Глава 7

Ярослав

Или кругом одни шарлатаны, не умеющие работать и незнающие дело, которым занимаются, или Ника не врёт. Все специалисты, что осматривали Одинцову, хором твердят - амнезия настоящая с вероятностью 90 процентов. А куда девать оставшийся десяток сомнений? Она и так меня один раз ох как круто облапошила, сначала очаровала, а потом развела.

Снова включил запись Вероникиного сеанса, уже со счёта сбился, сколько раз я её прослушивал, как минимум шесть, а рука стереть не поднимается. Маньяк я слуховой. И так понимаю, останавливаться не собираюсь.

Навострил ухо, если не ошибаюсь, Ника вышла из спальни. Ага, наверное на кухню пойдёт, ужинать-то она отказалась, а голод не тётка.

Мне, кстати, тоже на кухню не помешает наведаться, в горле пересохло, страсть, как пить хочется.

Подождал минуты три и спустился на первый этаж. Нику застал возле раскрытого холодильника, она набирала еду.

— И мне что-нибудь прихвати, — хохотнул я. Ника всем телом вздрогнула и от испуга уронила на пол кусок буженины и сыр.

— Ой, я думала, все уже спят, — приложив руку к груди, выдохнула Одинцова.

— Вижу, поэтому в одной майке и труселях по дому разгуливаешь?

Я, конечно, немного преувеличил, скорей в шортах, но очень коротких.

— Это пижама, — оглядев себя, надула девушка губки.

— Согласен, но её верх надет на голое тело. Прости, но соски просвечивают. И сей факт меня бы порадовал, не разрешай я работниками при необходимости и во время ночных смен перекусывать на кухне.

Пока Ника растеряно хлопала ресницами, я подошёл к ней с целью приласкать, но она выдала что-то в своё оправдание и рванула на выход.

— Не так быстро, — ухватив Нику за талию, поймал я её и тесно прижал к груди. — Я соскучился, — прошептал ей на ухо и прикусил девичью мочку. — Не убегай.

Вероника

Мужчина так близко, его бархатный голос с хрипотцой завораживает, слова приятно греют душу. Раствориться бы в ощущениях, забыться, но нет, не могу. Меня не покидает стойкое чувство, что я в руках хоть и желанного, но незнакомца.

— Нет, — тихо и неуверенно шепчу я в ответ, а сама задыхаюсь от томительных поглаживаний. — Пожалуйста, не надо.

Койдан словно меня не слышит, более того, его прикосновения становятся смелей. И вот уже одна мужская рука забралась мод мою майку и вовсю там хозяйничает, а вторая бесстыже мнет попу.

Понимаю, Ярослав распаляется с каждой секундой всё жарче, и если я его не остановлю, мы перейдём грань платонических отношений прямо здесь и сейчас.

— Яр, — запрокинув от удовольствия голову назад, простонала я. — Ты же сам говорил, на кухне могут появиться посторонние.

Вместо того, чтобы отпустить, Койдан закрыл мне рот жадным горячим поцелуем, подхватил на руки, донёс до стола и усадил. Мужчина навалился всем весом, и вот я лежу, обхватив его талию ногами, и страстно отвечаю на ласки. Ярослав чуть отстранился и ловко стянул с меня шорты, меня как из ведра холодной водой окатило.

— Нет, — округлила я глаза. — Я не готова.

— А мне так не кажется, — каким-то обезумевшим тоном ответил Койдан и, опять устроившись у меня между ног, потянул мой топ вверх.

— Прекрати, Яр, не разочаровывай! — выкрикнула я и с силой толкнула мужчину в грудь.

— Ты понимаешь, что со мной делаешь? — тяжело дыша, процедил Койдан, но хватку ослабил, потом и вовсе убрал от меня руки. — Ника, иди к себе в комнату.

— Яр, — погладила ладонью мужчину по щеке, но он, чтобы избежать дальнейшей ласки, резко дернул головой.

— Иди к себе, Ника! — рыкнул он на всю кухню. Оттолкнулась от столешницы и, нащупав ступнями твердую поверхность, что есть мочи от греха подальше побежала на выход.

Всё понимаю, у Ярослава есть естественные мужские потребности, но если он ещё раз потеряет голову, соберу вещи и уеду.

