Глава 21

В шоке и недоумении я протерла глаза: Клелия не исчезла. Действительно она. Собственной персоной из плоти и крови. Младшая неугомонная дочь эллодианского владыки Рейналда, ныне одного из врагов Диса. Пульсирующая в мозгу мысль озвучилась вслух сама собой:

– Как ты тут оказалась?..

– Благодаря Кеннету! – выдала Клелия, и у меня чуть челюсть не отвисла. Благо последовало уточнение: – Его настойками портала воспользовалась и левым слепком ауры для Междумирья. С проникновением в башню пришлось самой повозиться, ух… А то, что ты в этой комнате, мое кольцо подсказало. Слава магии, тебя не заперли!

Вот же! Я бессильно простонала, чувствуя себя полнейшей идиоткой. Подготовилась к сегодняшнему дню, арсеналом целым запаслась. Измерительный кристалл, защитные артефакты, боевые заклинания… А дверь за собой не закрыла. Стыдоба.

– Едва трансляцию церемонии увидела, – в запале вещала Клелия, – сразу поняла, что тебя тут держат насильно. Чтобы ты – и замуж за принца… Пф-ф-ф! У вас же с Кенни все серьезно было. Он тебя вызволять отправился. И пропал! На связь не выходит ни с кем. Ясно же, зачем его девушку заграбастали. Шантажируют его, чтобы до наших накопителей добраться.

– Э-э-э… – глубоко поразилась я столь зверской, но складной теории. Обернулась к окну, высматривая на балконе Диса. Не высмотрела. То ли заслонил его кто-то, то ли он не там уже, а сюда мчится. Надо выпроводить ее, да побыстрее! – Я только что к башне порталом перенеслась, новым прямо сейчас уйти не смогу. Перемещайся домой сама, и немедленно. Ты очень рискуешь, находясь здесь.

– Кто не рискует – тот не устраивает революцию в родном владычестве! – Решительности на курносом личике не убавилось. – Революцию во имя торжества фемини… То есть справедливости. Идем. У меня план: поднимаемся на самый верх по потайной лестнице, отсиживаемся до твоей перезарядки портала. Выручим тебя, и Кеннету не придется идти на поводу у гардских негодяев.

Клелия ухватила меня за руку, настойчиво потянула на выход.

– Послушай, – я мягко вывернулась, – не надо. Ну, спасать меня. Я не в беде. В переплет попала, конечно, но… Принц – не злодей ни разу и к браку никого не принуждает, честно.

Она изменилась в лице, а секунду спустя на нем отразилась вся гамма эмоций. Изумление, неподдельный ужас. Тонна возмущения, которую тотчас обрушили на меня.

– Ты… на самом деле замуж собралась?! За этого… этого… Отказалась от Кеннета, предала, подставила!

– Нет! По всем пунктам – нет!

Ее щеки полыхнули красным – не от смущения явно. От ярости.

– Кеннет… тоже?! С ними заодно? – Клелия чуть не задохнулась. – Против нас, против Эллодиа, против Ладоса? Как… как он мог?! Отвечай!

– За него я говорить не буду… Успокойся и не делай преждевременных выводов. Тебе многое неизвестно.

– Ты права. Я сваливаю отсюда, сама. Отцу следует знать, что творится!

Спасительница развернулась, распахнула дверь. И отступила на шаг. На пороге стоял Дис – хмуро-настороженный. Привалился к дверному косяку, перегородив проход, задумчиво наклонил голову.

– Какие люди, – изрек он, – на нашем частном мероприятии. Ничего, что не по этикету обращаюсь? Хотя какое вам до него дело, раз без приглашения явились.

Клелия гордо вздернула подбородок. Узнает – не узнает?.. В Междумирье они виделись дважды. Правда, сейчас его высочество мало общего имело с моей соседкой Глэдис. Голос и тот звучал иначе – больше не нарочито мягкий и приглушенный, как в университете. Лицо одно, но образ-то, образ! Кто бы заподозрил в несуразной замкнутой девице с малопримечательной внешностью статного и симпатичного парня, излучающего непоколебимую уверенность? Преобразился сильно. Или просто стал собой.

– Уже ухожу, – процедила непрошеная гостья, отвесив издевательский поклон, – неприятно было познакомиться.

Фух, не узнала. Подошла к двери, Дис не шелохнулся. Пропускать ее определенно не собирался.

– Потайным ходом воспользовались? – осведомился не без интереса. – Под маскировочными артефактами и заклинанием размытого контура? Понадобилось бы что-то еще. Защита периметра сегодня повышенная.

