Глава 48

Утро следующего дня выдается пасмурным. Внутреннее напряжение у нас троих зашкаливает, и, видимо, природа решила быть с нами солидарна.

Сегодня день «Х» и никто не знает, какими мы будем к вечеру.

Ксары, конечно, будут собой, а вот я под большим вопросом. Хотя все, что мне грозит, это остаться в том же состоянии, что и сейчас, а если Клеокс сработает, значит, я верну себе минимум прошедший год.

Смотрю на своих мужчин и понимаю, что сейчас уже не особо-то и важно, получится ли все вспомнить или нет. Мое подсознание, мое поле безумно тянется к ним, принимает как своих самцов, и этого достаточно. А то время, что я провела с нарийцами после пробуждения, позволило и разуму осознать, что они МОИ.

Завтракаем, разговариваем мало, каждый в своих мыслях и переживаниях. Наши поля настроены друг на друга, поэтому все и так понятно без слов.

Вчерашний день в разговорах не затрагиваем, Кайлу не вспоминаем, все эти вопросы будут подниматься потом, потому что, как бы там ни было, но я не знаю, как вести себя, если она действительно беременная от Ксаров.

Арст и Эл по очереди то обнимают меня, то подходят и целуют. Темный нариец так проникновенно и ободряюще заглядывает в глаза, что мир вокруг перестает существовать, а светлый — улыбается, гладит пальцем по щеке, щелкает по носу, чтобы не кисла, и так радостно на душе становится, так хорошо.

Но время идет, и мы вылетаем в «ТехноГен».

Было принято решение, процедуру проводить на территории исследовательского центра под наблюдением спецов: от медперсонала до программистов.

— Это я, получается, у вас как подопытная? Клеокс впервые будут тестировать на живом существе? — вдруг осеняет меня мысль.

— Нет, малышка, мы бы тебя такому риску не подвергли, — качает головой Эл.

— Клеокс протестирован, результаты на девяносто девять и девять процентов отвечают запросу, но твой случай стоИт отдельно от собранной статистики, — как всегда, по-деловому комментирует Арст. — Я покажу тебе все на месте. Но ты все равно не волнуйся. Все под контролем. Самое худшее, что может произойти — это то, что ничего не сработает.

— Поэтому вы позвали для меня медиков? — улыбаюсь я хмурому Арсту, пытаясь его немного поддеть.

— Нет, это плацебо, — уголок губ темного нарийца все-таки дергается. — Они там, скорее, для моего спокойствия.

Арст управляет каром, но я все равно не выдерживаю, обнимаю его со спины за шею и благодарно и громко целую в щеку. А в ответ получаю полный неподдельной любви и заботы взгляд в зеркале заднего вида.

В исследовательском корпусе нас уже ждут, и когда мы приходим, меня сразу забирают у моих нарийцев.

Мне не комфортно без них. Почему они сами не подготовят меня для процедуры или хотя бы просто не будут рядом.

Ощущение, что огромный пласт души отобрали и увезли.

Не хочу испытывать эти неуютные ощущения, поэтому позволяю себе немного покапризничать.

— Почему тэи Ксары не могут сами подготовить меня?

Девушка, которая увела меня в соседнее помещение, чтобы я переоделась, с удивлением оглядывается.

— Они боссы, и это моя работа.

— Понятно. А можно позвать их? Они не разозлятся, если сделают немного вашей работы. Обещаю.

— Простите, тэя Юни, но это противоречит протоколам.

Внутри начинает уже потряхивать. Все-таки я должна признать, что чертовски нервничаю, и только мои Ксары могут меня успокоить.

Внезапно дверь резко распахивается и в помещение быстрым шагом входят Эл и Арст.

— Санита, в чем дело? — строго спрашивает Арст и смотрит то на меня, то на девушку.

— Простите? — не понимает его сотрудница, а я не могу сдержать улыбку: они почувствовали мою нервозность.

— Малышка? — вопросительно смотрит Эл.

— Все хорошо. А можно, вы просто останетесь рядом, — прошу я своих нарийцев, и они все понимают.

— Санита, иди помоги с креокамерой, — приказывает Арст, а Эл притягивает меня к себе и целует в макушку.

— Ну, чего ты? — шепчет светлый.

— Ты знаешь.

— Знаю. Ладно, давай приступим. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.

Киваю, выбираюсь из его объятий, беру ладонь Арста, прижимаю ее к своей щеке и наслаждаюсь родным теплом.

