Глава 41 Идиллия Зеленого дома

Глава 41 Идиллия Зеленого дома

Полина

Закипели страсти по Белогорову. Социальный эксперимент Дикмора запущен. Флешмоб «Оставить Андрея в УДЭ» привлекает все больше студентов. Но к концу недели голоса разделились примерно пополам.

Четвертая группа экзотов (Кардария, Гида, Яшнисс, Земля, Мариона), а также часть нийласцев согласны, чтобы наш староста продолжил обучение в Лунном кампусе.

Сиана и Тарсин — голосовали против или нейтрально. В среду я встречалась с Эскаром — лидером сианцев. Его позиция отражает мнение всей элитной группы — студенту, сознательно нарушившему Устав, не место на факультете.

Зигруд пытался склонить на нашу сторону Тейю Таскер, — рыжая ведьма выдвинула условие. Отдаст три голоса за Андрея, если пообещаем скорейшее вступление Оли в Союз невинных.

Я подключила воображение и мысленно отправила тарсианку в далекие дали, куда динозавры мамонтов не гоняли.

Зигруд слишком подробно рассказал мне о ритуале посвящения новичков. Ему завязали глаза, привели в темный холодный дом на болотах, раздели до трусишек и положили на соломенную подстилку. Никакого алтаря, просто сухая трава на полу.

Может, таковы древние традиции тарсиан? Недалеко же Тейя ушла от манипуляций бабки-знахарки в любой деревне при земном царе Горохе.

— Помню глубокий горьковатый аромат тлеющей смолы, — вспоминал Зигруд. — Фигуры в широкой одежде опустились на колени вокруг меня, окуривали дымом, монотонно бубнили про чистоту сердца и ума. Усыпляли. Я слышал тонкий повторяющийся звук натянутых струн, потом моих колен коснулись чьи-то пальцы.

На лоб легла теплая ладонь — мягкая, нежная. И другие руки задели ступни, живот, одновременно — две… три… четыре пары рук.

Дотрагивались до меня и сразу исчезали. Плечи… грудь… бедра… Это было мучительно-приятно.

— Ты сразу же представил Мариону? — вырвалось у меня.

— Сначала я был напряжен и готов к испытаниям, но мне велели расслабить тело, отпустить чувства и раствориться в океане спокойствия. Так просто? Но у меня с трудом получилось. Тейя сказала, предстоит долгий путь. Я всегда был слишком скован. Тейя говорила о незримых цепях и помогала срывать их, давая свободу плоти. Она провела пальцем по моим губам, убирая печать, ослабила удавку на горле…

— Пока ее подружка массировала тебе ступни? По-моему, любой нормальный парень в такой ситуации… гм… не хочу показаться грубой, но ты понял, да?

Он зажмурился, беззвучно смеясь.

— Я не помню, что было дальше. Растворился в океане.

— Любви? — не сдержала иронию.

Зигруд тщательно подбирал слова.

— Сомневаюсь. Ощущал слабость и тошноту. Будто пробежал длительную дистанцию.

— А еще меня называют пиявкой! Они же тянули из тебя силу, — воскликнула я. — Забрали энергию.

— Это не точно, — вздохнул Зигруд. — Может, избавили от пут? Кажется, я похудел за ночь. И непривычная легкость в голове.

— Опыт интересный, я не спорю. А что дальше? Теперь ты верный воин света. Разрешено общаться с нечистыми тварями вроде меня?

— Мы — друзья. Никакие тарсианские ведьмы этого не изменят, — улыбнулся Зигруд.

— Идешь в столовую?

— Пару дней предстоит ограничиваться баланс-коктейлем. Для закрепления результата.

— Собираешься голодать ради тарсианских маньячек? Твой выбор.

— Всего лишь проверка воли, — Зигруд слабо улыбнулся.

— Из тебя бы вышел превосходный солдат, — вслух рассудила я. — Только нужна благородная цель. Спасение Галактики. Защита обездоленных анимов на Сиане.

