Глава 23

Натягивая купальник, рычала себе под нос всякие гадости в адрес кобелины. Чувствую, совместное купание добром не кончится. Главное - не утопить клиента, а руки чешутся, прямо зудят со страшной силой.

Перед выходом из раздевалки в бассейн, медленно вдохнула и также выдохнула.

— Спокойствие и только спокойствие, — вслух процитировала я неунывающего Карлсона и толкнула дверь.

Лев Николаевич весело подпрыгивал и отгонял от себя ладонями воду. Мерзкий самонадеянный тип. У него, между прочим, жена хоть и с причудами, но красавица.

— Вероника, что же вы так долго? — раздался неприятный голос Льва Николаевича, и я отметила, что кроме нас с ним в бассейне, как назло, ни души. Дежурный инструктор не в счёт, он сотрудник клуба и в случае конфликта вмешается, только если я клиента дубасить начну. А если клиент меня за попу щипать удумает, отвернётся в сторону и сделает вид, что ничего не заметил. — Спускайтесь, — приказал Лев Николаевич, когда я замерла на лестнице в чашу.

— Сейчас ноги к воде привыкнут, — оправдалась я.

— Какие ноги, вы едва пальчики замочили. Я вам помогу, — туша с голодными глазами хоть и медленно, зато верно подгребала всё ближе и ближе.

— Как насчёт прыжков? — сообразила я, как избежать телесного контакта хотя бы на ближайшее время, и ловко переместилась на стартовую тумбу. Прыгну в воду и выплыву уже на другой стороне бассейна, а там, глядишь, опять как-нибудь выкручусь. — Внимательно следите за моими движениями, — сказала я, чуть присела и вытянула руки вперёд.

— Вероника, не занимайтесь ерундой! Прыжки меня абсолютно не интересуют. На прошлом занятии вы обещали научить меня лежать на воде. Спускайтесь в чашу и подстраховывайте, чтобы я воды не нахлебался! — раздражённо выкрикнул Лев Николаевич. Если не послушаюсь, точно пожалуется на неисполнительного инструктора.

Как на казнь, нырнула в чашу и подплыла уже к подобревшему мужчине.

— Лежать на воде – дело нехитрое, главное - не бояться и расслабиться. У многих людей это умение врождённое, — пояснила я и попросила мужчину: — Откиньтесь на спину, вы легче воды, если что, я вас удержу на плаву.

— Слушаюсь, — пропел Лев Николаевич и, как бы на всякий случай одной рукой держась за мою талию, подстраховывает сам себя.

— Уже хорошо, — похвалила я клиента, а этот гад опустил руку ниже и нагло облапал мою филейную часть.

— Не то слово хорошо, — прокомментировал свои ощущения кобель и так сильно сжал попу, что я взвизгнула и отскочила в сторону.

— Да что вы себе позволяете, разве я вам повод давала? — возмутилась я.

— А что я такого особенного сделал? Погладил и всё, — встав на ноги, пожал мужик плечами.

— Напомню вам, Лев Николаевич, я не только ваш инструктор, но и вашей жены. Знаете ли, мы, девочки, страсть как любим поговорить о том, о сём, — намекнула я, что сдам его супруге с потрохами, если не прекратит приставать.

— Леночка моя - умница вас и заприметила. Мы с ней вчера перед сном как раз вас обсуждали, и как вы нам подходите, — огорошил Лев Николаевич. Мне что, в уши вода затекла? Да вроде нет. — Мы, несмотря на возраст, вполне современная пара. Любим разнообразие. Эксперименты. Вы бы так чудесно скрасили нашу интимную жизнь. Только ничего плохого не подумайте, мы люди приличные не обидим и не обделим, — мужчина, намекая на денежное вознаграждение, потер пальцы друг об друга.

Мой предатель мозг мгновенно сгенерировал мерзопакостную картину. Лев Николаевич и его супруга обрядились во всё обтягивающее и чёрное, загнали меня в тёмный угол и как два паука - один худой, а другой сильно жирный, надвигаются. Я прижалась к стене, отступать некуда, готовлюсь к атаке и истошно кричу: «Живой не дамся!». Тогда тот паук, что побольше, достает удавку и машет ею, показывая, что для них это не проблема.

Помотала головой из стороны в сторону и наваждение рассеялось.