— Вы тоже нервничаете, — смотрю темному в глаза, но он лишь сдержанно улыбается. — Я просто хочу, чтобы вы знали. Сработает ваша разработка или нет, вспомню ли я потерянное время или останусь прежней, я все равно ваша. Я больше не смогу без вас и с каждый днем все сильнее привязываюсь, — не убираю руку Арста, но перевожу взгляд на Эла. — Я люблю вас.

— А ты наша жизнь, Юни, — нежно шепчет Арст и целует в губы. — Но ты все вспомнишь. Иначе мы не Ксары, владельцы самой инновационной корпорации на Нарион.

Отхожу к полке с накидками, разворачиваю аккуратно сложенный тонкий халатик и принимаюсь снимать с себя комбинезон.

Я помню, что в раствор нужно ложиться обнаженной, поэтому вопросов у меня не возникает.

Стягиваю одежду и складываю на полке, на мне остаются только трусики, собираюсь их снять, но понимаю, что что-то не так.

Оборачиваюсь и наталкиваюсь на две пары пылающих желанием глаз. Упс!

Как же естественно мне рядом с ними, что я даже не подумала о возможной реакции на мое тело.

Настроение улучшается, переживания и страхи проходят, я закусываю нижнюю губу, натягиваю на лицо невинную, чуть игровую маску и как ни в чем не бывало, медленно снимаю трусики.

Взгляды нарийцев следуют за моими движениями, кадыки нервно дергаются, а я наклоняюсь, подхватываю белье и тоже кладу на полку.

— Играешь с огнем, малышка, — шипит Элион.

— И что вы сейчас чувствуете? — стараюсь не улыбаться, но выходит плохо.

— Острое желание взять тебя, — цедит Арстрон. — Мы же не железные.

Беру халатик и надеваю на тело.

— Это хорошо, — все же срываюсь и хихикаю. — Главное, что больше не волнуетесь за меня, а остальное успеется.

— Хитрая бестия, — Эл легко хлопает меня по ягодицам, и мы возвращаемся в главный исцеляющий блок.

Среди прочих прозрачных креокамер стоит одна для меня, наполненная на треть густой, розовой жидкостью с переливами.

Арст берет меня за руку и подводит ближе.

— Это специальный раствор с плотной молекулярной формулой. Дело в том, что Клеокс — это инъекция, и ее вводят в организм в конкретное место, которое нужно восстановить или присоединить. Но в волосы наноботов не введешь, просто некуда вколоть. Так как любой раствор является проводником восстановительных импульсов, то Клеокс было решено ввести в твой организм с помощью него. Густая масса не позволит инъекции раствориться в жидкости, а запущенные заряды проведут Клеокс в волосы с двух концов. То есть, ты ляжешь в раствор, рядом с твоими волосами мы погрузим те, что были отсечены, введем между ними наноботов, раствор, в свою очередь локализует их в одном месте и позволит Клеоксу выполнить задачу, прописанную в программный код. Понятно?

— В целом да, — киваю.

Элион разворачивается к присутствующим и кивает на дверь.

— Всем пока спасибо. Все вышли. Дальше мы сами. Тэя Линкс, вы женщина и врач, останьтесь, пожалуйста.

Спецы выходят, а нарийка в белой форме остается сидеть в стороне. Я помню ее из видеоряда Герды. Она осматривала меня после нападения в Гроте и неплохо тогда меня засмущала.

Арстрон кладет руки на мои хрупкие плечи и мягко избавляет от халата.

— Ложись в раствор, Юни. Не бойся. Мы рядом.

Выполняю просьбу. При поддержке нарийца забираюсь в креокамеру и погружаюсь в розовое желе.

Приятно, тепло, расслабляюще.

— Все хорошо? — спрашивает Арст, подходит ко мне со стороны головы и открывает вакуумный, стеклянный бокс с моим отсеченным жестким диском.

Элион распределяет по телу присоски и датчики, садится за вертикальную сенсорную панель управления креокамерой, рядом на столике раскрывает металлический кейс, внутри которого находится не только шприц с инъекцией, но и экран запуска Клеокса, и передает брату их разработку.

Арст погружает в раствор мои волосы, распределяет их в максимальной близи с живыми на голове и, взяв шприц у брата, вводит наноботов в раствор.

— Эл, запускай команды, — дает отмашку Арст и снова смотрит на меня. — Юни… Новые счастливые события. Помнишь? Если что, мы просто их создадим заново.

Я согласно улыбаюсь, закрываю глаза и отключаюсь.