— Я даже вашему Андрею помочь не могу, — глухо добавил Зигруд. — А ты уверена, что ему нужно остатья? Разве он заплатил не все долги прошлых жизней?

В словах Зигруда есть доля правды. Андрей равнодушно принял новость о голосовании и сказал, что готов к любому исходу. Но мы не теряли надежды.

В день операции на глазах Оля попросила Троя нажать зеленую кнопку. Тот демонстративно выбрал желтую — нейтральное отношение к вопросу.

— Только, чтобы тебя не огорчать. Ваш староста трижды пренебрег законами Временной петли и должен понести наказание. Депортация на родину — это честно.

После врачебной процедуры Оле предстоит несколько дней отдыха и покоя. На глазах темная повязка. Обучение пришлось перевести в аудиоформат. Мы все, конечно, помогаем, готовы с ложечки кормить и развлекать чем угодно.

Бренда привезла из города сладостей на свой вкус — фруктовую пастилу и орешки в разноцветном желе. Виджа заплетает Оле косички и тут же декламирует поэму с отсылками к Гиданским легендам.

Чета улиток через микрофон-усилитель читает Оле «Руслана и Людмилу» наизусть. У некоторых моллюсков превосходная память! К тому же Авдотья — прирожденная актриса. Надо слышать, с какой гордостью она шепелявит фразу красотки Наины: «Герой, я не люблю тебя!»

Мы всей комнатой покатывались от смеха. И даже Оля улыбалась, поворачивая голову на наши голоса, как подсолнушек к свету.

А погода испортилась. Сегодня первый раз выпал снег с дождем, в общаге стало прохладно. Хомурт через Юлю передал Оле вязаные чулочки до колен и теплый платок.

Чулочки подошли по размеру (сестра Сокура вязала их на свою детскую куклу!), а вот платок больше напоминал плащ-палатку. Оля завернулась в него, спряталась от всего мира и сегодня весь день молчит.

— Ты не скрывай, скажи сразу, если станет плохо! — требую я.

— Нет-нет, всё в порядке. Просто непривычная темнота. Будто меня бросили на дно глубокой ямы, а вы все наверху и не можете спустить лестницу.

— Еще немного надо потерпеть. Доктор сказал, в субботу можно снимать повязку.

— Я ведь не жалуюсь. И не надо вокруг меня устраивать суету. Девочки, правда, мне от этого еще больше хочется плакать.

— Доктор запретил мочить глаза лишний раз. Только капли.

— Угу!

И я готова Трою голову оторвать за непрошенные советы. К чему было торопиться? Оля бы сдала первую сессию, отдохнула на каникулах, приняла взвешенное решение. А теперь переживает, что приходится лекции пропускать.

Пушта вызвала меня в коридор. Хлопает глазенками, показывает на двери.

— К вам пришел мальчик с драконом на куртке.

— Мальчик⁈

Сначала я не хотела пускать Троя на порог, думала Оля меня поддержит в борьбе против смазливых тарсиан. Но наше доброе сердечко давно подтаяло на горниле зеленых глаз первого Казановы курса.

— Он же пришел проститься, — сама себя убеждала Оля. — Мы немножко поговорим, ладно? Только не ругайся с ним, как всегда. Мне кажется, он не совсем плохой. Не всегда плохой, а иногда даже ничего.

Сидела на кровати такая маленькая и печальная, что я сжалилась. Пускай поговорят. Я же рядом.

— Привести его сюда в комнату?

— Разве это удобно? — испугалась она. — Ничего не вижу… (шмыгнула носом) Поль, у нас прибрано? Юля, наверно, снова бросила полотенце на кровати, а в прошлый раз забыла обертку от «ежедневки». Поль, может, на кухню? А вдруг там посуда в раковине и пахнет сухариками, которые Пушта жарит по вечерам.

— Мельникова, ты собралась принимать принца? — поразилась я. — Да плевать, что Трой подумает и увидит. Ты собралась с ним встречаться по-настоящему? С поцелуйчиками и все такое? Ка-аш-мар!

