Глава 6. Полигон

Жизнь без Амариса была всё-таки страсть как хороша! Почаще бы в академию всякие там отпрыски императора приезжали — меньше бы муж интересовался мной…

Я спокойно провела целых три дня, горя не зная. Первокурсники больше не дрались, на уроках вели себя дисциплинированно, разве что Весельчак — тот студент, который был горазд шутить с поводом и без — постоянно задавал провокационные вопросы. Его очень интересовало то, как именно я смогла победить дейгиров. Причем, по блеску глаз остальных студентов я видела, что они тоже сгорают от любопытства.

Но я лишь таинственно улыбалась и говорила:

— Ради познания подобных вещей вы и поступили в магическую Академию МеСти! Учитесь усердно, и вам откроются невероятные перспективы! Сможете не то, что толпу дейгиров победить, а целую армию!!!

На это студенты разочарованно выдыхали, понимая, что я просто ухожу от ответа.

Нет уж, детишки. Ничего я вам не скажу. Вообще никому не скажу. Постараюсь даже саму себя обмануть, потому что… способности, открывшиеся в те дни, пугают меня саму…

Наступил день практических занятий. Мы с первым курсом вышли на полигон, находившийся на территории академии.

Вообще, земли, принадлежащие нашему учебному заведению, были очень обширными. Когда-то на месте академии находился замок, принадлежащий ученому и великому магу Архимею Беззаботному. Его прозвали так потому, что кроме получения знаний, мужчину ничего в жизни не интересовало. Он мог не есть и не спать днями и не замечать этого. Выживал только благодаря усердной экономке, ставшей впоследствии его женой. В итоге, перед смертью он завещал свой замок министерству образования с требованием построить на его месте академию.

Полигон находился неподалеку и был обнесен антимагическим куполом. Сейчас купол был прозрачным, но во время соревнований или серьезных практических экспериментов его затемняли, чтобы буйство магии не было видно издалека и не отвлекало других студентов от занятий.

Экскурсия к полигону для первого курса была ознакомительной. Все эти птенцы желторотые — я посмотрела на юношей и девушек, восторженно разглядывающих всё вокруг — оперятся еще нескоро. Сперва их нужно накачать как можно большим количеством теоретических знаний, настращать последствиями неправильного использования магии, вдолбить правила безопасности, а потом уже подпускать к серьезным экспериментам.

Поймала на себе взгляд Габриэля. Он вышагивал слева от меня, шагах в трёх. Увидев, что я смотрю на него, парень смущенно улыбнулся и тут же опустил глаза. Боже, смущается, как девица на выданье! Ну ты же мужик, в конце концов! Впрочем… еще возмужает.

Рядом с ним шел Марсель Деверо — тот самый товарищ-защитник, который ввязался в драку ради Габриэля. Царапина на щеке уже зажила, взгляд суровый, прямой. Ух, с характером! Только нелюдимый, наверное, и слишком независимый, как по мне. Таких только ломать приходится, потому что непослушные маги — это катастрофа для всего королевства.

Наконец, мы достигли полигона.

Он представлял собой прямоугольный, расчищенный от растений участок земли, обнесенный металлическим ограждением. Вдоль этого ограждения тянулись деревянные лавки, куда усаживались болельщики во время соревнований (если эти соревнования были достаточно безопасными). Сейчас тут не было ни души.

Взмахом руки деактивировав купол, я пропустила первокурсников вперед и позволила им осмотреться.

— Это же кристаллический песок, который рассеивает магию! — воскликнула одна их девчонок, рассматривая светлое покрытие полигона под ногами. Я посмотрела на ученицу, чтобы запомнить. Рыженькая, симпатичная, с круглым лицом и большими глазами. Кажется… Анита Шариз. Внимательная. Возможно, будет толк.

Наконец, я громко прокричала:

— Собираемся в центре!

