Глава 54 «Ты у меня одна…»

Глава 54 «Ты у меня одна…»

Марго на удивление быстро открыла мне дверь и впустила в квартиру. Будто давно ждала. А сама еще больше похудела, осунулась. Горло завязано теплым бабушкиным платком.

— Мне сказали, ты болеешь, — осторожно начала я.

— Сорвала голос, когда с Изольдой ругалась. Да и этот, твой хахаль…

— Его зовут Дик.

— Господи прости, словно собаку! У него хотя бы есть деньги, чтобы тебя содержать?

— Мам! — меня пробило на нервный смех.

В самом деле, сколько можно грустить.

— Что ты смеешься? Это серьезный вопрос, я бы даже сказала — решающий в плане отношений, — просипела Марго.

— Я не знаю. Честно, не знаю, сколько у него денег и в какой валюте.

— Недавно Костя звонил. Костя Попов. Помнишь, таскался сюда такой видный парень? Номер оставил. У него хорошая работа на Севере. Новая машина. Что ты молчишь? Подойдет на первое время.

— А ты одна?

— Я не в форме. Должна восстановиться к весне. Маски, ванны, пилинги, диета… Там снова подвернется кто-нибудь. Уж я-то о себе позабочусь.

— Марат привет передал. Хочешь подробности?

— Глупый мальчишка. Нет!

— Береги голос. Зачем так кричать? Прости, не спросила, нужны ли тебе лекарства. И ничего вкусного не привезла. Утром схожу в аптеку и магазин.

— Разве у тебя есть деньги? Чего вообще понесло ночью по городу?

— Может, соскучилась по тебе, — равнодушным тоном сказала я. — Или по дому. Это и мой дом, правда?

— Ну, конечно. Я же не могу тебя выгнать.

— Изольда предлагает снять однокомнатную квартиру, — сообщила я, оглядывая кухонную мойку, заваленную посудой. — Или остаться здесь… Что скажешь? Мы уживемся вдвоем? Да, твои подружайки еще заходят?

— И водят новых клиенток. По-твоему, на что я покупаю продукты?

— У Изольды есть для меня работа. Я немного осмотрюсь и куплю тебе новую шубу. Даже в кредит.

— Значит, остаешься в городе? Уже налеталась? Научилась? — голос Марго сорвался на хриплый кашель. — Мой тебе совет — убирайся из этой дыры, пока есть возможность. Хоть с этим Диким…

— Вот это прозвище как раз для него. Но увы — мне не подходит Лунный климат, — медленно произнесла я. — Там и зима какая-то не настоящая. Разве что народ интересный собрался.

— Да, кстати… — Марго сорвалась со стула. — Неделю назад курьер принес для тебя посылку. Боже, такая рухлядь!

— От кого? И точно для меня? Странно. Я ничего не заказывала.

— Здесь, кажется, проживает одна Полина Терновская, — раздраженно прошептала Марго.

Вытащила из-под стола квадратный ящичек из тонкой светлой фанеры.

— И как его открывать… Хм… ножом поддеть крышку, — рассуждала я, пока крохотные гвоздики покидали гнезда.

Сверху лежали фирменные коробки конфет «Алые паруса» и «Птичье молоко» — производство: Санкт-Петербург. Сувенир — подставка для телефона в виде кошки с сердечком.

«С любовью из Питера!»

Зато нижний слой россыпью в невзрачных обертках — карамель «Гусиные лапки», «Раковые шейки», и, наконец, на дне пригоршня «Мишка на Севере». Фабрика им. Крупской. СССР.

Ворох эпох, горсть времен! Куда мне столько… не унести, не осилить.

Пока мама с ворчанием заваривала чай, я успела прочитать короткое послание от Андрея Белогорова. Жив и здоров, удачно перенес путешествие в прошлое и вернулся в наши дни. По бодрому тону письма поняла, что староста наш всё-таки решил обосноваться в настоящем. Спрашивает про Олю Мельникову. Зовет в гости.

И в конце тонкий намек на грандиозные планы по открытию филиала учебного заведения для молодых, смелых и любопытных.

«Тоже мне, Ломоносов нашелся! Надо ему позвонить, прояснить детали. Земной вариант УДЭ — чёткая тема, возьмите вести спецкурс по борьбе с ментальной заразой!»

И где-то же адрес мой откопал, наверно, на правах старосты изучал документы студентов. И память отменная, как у разведчика! Вот кому надо было делать карьеру в Аплагар. А так — еще одна неприкаянная душа…'

Мама развернула конфету с медведем, долго изучала картинку и надписи бледным шрифтом на серой бумаге.

— Помешались на старине. Полин, ты видела год? Что за шуточки!

— Это специальная партия, — успокоила я. — Сейчас винтаж в моде.

— Стоило отправлять из Питера такие пустяки? — возмущалась Марго. — И совершенно несладкие. Неужели собралась все это совать в себя? Вредно для фигуры. Завтра соседская мелочь придёт колядовать — предлагаю раздать.

— Бабушка бы так и поступила.