— Н-н-не…

— А заикание подхватила от Йорта? Ну, прости-прости! Я сегодня реальная злючка. События выходят из-под контроля и дурное предчувствие.

— Юля сказала, над болотами собираютя тучи. (вздох) И Кирюша беспокойно себя ведет.

— Кстати, куда делся мамонт? Еще утром жевал сено за домом.

— Сокур увел его на пустой огород, там осталась куча ботва. А Трой все еще ждет в прихожей? Я пойду к нему. Ты поможешь?

— Сиди! Укрою пледом твои коленки, чтобы не пялился.

Хотелось застонать вслух. Чары злоткудрого Аполллона куда сильнее, чем я могла предположить. Но сегодня Троя будто подменили. Осунулся, побледнел, и куда делся золотистый загар горнолыжных склонов «Лунного пупка»?

И даже в голосе поубавилось высокомерного зазнайства. Начал с ироничного приветствия.

— Добый вечер, ведьма Полина!

На секунду почувствовала себя в шкуре пожилой матушки, встречающей дерзкого кавалера дочурки.

— Надеюсь, добрый. И учтите, господин Калистиг, если с Олиными глазками в итоге будет что-то не так, я придумаю самое жуткое проклятье на твою милую мордашку.

— За что же? — оскалился он.

— Ты ее подбил на эту авантюру! Не было веских причин.

— Она избавится от колес на носу и начнет видеть мир по-новому.

— Йорт и с очками её обожал! — процедила я. — Но тебе ж надо показать брату свое влияние на Олю! А просто мериться длиной… эм-м… указательных пальцев не пробовали?

— Наши отношения с Йортом тебя не касаются. Дай мне её увидеть.

— Если хоть полусловом обидишь, замурую в стене подвала!

— Сколько экспрессии! — сморщился Трой. — Тебе нужен крепкий парень и регулярный качественный секс.

— А у тебя есть постоянная подружка? — мяч снова на его стороне.

— Нет, — быстро ответил Трой. — Но теперь я знаю, в каком направлении мечтать.

Его выразительная аура в этот миг заиграла такими яркими красками, что я невольно отступила. Сильное чувство. Не ярость, не похоть, а… трудно подобрать правильные слова. Еще не встречала подобное явление. У меня не слишком большой опыт в сфере анализа энергетических спектров живых объектов.

Я молча указала Трою на дверь нашей комнаты.

— Благодарю, — с достоинством произнес он.

И слегка поклонился.

Возможно, Оля права. Тарсианский Аполлон не безнадежен и в хороших руках может… Но тут нужна цельная и уверенная в себе натура. А Оля похожа на медленную полноводную реку, впадающую в Стикс.

Впрочем, все мы впадаем в Стикс. Хватит пустых сантиментов.

Я колебалась несколько секунд, а потом прильнула ухом к двери. Всей кожей представила, как Трой стоит перед Олиной кроватью. И вдруг неистовый перелив беззвучных мелодий. Воздух внутри сгустился и томительно задрожал.

У этих двоих безумная тяга друг к другу. Это не поддается разуму, а скорее на уровне инстинктов, когда притягивает даже слегка уровимый запах другого человека. Манера его голоса, интонация смеха.

Получится у меня испытать подобные чувства? Или я до конца жизни останусь в ледяном панцире одиночества. Не слишком весело, зато абсолютно безопасно. И все-таки нотка зависти противно заныла в сердце.

— Я принес тебе устройство для перевода бумажного текста в систему звуковых сигналов, — сказал Трой.

— Спасибо, — прозвучал приглушенный ответ.

— Нашел у старьевщика в Табаскуре. Модель была популярна сто лет назад на Сиане. Дай руку — вот так держи, чувствуешь? Тут есть лапка для переворачивания страниц — ты же любишь их шорох, также можно выбрать женский или мужкой голос. Детский или пожилой.

