизни мелочи привезут родственники в день посещения.

Я громко скрежетнула зубами.

— Что? Не расслышал. Всё же согласны быть женой? В таком случае у меня для вас новости: супружеские обязанности подразумевают обоюдное исполнение. Нет, если вы настаиваете, то сейчас и приступим. А после и о содержании поговорим.

— Мало я вам одну пощёчину залепила, — вскочила я и побежала к выходу.

— Ну куда вы? Спальня там, — издевательски напомнил милорд, поднимаясь вслед за мной.

Ещё одно слово, и быть пожару.

— Диана, постойте, — позвал он. — Готов заплатить, если снимете с меня своё проклятие. Это ваших рук дело, я знаю.

— Что? Какое ещё проклятие? — остановилась я у самых дверей.

— Вот уже несколько часов кряду у меня не получается ни одно нормальное заклинание. Очень неудобно с этим жить.

Я согнулась пополам от хохота. Да! Сработало!

— Сколько заплатите?

— Вот, — протянул он мне кошель. — Здесь что-то около десяти золотых. Все мои свободные средства на настоящий момент.

Милорд потряс мешочком, и я протянула за ним руку, готовая отдёрнуть её в любой момент.

— Сначала снимите проклятие, — придержал он кошель и мою руку вместе с ним.

— Сами сказали, надо поесть. Нет у меня сил на обратное заклинание.

— Я распоряжусь, сейчас принесут обед.

— Ко мне в комнату. Обойдусь без вашей компании.

— Ну… хорошо. Но не вздумайте меня обманывать.

— Я ведь не некоторые. Сказала — значит сделаю.

Заполучив наконец серебро, я с достоинством покинула кабинет. Под удивлённым взглядом секретаря пересекла приёмную. А оказавшись снаружи, припустила к себе, прижимая добычу к груди. Денежки! Я уже соскучилась по звону монет.