– То сегодня, – насмешливо обронила она, – а вот вчера…

С ночи в башне пряталась?! Во дает. А зачем рассказывает ему? Похоже, что хвастается…

– Смело, – оценил он, – и глупо. Девчонке, даже не магу, заниматься вызволением подневольных невест. Для этого существуют специально обученные люди.

– Такое ответственное дело никому доверить нельзя, – парировала Клелия, – а вы бы лучше своей охранной системой озаботились. Раз уж какая-то девчонка проникла, то что уж о специально обученных людях говорить.

– Ну что вы, они попросту неспособны, – усмехнулся Дис, – на столь безрассудный план.

Она вспыхнула. Приблизилась к нему в упор, встав почти лицом к лицу, и поразительно ровно для ее цвета щек выговорила:

– Вы меня выпустите?

– Конечно, нет, – как ни в чем не бывало отозвался он, – задержитесь в гостях, не зря же пробирались.

– О, – Клелия изобразила польщенный взмах ресницами, – хотите подольше насладиться моим обществом?

– Самую малость. Лично вас на родину отправлю, из храма. Убедившись, что переместитесь в целости и сохранности. Не хватало еще, чтобы с вами что-то случилось. Предъявят же потом, и не докажу, что вы в нашей башне убились собственноручно.

– Шли бы вы, ваше высочество… на балкон. Вас там люди ждут. Не опаздываете?

– Не переживайте, без меня не начнут.

– Хорошо, – она независимо тряхнула волосами, – отправлюсь в ваш храм. Но только потому, что хочу Кеннета увидеть и высказать все, что я о нем думаю!

– Возможность у вас будет, – великодушно пообещал Дис и вышел в коридор. – Лёна, присмотри за ней.

Опять? Да что ж такое! Это судьба. Или форменное издевательство… Закрывшуюся дверь я предусмотрительно заперла на ключ, чтобы еще кто-нибудь не вломился, Клелия вперила в меня злющий взгляд. Не прибьет, надеюсь? Раз уж спасти не удалось. Была бы очень нелепая смерть, ей-богу. Все, кто на меня покушались когда-либо, обхохочутся…

– Ты… – прошипела она, вложив столько обиды и негодования, что я почти устыдилась. – Ненавижу! Себя. Какая же я дура! На помощь примчалась, думала, вам с Кеннетом опасность угрожает.

– Ну, – я развела руками, – прости. А опасность угрожает. Но не со стороны принца.

– Скажи еще, что со стороны союзного нам клана! Вам наше кольцо фамильное на совесть не жмет?

– Отчасти благодаря кольцу мы в Ладос магию вернули. Отдам. Не очень-то мне нравится, что меня по нему легко отыскать можно не одному лишь Кеннету.

– Отдаст она… Ха! Там привязка пожизненная. Не волнуйся, никто больше не отыщет. Кольцо помнит меня, как предназначенного владельца. Забудет, когда поженитесь. Ах да – не поженитесь, ты в королевы гардские подалась. Какое двуличие… Спеться с врагом владычества тайком. По вашей милости я вляпалась тут теперь неизвестно во что!

– Раз Дис сказал, что домой тебя вернет, значит, вернет.

– Дис?.. Как мило. Слов нет! – Тон ее явственно намекал, что слова есть, и сплошь нецензурные. – Помогаете этому…

– Замолчи, – вырвалось прежде, чем Клелия закончила. – Не смей о нем плохо говорить!

Кажется, рявкнула я так рявкнула. Она рот захлопнула – от неожиданности, наверное. Я схватила ее за плечи, повернула к окну.

– Видела? – Я кивнула на мертвый замок в мареве тумана. – Видела, со вчера ведь в башне сидишь. Чувствуешь, что вокруг? Смерть, она даже воздух пропитала. У него всю семью убили. Вон там – родителей. Трон его – по праву и справедливости. И это дело Гарда, а никак не ваше. Какой он вам враг?!

– Обыкновенный, – упрямо сказала Клелия, пытаясь вырваться. Я не отпустила, еще и ближе к подоконнику толкнула. – Принц сто процентов считает Ладос в их убийстве виноватыми, хоть мы и ни при чем. Станет королем – устроит нам. А между нашими мирами только отношения наладились!