Будешь лежать в кроватке и слушать «Космобионику». Скоро Йорт притащит новых книжонок и станет читать вслух, пока тебе нельзя напрягать глаза. Только не говори, что соскучилась по зубриле! И не вздумай хныкать — зрение скоро вернется в полной мере.

— Я знаю, — тихо сказала Оля. — У меня отличное настроение.

— Тогда чего нахохлилась, как мокрый птенец? — раздраженно заметил Трой. — Постараюсь вернуться через неделю и тогда уж примусь за тебя всерьез. Слетаем в горы. Исследуем город. Сколько можно в этой лачуге торчать? Когда у тебя закончится карантин? Попрошу Дикмора выделить комнату в нашем отеле.

— Я не расстанусь с девочками. Если Полину не выпустят за Ржавую стену, то и я здесь останусь.

— Только не говори, что привязана к белобрысой ведьме!

— Мы будем держаться вместе, как одна семья. И не надо говорить гадости про Полину. Она бывает резкой, но в душе очень справедливая. Никогда не предаст. Почему ты все решаешь за меня? Как выглядеть и где жить… Если не веришь в колдовство, я сама схожу к Доре Кабэт. Только нужна фотография. Пришлешь мне на планшет?

— Зачем идти к старой ведьме? — удивился Трой. — Что ты бормочешь, я не понимаю ни слова!

Оля засмеялась. Первый раз за два дня после операции.

— Все девочки нашего курса и не только нашего хотят иметь твою фотографию. Разве ты мне откажешь?

В комнате стало тихо. Я вцепилась в дверную ручку, готовясь моментально ворваться внутрь. Потом послышался скрип Олиной кровати (она встает или он подсаживается к ней?) и низкий голос Троя возбужденно заговорил.

— Неделю тебя не видеть — я же просто рехнусь! И рядом будет крутиться калека беспомощный.

— Ты можешь мне писать… каждый вечер, если не найдется дел интереснее, — увещевала его добрая Оленька.

Трой молчал. Слишком долго молчал. У меня кончилось терпение. А если она снова плачет, а он наслаждается⁈

Я решительно повернула ручку и влетела в комнату.

— Визит окончен.

Оля подняла голову на мой голос, а вот «потомок драконов» остался стоять на коленях возле кровати, пока его голова мирно покоилась на одеяле, прикрывавшем девичьи ножки в вязаных чулочках.

«Хоть бы ради приличия пошевелился, зараза! Полный игнор».

Но меня другой момент зацепил. Несмотря на мой выход, Оля продолжала перебирать пальчиками золотистые кудри тарсианина. (А я-то знаю, какое это блаженство…)

Сцена из античных времен.

Дафнис и Хлоя. Гектор и Андромаха. М-м… Юдифь и Олоферн?

Я не сильна в древней истории, и, в отличие от Андрея, не помню ни одной реинкарнации. К счастью.

— Трой, тебе пора, — выдохнула Оля.

— Да. Сейчас.

Не смущаясь моим присутствием, этот наглец поцеловал каждую Олину ладошку прямо в центр — посередине линии Ума, напрочь лишая способности рассуждать здраво.

Потом элегантно поднялся, и, не отряхивая брюк, невозмутимо прошел мимо меня в коридор.

— С белобрысой ведьмой прощаться не собираешься? — мстительно крикнула я.

— До встречи, Полина! — вежливо поклонился он.

Выходя из общаги, столкнулся с Юлей. Она проводила взглядом его летмобиль, потом обернулась ко мне.

— Что вы сделали с тарсианским мачо? На нем же лица нет. Как Ольга?

— Надо принести ей горячий чай. Бр-р… Ночью будет мороз. Ты сегодня спишь дома или пойдешь туда, где камин и сильные руки? Я не лезу под шкурку, а просто интересуюсь, сколько человек останется к ужину.

Юля поджала губы, свела брови и вдруг рассмеялась, хватая меня за плечи.