«И сам Андрей угостил бы детей. Ему было важно знать, что все вокруг сыты и счастливы. В каждой из своих жизней, которые до сих пор помнит».

У Марго руки дрожали, когда разливала чай, — мучили приступы кашля. Пришлось мне поискать бабушкины травы на полках, все сделать самой. А потом уложила ее в кровать и долго сидела рядом, потому что Марго схватила меня за плечо и не отпускала.

— Обещай всегда возвращаться ко мне! Слышишь? Я не собираюсь тебя держать, — лети, куда хочешь, — на Венеру или Юпитер следующим рейсом, откуда я знаю, где там сейчас дрессируют ведьм, но обещай всегда возвращаться домой.

— Угу! Похоже, я еще нужна Городу. Отпустил ненадолго.

— Я не идеальная мать, а ты упряма, замкнута и не тех мужчин выбираешь. Мы все же одна кровь и семья. У нас есть надежная берлога и в ней мы переживем зиму. А потом…

— Потом у тебя появится новый спонсор, и я подыщу новое жилье.

— Изольда хочет, чтобы я работала у нее в агенстве. Попадаются сложные клиенты, нужно приложить немножечко наших чар.

— Ты же не собиралась пахать на тетю, даже если у нее статус Верховной, — напомнила я, укладываясь рядом. — Мам, глаза закрываются, давай завтра поговорим.

— Спи, дочь, спи, родная, — скороговоркой сказала она.

И опасливо потрогала пальцем кончик моего носа.

Ведь мне не приснилось!

— М-а-ам? Ты в порядке? Откуда такие нежности?

— Я старею, Полина. Нуждаюсь в другом типе питания. Рано или поздно придется урезать порции, отказаться от вкусных мужчин. Так уж случилось, у меня больше никого нет — только ты. Значит, я должна о тебе немножко заботиться.

«А взамен я о тебе — вон ты куда клонишь. Понятно. Поздновато спохватилась. Или в последний месяц нагляделась на бабулины мученья — испугалась коротать век среди чужих?»

— Забей, — сонным голосом предлагаю я. — И не раскисай. А то утром пожалеешь, что была откровенна.

— Что? Забей? — шепчет Марго и вдруг тряхнула меня цепкими ручонками за плечи. — Ты ничего не понимаешь или притворяешься? Хватит изображать жертвенную доброту! Ты должна меня ненавидеть. Я вела себя, как свинья. Всю жизнь. Таких, как я, не прощают. Но я хотела один раз тебя уберечь и не успела сказать — там, в больничке при санатории…

— Да успокойся уже! Никакой обиды. Мам, честно. Я поняла, что тебя просто нужно принять со всеми чертями. Или бежать на край света и там начинать сначала. Я не ради бабули жила с тобой, мне просто хотелось быть рядом. Видеть. Слышать. Знать, что ты еще дышишь и бегаешь на своих каблучках. Да, было тяжело. Иногда я тебя презирала, ревновала, но… теперь все легко. Мне не изменить ни тебя, ни общего прошлого. Стоило это понять и я свободна.

— Смертный выдох передает раны рода, — хрипло сказала Марго. — В нашем случае — проклятие женского одиночества. Серафима знала, но не изменила традициям. Ты моложе и перспективней, как ведьма, а потому должна была получить сполна — и дар и удар. Я пыталась это исправить, забрать себе. Я готовилась, я подкупила охранников из Светкиной фирмы, чтобы задержали на въезде…

— Мам, я переживу. И обязательно придумаю, как выправить ситуацию.

В голове воет метель или голодные злые волколаки, на которых уехал охотиться Дикмор. Кто я теперь? Сапожница без сапог. Побеждаю наружних лярв, а внутреннюю пиявку придется таскать в себе до последнего часа. И загибаться, как наркоман в ломке, пока не передам по цепи поколений дальше? Ну, уж нет!

— Мам, даже если проклятье реально, надо искать способ его устранить. Значит, есть причина вставать завтра утром с кровати. Если у бабули не получилось, то у меня точно есть шанс.

— Ты же мне веришь? — горячечно шепчет Марго. — Я не желала тебе зла. Я тебя не травила.

— Я знаю, мам. Это все дурацкие совпадения. Успокойся.

«Глупая, странная, сумасшедшая, ненавистная… родная».

Мы заснули, обнявшись, и я почему-то подумала напоследок, что моя дочь — если, конечно, у меня в принципе будет дочь — непременно получит карие глаза и густые каштановые волосы Марго — моей сумасбродной мамули. И ничегошеньки от меня. Ни-че-го! Ни бледной прозрачной кожи, ни проклятий.

А утром от Дикмора пришло сообщение, что монстры повержены числом пять, хотя лесная братия рассчитывала максимум на троицу паразитов. (Притом, что сам Дикмор говорил мне про одного! Наверно, не захотел пугать нежную деву).

Сам ведьмак в ходе леса-полевой битвы получил серьезные травмы и срочно эвакуируется в Аплагар для лечения. Как водится у летающих мужчин, обещает вернуться.