— Лев Николаевич, вы в своём уме, что несете, слышите? В мире нет такой суммы, которая бы заставила меня участвовать в разврате, — выплюнула я. — Давайте просто сделаем вид, что вы мне ничего не говорили. Со своей стороны обещаю не обижаться, а вы больше никогда мне даже не намекнёте на интим.

— Какой разврат?! Вам сколько лет? Рассуждаете как старая бабка, — поморщился мужчина и, оттолкнувшись ступнями от дна, оказался рядом. — Когда, если не в вашем возрасте, пробовать новые чувственные ощущения, а? — пока я приходила в себя от наглости Льва Николаевича, он времени зря не терял и как спрут облепил своими загребущими ручищами. — Клянусь, вам понравится. Идите сюда.

— Отойдите от меня! — трясясь от брезгливости, заверещала я во всё горло, толкнула мужчину в грудь и дала дёру из чаши.

— Ну, можно и в догонялки поиграть, в этом есть даже что-то пикантное, — сладко пропел Лев Николаевич и уж очень ловко для своей комплекции пустился в погоню.

Мужчина был гораздо проворней, чем казался. На лестнице из чаши он меня настиг, поймал за лодыжку, а когда потянул обратно в чашу, я только и успела ахнуть что-то нечленораздельное и, в кровь разбивая колени об края бортика, повалилась на пол.

— Поранились? — послышались псевдо заботливые нотки позади. Стиснула зубы и, превозмогая боль, поползла на четвереньках. Главное - добраться до женской раздевалки, туда он не осмелится войти. — Ну куда же вы? У вас кровь течёт.

— Если руки не уберёте, то она и у вас потечёт, — на полном серьёзе заявила я, когда Лев Николаевич опять сцапал мою израненную тушку в охапку и, подняв на ноги, крепко прижал к своему телу, вернее, животу.

— Все вы так поначалу говорите, а потом, когда пригре-е-е… Какого чёрта! — заорал Лев Николаевич и, вскинув руки вверх, с изумлением и недоумение на лице полетел в сторону. Как приземлился мужчина - не видела, потеряв опору, снова завалилась и, что самое неприятное, опять на ушибленные колени.

— И что вас горизонтальное положение так не любит, — услышала я голос Койдана над ухом, и инстинктивно в поисках защиты, не видя самого Ярослава, уцепилась за его шею, как утопающий за круг.

— Пожалуйста, не уходите, не оставляйте меня здесь с этим невменяемым типом одну, — жалобно простонала я, хотя отчётливо понимала - так крепко держусь за Койдана, что он уйдет только вместе со мной на горбушке.

— Вероника, правильно я тогда вас назвал ходячей катастрофой. Вы неприятности специально как-то притягиваете или это случайно получается? — бросил Ярослав, и его сильные руки с легкостью оторвали меня от холодной плитки, перенесли на лавочку и усадили.

— И кто это у нас такой борзый?! — очухался Лев Николаевич.

— Быстро в себя пришёл, крепкий, а на вид и не скажешь, — поразмышлял Ярослав вслух и развернулся к распластанному и крайне злому мужчине на полу.

— Доброе утро, Лев Николаевич, у вас ко мне какие-то претензии? — обманчиво вежливо поинтересовался Ярослав и сжал кулаки.

— Да вы что, Ярослав Павлович, никаких претензий нет, я вас просто со спины не узнал. Лежу и гадаю, кто же так надо мой подшутил, — кряхтя и постанывая, поднял свою громадную тушу, надеюсь, уже бывший клиент. — А вы что, с Вероникой тоже знакомы, да? Хорошая девушка, мы тут с ней… — Лев Николаевич замялся, подбирая слова, — в общем, играли…

— Да я видел. Лев Николаевич, далеко не убегайте, мне с вами поговорить не мешало бы, — сказал Койдан, и на лице толстяка отразился ужас.

— Зачем? Я так страшно тороплюсь. Перенесём на следующий раз, — вжав голову в плечи, решил отделаться от Ярослава, как выяснилось, трусливый мужик и, семеня ляжками, рванул к раздевалке.

— Стоять! — рыкнул Ярослав ему вдогонку. Лев Николаевич затормозил и с опаской обернулся. — Может, не надо? Я и так всё понял.