— Когда у тебя появится парень, я же тебя приколами изведу. Готовься, Терновская!

— Долго придется ждать. Зимой раки спят даже на Луне.

— Какие раки?

— Которые иногда свистят на горах. Делать им нефиг, понимаешь?

— Что-о? — поразилась Юлька.

— Иди уже в дом, у тебя нос красный.

Мы вернулись в кухню и, пока я хлопотала с травками бабушки Серафимы (подходящий случай!), к нам по стеночке добралась Оля. На удивление бодренькая и румяная.

— Девочки, я такая голодная… можно к вам?

— О-о, чудеса! Проснулся аппетит. Пушта поставила в печку манник, а Питар уже крем взбивает.

— Разве сегодня праздник? — удивляется Оля.

— Первую стипендию нужно вкусно проесть и пропить, — важно изрекла Юлька. — Скоро прикатит Бренда из города. Устроим день рождения живота.

— Бо-оже! — вздыхаю я. — Тебя будто месяц не кормили.

— Питар, постучи по трубе, позови Федю!

— Он сегодня с утра зависает в лаборатории. Я боюсь, скоро сам в гомункула превратится.

— А Виджа дрыхнет под столом? Гиданцы зимой в спячку впадают?

(общий смех и шорох скатерти)

— Я все слышу. Я чищу орехи на украшение тортика. Меня попросила Пушта. Удобнее их колоть на полу. У-ах! (Виджа смачно зевает)

— Меньше надо по ночам бегать за грызунами, — ласково ворчу я.

— Я сегодня спала наверху. То есть, не спала, а сочиняла новую песню. Будете слушать?

У меня на душе тихая радость. Виджа вернулась к творчеству. Юлька больше не дуется. Оля порозовела, улыбается во весь рот. Зяблы щебечут под потолком на своих шкафчиках.

Скоро Фёдор Собакин явится из подвала, оглядит наши довольные физиономии, энергично потрет озябшие руки, усядется во главе стола словно патриарх.

— Ну, рассказывайте, детишки, как день прошел!

Идиллия Зеленого дома.

Не хватает только Андрюхи и Йорта. Сейчас я даже на блаженного тихоню согласна. Лишь бы не слишком надоедал Оленьке.

И вдруг грохот в коридоре.

— Эгей! Встречайте меня, я сэкономила на доставке. Не хочется переплачивать роботам.

А вот и Бренда с полными рюкзаками гостинцев.

— Девчонки! Мне же еще посылка пришла из дома. Папуля отправил кучу годной жратвы. Вы когда-нибудь пробовали копченого турвала?

— Тащи все на стол!

— Давайте поднос. У меня пакеты промокли.

Бренда дергает застежку первого рюкзака, вываливает богатое содержимое пред наши жадные очи, а потом спрашивает с лукавой улыбкой.

— Зачем Трой прилетал?

— У него тут брат проживает, — Оля отчаянно придумывала причину.

— Да, ладно! Не скромничай, — пробурчала Юля с набитым ртом. — И так ясно, что «мистер Дарси» поплыл.

— Ты читала Джейн Остин? — ликует Оля.

— Не, мы смотрели дома сериал. Там такие прикольные парки! Такие крутые аллеи! Я вот думаю, получится возле общаги выкопать маленький водоемчик…

— Сокура попроси, — весело сказала Бренда. — Он для тебя и Ржавую стену разломает и болото осушит.

— У него и так забот полный рот, а спина не железная, иногда болит по утрам, — нахмурилась Юля.

Я посмотрела на нее и второй раз за день резко захотела в кого-то влюбиться. Сильно-пресильно. Больно-пребольно. И хорошо-хорошо…

Или мне просто не хватает регулярного секса.

Когда все уснут, я заберусь на чердак, буду смотреть на мутные звезды и думать, что на свете есть человек, который однажды возьмет меня за руку и все поймет без слов.

Может, у него сегодня тоже будет бессонница. Интересно, как в этом случае сработает бабушкин заговор на скорую встречу.