«Будь уверена — я тебя не оставлю!»

Наверно, что-то не договаривает, строгое руководство требует подробный отчёт или готовит новую командировку.

От такого поворота мне сначала захотелось горько поплакать, потом выпить бокал вина и съесть гору креветок, которые мама с утра наварила для милой дочи. Я была жутко голодной, поэтому выбрала второй вариант.

Надо набраться сил. У меня куча дел до весны. Судя по всему, в городе бушует эпидемия ментальной заразы, а еще родовая карма напоминает о себе, как мозоль на любимой пятке.

— Ну, что там случилось с твоим Диким? — допытывается Марго, замечая мою утреннюю хмурость. — Когда заедет за тобой? Хочу познакомиться ближе.

А узнав скупые детали ночной вылазки, гневно швырнула нож в мойку.

— Стоило сразу догадаться! Он выгуливал тебя по лесу, как приманку. На молодую ведьму, вкусившую последний выдох, слетается нечисть со всей округи. Дикий сюда поохотиться прилетал. Развлечься. Получить земные трофеи. Хотя бы в постели тебе угодил?

Я неопределенно пожала плечами, стараясь сохранять равнодушный вид. Если предположения Марго верны, начну ненавидеть сианца, а это чувство всегда портило мне настроение. Уж лучше холодный игнор.

Да, надо бы дать Оленьке поручение. Пусть спросит у Доры Кабэт насчет проклятий по женской ведьмовской линии. Может, в учебнике «Классической магии» этому феномену посвящена целая глава и есть практическая часть. Пусть меня на опыты забирают.

— Поля, ты будешь завтракать? Я зря готовила на двоих? Не вздумай хныкать из-за лунного мужика! Он далеко не красавец, я разглядела. Надеюсь, не ты собираешься завести от него ребенка? Инопланетные гены подкинут любой сюрприз, а нам расхлебывать.

— Нам? — улыбнулась я. — Вот спасибо! Не грузись, мы принимали нужные меры.

— Но он же с другой планеты, — восклицает Марго. — Вдруг у него все такое…

— Боишься стать бабушкой? Этого не будет, я же сказала.

— Полина…

— Что? — вяло спрашиваю я, пытаюсь отковырять съедобную часть креветки от розоватого панциря.

— Мы его воспитаем. Не смей избавляться. Я… я готова гулять и стирать. Это же будет девочка. Обязательно девочка. Наша малютка.

— Да прекрати! Я вообще не собираюсь пока заводить детей. Господи! Ты меня с ума сводишь.

Марго всхлипывает и размазывает по лицу слезы. Сует в рот очередной ломтик лимона и отвлекается на телефонный звонок.

— Да, конечно, у меня запись на шестнадцать тридцать. Можно раньше? Прекрасно, я подъеду.

Отключив гаджет, манерно похлопывает себя по припухшим скулам.

— Я до вечера в салоне. Потом у меня клиенты. Софочка приведет новенькую, раскинем карты, сварим кофе, сожгем свечи. А ты чем займешься?

— Разберу бабушкины вещи, Егор Иваныч должен отвезти в социальный фонд.

На моем планшете горит значок сообщения из Аплагар. Оля Мельникова обещает все разузнать подробно, а также радостно сообщает, что впереди праздник Национального Блюда и будет суровая конкуренция, потому что нийласцы и тарсиане покушать не дураки. А ещё перед летними каникулами в УДЭ пройдет фестиваль Студенческого Театра.

Наша группа собирается ставить сцену из «Руслан и Людмила», потому что улитки наизусть шпарят Пушкина, а голова великана есть самая настоящая. Только Сокуру придется туловище замаскировать.

—Полиночка, — пишет Оля. — Ты должна вернуться к нам и сыграть княжну, которую Черномор похитит. В бородатого колдуна мы нарядим Питара. Виджа придумала всем классный макияж, а Харку обещал в мастерской Коцара изготовить копья и стрелы.

Сегодня за весь месяц выпал нормальный снег, аж глаза слепит.

Больше не могу скрывать про Троя и Йорта. Мне надо тебе кое-что рассказать, только обещай воспринять философски. Я немного читала Сартра, так вот, один из принципов экзистенциализма гласит, что каждый человек — существо уникальное, а на Тарсин иногда рождаются дети… Полин, меня отвлекают, я лучше напишу в другой раз, чтобы не комкать суть.

Целую и обнимаю!

Пока-пока!

Сообщение оборвалось, телефон разрядился — да он уже старичок, пора обзавестись новым. Но до чего же снова захотелось к ребятам! Я даже согласна снова выступить не сцене, только не главную роль.

Никогда бы не подумала, что стану скучать по студенческим будням и выходным. Уверена, в лунном раю таится еще не одна тайна. А значит, впереди новые полеты и встречи.

Однажды Дикмор вернется, как и обещал. Все мои желания сбываются. Правда, иногда о них лучше забыть, пусть станут приятным сюрпризом.

КОНЕЦ