Койдан так улыбнулся, что даже у меня кровь в венах перестала циркулировать, а Лев Николаевич и вовсе впал в немую панику: сначала побледнел, потом покрылся ярко-красными пятнами, как далматинец, и обреченно повесил голову.

— Вероника, никуда не уходите, через пару минут вернусь, займёмся вашими ранами, — приказал Ярослав, спокойной уверенной походкой догнал несостоявшегося героя–любовника, ухватил его за шею и в согнутом виде мужчину увел.

— Ты как… — показался из-за угла дежурный инструктор, — … в порядке?

Ответила парню жестом, в котором главную роль играл средний палец.

— Справедливо, — ничуть не оскорбился инструктор. — Ты зла на меня не держи, так все бы поступили, окажись они на моём месте.

В мужской раздевалке что-то грохнуло, потом ещё раз, но уже гораздо громче. Коллега сначала посмотрел на дверь, откуда теперь уже доносились истошные стоны, потом перевёл взгляд на меня и махнул рукой.

— Побежали подальше отсюда, а то и нам ещё достанется. Пусть с ними охрана клуба разбирается.

Отрицательно помотала головой, парень покрутил у виска и растворился, словно его и не было. Потом обязательно выясню, как он это делает, ходы, что ли, какие знает.

Сижу, потираю колени, болят жутко. В раздевалке вроде всё стихло, а Койдана нет. Без проблем бы ссадину сама обработала, не в первой, опыт имеется, но нет, я послушная, мне сказали ждать, и я жду.

Ярослав появился только через минут пять, зато с аптечкой в руках. Он присел на корточки возле меня, достал вату, бинт, перекись и с серьёзным, даже хмурым выражением лица принялся обтирать ваткой поврежденные колени.

— У вас из-за меня, вернее, из-за драки проблемы не возникнут? — спросила я и тут же зашипела, кожу от лечения зажгло.

— Нет, — поднял на меня мужчина глаза, — а что, вы за меня переживаете?

— Не за вас, а за себя, — честно призналась я, — если вам достанется, то мне - тем более.

— А-а-а, — усмехнулся Ярослав. — Что это быдло от вас хотело?

— А что тут непонятного? С женой и с ним приглашал порезвиться, деньги обещал. Козёл, — не удержалась от оскорблений.

— Что же вы растерялись? Подзаработали бы, не пришлось бы впредь у членов клуба работу выпрашивать, — с каменным лицом произнёс Койдан.

— Да пошли вы знаете куда! — одернула ногу, оттолкнулась от лавочки и поковыляла подальше от взбесившего меня хозяина жизни.

Далеко я не ушла, меня быстро, одним рывком, вернули на место.

— Надо запомнить - у вас, Вероника, отсутствует чувство юмора. Пошутил я, нечего на меня так смотреть, — чуть приподняв уголки губ, высказался Ярослав и забросил мои ноги на лавку, чтобы было удобней их мазать какой-то дрянью.

— Шутка – это когда смешно обоим, а когда один смеется, а другой обижается — это издевательство, — с нравоучительным тоном произнесла я и демонстративно отвернула голову от мужчины.

— Запомню,— Ярослав аккуратно убрал разложенные вещи обратно в аптечку, вложил её мне в руки и велел потом занести местной медсестре, затем молча пошёл тренироваться.

Вот те раз. Пообщались, называется. Сам спас, сам бросил.

И так не собиралась никуда уходить, наш с Койданом диалог ещё не закончен, но когда мужчина встал на стартовую тумбу и приготовился к прыжку, я замерла. Настолько правильной позиции и нужного угла давно не наблюдала. А когда Ярослав плавным и в то же время сильным рывком погрузился в чашу, я, не смотря на ушибленные колени, встала и наблюдаю.

Тело Койдана волной скользит под водой, а когда мужчина проплыл две третьи бассейна, на поверхности показались плечи, спина и руки, которые отточенными, идеальными движениями загребали воду. Я аж рот раскрыла и, честно сказать, позавидовала. Нет, моя техника хороша и даже очень, но техника Ярослава безупречна.

Погоревав над собственным несовершенством, дохромала до бортика и жду, когда вернётся Ярослав. То, что я собираюсь ему сказать - просто кощунство, но на войне как на войне, все средства хороши.