Ярослав

«Сука, — от раздираемой злости на самого себя смёл я со стола кипу бумаг. — Какой же я идиот, что опять вляпался по самое не хочу в это дерьмо. Ника снова забралась мне под кожу».

— О-о-о, — присвистнул только что вошедший в мой кабинет Стас. — Кто-то опять не в духе.

— Иди ты, — послал я куда подальше своего заместителя.

— Дай, угадаю, — Стас остановился и, подняв вверх палец, наигранно задумался, а потом выдал.— Ника! Только эта птичка может вывести тебя из равновесия и заставить швырять вещи.

Лютев, подобрав с пола разбросанные документы, демонстративно положил их передо мной на стол и вальяжно расположился в кресле напротив. — Ну давай, мои уши, — Стас глянул на наручные часы и оповестил, — в полном твоём распоряжении на целых сорок минут. Начинай скулить.

— Пошёл вон! — рявкнул я, и друг расплылся в довольной улыбке.

— Так-то лучше, какого… ты раскис, и почему встречу с ТрансКред… короче, не вышепчешь их наименование, пропустил? Год, между прочим, их окучивали, и когда всё на мази, сделка лежит на блюдечке с голубой каёмочкой. Ты просто забил?!

— Не забил, а вовремя остановился. На, посмотри, — вынул из верхнего ящика стола папку с полным досье на потенциального партнера и сунул её Стасу. — Твой ТрансКредСтрой в полной попе. Это у них на бумаге всё красиво и замечательно, но как говорится, на заборе тоже много чего написано, а вот их реальное положение дел и цифры далеко не радужные. Они идут на дно и нас за собой потянут.

Друг внимательно пробежался по отчёту, смачно матюгнулся и высказался:

— Всё-таки у тебя чуйка. Не зря ты с самого начала на них бочку катил. Жаль на баб этот эффект не распространяется. Тогда бы ты эту тварь и на километр к себе не подпустил.

— За языком следи, — оскалился я. Сколько раз мысленно и вслух сам Нику так называл, но другим оскорблять её не позволю, это моя прерогатива и только моя.

— Ой, ну простите, как я посмел в неуважительном тоне отзываться о будущей госпоже Койдан, — с иронией в голосе пропел Стас, а потом его лицо приобрело серьёзный вид. — Ярослав, я сейчас на правах друга заявляю. Включай мозги и гони ты эту, — Лютев не осмелился ещё раз обозвать Веронику и проглотил ругательное слово, — куда подальше. Помнишь, как ты рвал и метал? Обещаниями сыпал, что кожу с воровки живьём сдерёшь. А в итоге? Ника у тебя в доме живёт на правах хозяйки, носишься с ней как с принцессой. Зараза смазливая.

— А что мне остается? — стукнул я по столу кулаком и так резко встал, что кресло к стене откатилось.— Думаешь, меня устраивает такое положение дел? Но у Ники флешка с конфиденциальной информацией. Представляешь, какие проблемы возникнут, если её обнародуют?

— Остаётся твою красавицу на минут пятнадцать в нужные руки передать, она мигом взахлёб запоет и кто её нанял, и где флешка, — Стас, как и я, поднялся с кресла и буравит меня взглядом. — Дай отмашку, и я всё устрою.

— Пока существует хоть малейший шанс, что Ника потеряла память - нет, — решительно отказался я, и друг скривился.

— Две недели назад ты был уверен, что она симулирует. Сейчас сомневаешься. Пройдет месяц, и ты, как пить дать, свято уверуешь во всё, чтобы она не сказала.

— Это не твоего ума дело, не лезь, куда не просят, — заявил я Стасу и тот, сбавив обороты, обратно присел.

— Конечно не моего ума дело, но и не твоего, за тебя товарищ в штанах всё решает. Выгуляй его уже, — разряжая накалившуюся обстановку, пошутил Лютев. — Прошвырнёмся вечером, развлечёмся? Я тут недавно с такой мадмуазель познакомился, хочешь, она подругу позовёт?

— Стас, ты неисправим. Кобелина ходячая, ты же ещё развод с третьей женой не оформил, четвертую присматриваешь, — хохотнул я.

— Ну уж нет. Хватит. Больше я в ЗАГС не ногой. Так что на счёт вечера?

— Пожалуй, откажусь, — протянул я, и друг невесело усмехнулся.