– Откуда тебе знать, что он считает, к тому же в процентах? – осведомилась я, борясь с желанием хорошенько ее тряхнуть. Прекрасно помнила, как Дис предъявлял Хмырю исключительно то, что их клан ситуацией воспользовался. – Между прочим, он помог мне тогда до источника добраться и перезапустить, вместо того чтобы дать прорицателям вашему миру устроить апокалипсис.

– Ага, вы давно знакомы, – отметила она, и я чертыхнулась, что сболтнула лишнее.

– Не на том внимание акцентируешь! О другом подумай. Его высочество могло не вмешиваться. Сидели бы вы сейчас в резервации без магии и уж точно ничем ему не мешали трон возвращать. Он так не поступил. Вот и ты веди себя прилично!

Отражение Клелии в окне поджало губы, я убрала руки. Подвинув кристалл, села обратно на подоконник. Народ внизу оживился, Дис снова стоял на балконе у бортика. Того гляди, с минуты на минуту начнется то, ради чего все собрались. Мне ему посодействовать надо, а не вразумлять юных владычиц. Хорошо, что использовать при ней дар – не проблема, Клелия не маг и не поймет, высокого заряда энергии просто не заметит.

– Я ему смерти не желаю, – сказала она с вызовом, – я за мирные решения. Чтобы наш клан власть получил, тоже не хочу! Я рада, что главный кандидат в правители – женщина. Болею за нее.

Вот это я понимаю – солидарность…

Элоиза тем временем поплыла к бортику, расправляя складки платья. Жест был нервным, но не испуганным или беспомощным. По-моему, ей просто не по себе от этого места. У меня самой мороз по коже, аж волоски дыбом. Стоило всмотреться в злотворное марево… Казалось, оно становится ближе, тянет белесые щупальца к башне. Подбирается ко мне, норовя осесть на плечи и душить, душить, душить. Передернуло, я поспешно отвела взгляд.

На балконе шли какие-то приготовления, мелькали высокопоставленные лица и не менее высокопоставленные затылки. Клелия устроилась рядом со мной, кося глазом на Диса – заинтересованно и оценивающе. Знать бы, сумела ли я до нее донести хоть что-нибудь… Но скалиться она перестала – уже достижение.

Собравшиеся вокруг башни люди требовательно засвистели, к бортику пропихнулся Хмырь. Подвинул не мешающего, в общем-то, Манлейка и, кашлянув, взял слово.

– Приветствую всех, кто отважился прийти сюда сегодня, в сей скорбный и ныне проклятый край, – прозвучало вкрадчиво и громко, явно не без помощи заклинания или артефакта. – Наш практически воскресший из мертвых Элдислен Нерендел из рода Шэрасатаров собирается проделать то же самое и с замком. Здесь, сейчас, во имя баланса – пошатнувшегося, утраченного, так и не восстановленного.

Снизу прилетели одобрительные крики, стало противно. До ужаса, до неистового возмущения. Хлеба и зрелищ им подавай. Дорогой принц, ты чудом выжил? Ждем волшебства, чудес и трюков, как в цирке. Алле-оп, аплодисменты, и придем на следующее представление. А если понравится, то оставим в качестве постоянной программы. Это и есть те подданные, за которых бороться нужно? Мерзость. И они, и клановцы. И место под стать, прогнившее дотла. Хотелось не дивного исцеления, а наоборот. Чтобы осыпалось в бездну, вместе со всеми, кто на поверхности.

– Однако случившегося не исправит ничто, – патетично завел Хмырь, – отголоски былой трагедии навеки с нами…

– Хватит слов, – перебил Дис.

Склонил голову, сложил ладони одну поверх другой. Туман рассеялся – немного. Отступил подальше, поредел, обнажая трещины в земле, похожие на шрамы. Выжженную черноту до горизонта, пепельно-серое небо, холод каменных стен. Я поежилась. Не замок на возвышении будто. Могильный холм. Стало тихо: на балконе, у башни – везде. Ни свиста, ни криков – ничего.

Белесое марево окрасилось, замок утонул в густой черно-красной пелене. Страшной, непроницаемой. Запахло горячо, горько и жутко, над трещинами проявились сгустки странной энергии. Темной, цвета засохшей крови. Воздух запульсировал, отдавая звоном в уши, заполняя сознание пустотой. Обожгло горечью с привкусом тлена, я с трудом сглотнула. Ком в горле был колючим и едким, чуть не стошнило. Поморщилась и невосприимчивая к фонам Клелия, на балконе кто-то бухнулся в обморок – из Элоизиной свиты. Сама она на миг обернулась, белая, как полотно.

В ладонях Диса проклюнулось робкое сияние. Мертвое пространство сжалось, зарябило, пошло клочьями. Он выпустил огонек – крохотный, едва видимый. Не огонек даже, а искорку. Толком не разгоревшись, она улетела. По дуге вверх, к замку. И исчезла. То ли растворилась в кошмарном тумане, то ли погасла.

– Это возрождающее заклинание? – пробормотала Клелия. – Думала, эпичнее будет…

Воцарилась тишина. Давила, усиливая многократно звон в ушах. Люди ждали, в воздухе дрожало напряжение. Секунды текли медленно, и непонятно было, что происходит там, за пеленой, и происходит ли вообще. Кровавые сгустки висели низко-низко, почти касаясь земли, чувствовалось что-то. Преддверие грозы, неуловимые глазу изменения. Смолкали отголоски потери, мучительно тяжелый запах ослабевал. Дис развернулся и ушел с балкона. Просто ушел, под вопросительными взглядами тех немногих, кто его проводил. Остальные неотрывно смотрели вперед – в красное марево.

Оно дрогнуло. Заклубилось причудливо, перетекая, меняя цвет. Не красным было уже. Посветлее, с медными отливами. Очертания замка вырисовались настолько четко, словно он был изображен на картинке, которой безбожно подкрутили контрастность. Кусочек сепии под нависшей серостью туч. Глаза защипало, звоном оглушило, и мир померк. Превратился в застывшее посреди вечности безжизненное полотно. Туман обволакивал каждый доступный сантиметр, растворяя остатки настоящего и возвращая в прошлое. Окуная в вязкую, словно наяву осязаемую боль и разлитую густо тоску. Серые тени, пепел по земле. Погружение в минувшее – каждой клеточкой тела, вопреки воле разума. А после где-то в центре вспыхнула искра. Маленькая, но безумно живая и яркая. Пространство подернулось легкой рябью, преображаясь. Посветлело небо, исполосованная трещинами земля утратила мертвенный оттенок.

Вернуло обратно – в реальность. Я тряхнула головой, прогоняя наваждение и звон. Ох, а не только меня накрыло… Клелия дышала тяжело и шумно, на балконе никто не шевелился. Даже с Хмыря самодовольное выражение слетело. Элоиза дрожащими руками цеплялась за бортик, зрители внизу сами выглядели как тени из прошлого, пришибленно-молчаливые.

Замок возвышался каменной громадиной. С виду изменился мало, разве что тумана не стало да тучи разогнало прочь. Никуда ни делась ни голая земля, ни выжженные до черноты места. Но было ясно: исцелится. Не сейчас, когда-нибудь, через года. Отсчет пошел, и однажды этот край возродится. Такое не происходит мгновенно, по чьему-то велению или взмаху волшебной палочки. Дис справился! Без зрелищных заклинаний, спецэффектов, шоу с фейерверками. Не нагоняя драконов, не взращивая на публику рощи и сады. Незачем. Ничто не могло сравниться с этим ощущением – пробуждения жизни, жадными глотками очистившегося воздуха.

Похоже, Лоукер забыл, как дышать. Застыл изваянием вполоборота и редко моргал. Манлейка, наоборот, знатно потряхивало, народ под башней отмирал, озирался, начиная переговариваться. Я прижалась лбом к стеклу. Кайф… Прохладное! А ведь я не сделала ничего – свой дар не применяла. И правильно. Не нужна была Дису моя помощь. Исключительно поддержка моральная. Знать, что не один. Что за спиной кто-то есть. Друг, который не бросит, подстрахует. Не понадобилось! Зря Дис в себе сомневался. Не просто потомок древнего рода с особой силой, она – его суть. Да, накопитель задействовал наверняка. Но это лишь инструмент для усиления того, что уже имеется. Того, что необходимо всей душой чувствовать и уметь пользоваться. Быть неотъемлемой частью мира, который в тебе нуждается.

– Уф! – Клелия потерла виски и впечатленно протянула: – Мощно…

Хмырь прочухался в числе первых, встал на место Диса и вроде было рот открыл. Не успел, рядом с ним очутилась Элоиза. Остановила решительным жестом, позаимствовала его звуковой артефакт.

– С сего момента, – сказала она с поразительным спокойствием, – объявляю, что снимаю свою кандидатуру. Вверенный мне клан всецело и полностью выражает поддержку его высочеству.

Э?! Я бестолково хлопнула ресницами, мое отражение в стекле проделало то же самое. Клелия выдала полный обиды и разочарования стон и воскликнула:

– Да чтоб ее!..