— Одинцова — точно ведьма. Вот бы одной из моих бывших её секрет разузнать, дети бы при отце росли. Ладно, передавай своей красавице привет и пламенный поцелуй от дяди Стаса в какое-нибудь пикантное место.

— У тебя зубы лишние? — потирая кулак, пригрозил я.

— А ведь мы из-за неё уже чистили друг другу морды. Дважды. Что, дружище, бог троицу любит? — Стас подскочил на ноги и сгруппировался в боксерскую стойку. — В следующий раз я тебя точно в нокаут отправлю.

— Да-да. Ты это обещание с детства талдычишь, всё никак выполнить не можешь. Слушай, топай уже, надоел.

— Уйду. Только ответь, ты когда зайку мою вернёшь? Грустно без неё. Грымза, что ты мне подсунул вместо Леночки в помощники, страшно бесит, глазу упасть не на что, очки на всё лицо и голос противный, скрипучий.

— Да хоть сейчас забирай, — небрежно махнул я рукой. — И вообще, ты зачем её расхваливал, она же кроме как кофе варить ничего не умеет. Зачем такой работник нужен?

— А зачем тебе на стене вон тот меч? Для эстетики. Вот и Леночка для того же. Зая! — во всё горло завопил Лютев. — Собирай вещи, папа тебя домой забирает.

Стас толкнул дверь и сквозь образовавшуюся щель видно, как Елена прихватила манатки и радостно прыгает от счастья. Всё, каторга на злого босса закончилась, да здравствует вольготная жизнь.

Вспомнить всех моих секретарей, а их было предостаточно, никто и близко с Никой не стоял: тихая, спокойная, исполнительная, наперёд все ходы просчитывала, с людьми общий язык умела легко находить, она бы, если шпионажем не занималась, отличную карьеру бы сделала. Я ей повышение чисто из эгоистических целей не предлагал, не хотел из поля зрения выпускать.

Как и заведено, когда я зашёл в дом и привычным движением кинул ключи от машины в вазу на столике, у входа меня встречала Маргарита Степановна.

— Ярослав Павлович, в котором часу ужин подавать?

— У Ники поинтересуйтесь, я как она.

— Вероника уже поужинала, — сообщила домработница и недовольно добавила. — И не одна, а в компании.

— С кем это?! — рявкнул я. Если парня из охраны в здание фирмы не перевели, за нерасторопность головы полетят.

— С поварихой и девушкой, что комнаты убирает, — ответила Маргарита и на сердце отлегло. — А ещё она в дом щенка принесла, сказала, что вы ей его подарили, чувствуете, — острый нос домработницы зашевелился, — повсюду уже псиной пахнет.

— Маргарита, вам кажется, ничем не пахнет, — устало бросил я и уже наступил на первую ступень лестницы, но женщина меня притормозила.

— Ярослав Павлович, я редко вас о чем-то прошу, но сейчас вынуждена. Поговорите с Вероникой, подпуская близко обслуживающий персонал, она вредит не только порядку в доме, но и им самим. Каждый должен знать свое место. Я много лет взращивала в этом доме атмосферу порядка и беспрекословного подчинения, а после совместного ужина горничная, между прочим, впервые за пять лет работы без единого больничного и прогула, попросилась пораньше уйти. Вероника похлопотала за нее, и мне ничего не оставалось, как отпустить.

— Марго, ничего страшного, если кто-то из сотрудников в коем веке отлучился. Не драматизируйте.

— Сегодня, когда я пришла за корзиной с грязным бельем, ваша девушка заявила, что ей будет неудобно, если её вещи стирать будет не она и спросила, где у нас прачечная, потом она лично убралась у себя в спальне, а сейчас она на кухне помогает чистить картофель.

Вот как, интересно, поменял я направление и двинул на кухню.

По мере приближения к цели все отчетливей доносился запах свежей выпечки, и громче звучали голоса, которые пели красивый старый романс. Чтобы не спугнуть певуний, немного поднявшись на цыпочки, бесшумно подкрался к двери и, облокотившись о косяк, наслаждаюсь картиной. Ника с розового цвета косынкой на голове тянула вместе с тучной Ниной Николаевной высокую ноту, при этом повар катала на столе тесто, а Ника накладывала в готовые кружки малиновое варенье и лепила пирожки. Перепачканная в муке девушка смотрелась мега мило и трогательно, особенно, когда запястьем протирала лоб, припудривая лицо белой «пылью» ещё сильней.