И ученики поспешили вперед, шурша обувью по кристаллическому песку…

* * *

— Вытяните ладонь правой руки вперед! — скомандовала я, и ученики, выстроенные в шеренгу, послушались. — Теперь представьте, что концентрируете магию в своих ладонях. Представили? Теперь визуализируете огонь! Все это умеют? Знаю, что все. Каждый из одаренных с детства начинает баловаться с пламенем. Огонь — первая составляющая магии. Даже водники могут вызывать огонь, но у них он не жжется, а просто светит. Вот почему каждый маг способен создавать элементарные светлячки…

Ребята старались. У кого-то на ладони плясало ровное и яркое пламя, а кто-то пыхтел, едва выдавливая из себя пучок света. По этому пламени легко можно было предугадать слабые и сильные стороны учеников. Например, большая часть первокурсников обладала даром на среднем уровне. Человек пять были откровенными водниками — магами воды. Они едва-едва могли сымитировать светящийся шарик, не способный осветить даже их лица. Среди девушек, которых было немного меньше, чем парней, выделилось две или три с яркими огненными способностями. Например, Анита точно была огневиком. Наверное, она потому и рыжая такая…

А вот Марсель — тот, который товарищ Габриэля…

Я пялилась на его огонь с ошеломлением. Большой, яркий, немного лиловый — он напомнил мне те всполохи, которые рождались во мне в день встречи с полчищем дейгиров…

Странные зубастые морды, горящие ненавистью и жаждой убийства глаза, уродливые, покрытые ядовитой слизью тела… Я думала, что мне пришел мучительный конец. Они надвигались на меня неумолимым полчищем, а я от ужаса активировала магию в руках, ощущая, что вот-вот сойду с ума. И тогда мои руки вспыхнули лиловым цветом. Эта вспышка произвела на дейгиров неизгладимое впечатление…

— Госпожа Кассандра! — звонкий голос девушки вырвал меня из тяжелых воспоминаний. — Мой огонь потух!!!

Я вздрогнула и обернулась. Девчонка — хрупкая блондинка с курносым носом — смотрела на меня со слезами на глазах. Я тяжело выдохнула. Боже, неужели мне придется возиться даже с такими откровенными детьми?

Помогла ей, показав пару приемов, чтобы вернуть огонь, и пошла дальше. На пламя Марселя больше не смотрела. Теперь я уверена, что у него уникальная магия, но… пока не понятно, видна ли она кому-то еще, кроме меня. Нужно будет это проверить.

А вот следующим после брюнета стоял Габриэль. Я удивилась. Его пламя на руке было мощным и очень спокойным. Лицо парня казалось расслабленным, словно ему ничего не стоило держать огонь уже несколько минут. Какой насыщенный желтый цвет! А Габриэль, оказывается очень талантлив.

Я посмотрела в его лицо и поняла, что он смотрит на меня… с надеждой. Словно мой вердикт о его пламени был самым важным на свете. Внутри стало неприятно, на сердце легла тяжесть.

Я ведь тоже когда-то была такой же… глупой. Точно также смотрел на Амариса и его магические способности и думала, что влюблена без памяти. Но сейчас понимала, что это было глупо и очень по-детски. Талант — не повод для того, чтобы влюбляться в его носителя.

Габриэль, может, и не влюблён, но его отношение настораживает. Он явно пытается произвести на меня впечатление, и это неправильно.

Именно поэтому я сухо кивнула, но не сказала ни слова и к Габриэлю не подошла, а отправилась дальше. Парень разочарованно выдохнул.

Пусть возьмет себя в руки. Ему нужно успокоиться и просто быть собой…

— Приветствую, банда! — резко послышался веселый мужской голос, и меня тут же приморозило на месте. Мурашки побежали по телу, мурашки ужаса. Да, так остро я могла реагировать только на одного человека — на собственного мужа.

Громко сглотнула, пытаясь унять дрожь, и в этот момент встретилась глазами с Габриэлем, который смотрел на меня хмуро и недоуменно. Казалось, он пытается забраться мне в голову, чтобы что-то понять…

Проклятье, этот глазастый парень заметил мою непроизвольную реакцию! Попыталась придать лицу строгое и независимое выражение, но блондин уже перевел взгляд на ректора, и я вдруг поняла: он явно о чем-то догадался. Почему я так решила? Я менталист, и интуиция у меня работает лучше, чем у обычных людей. А еще я не слепая: взгляд студента, устремленный на Амариса де Вальго, наполнился жгучей неприязнью.

Кажется, у меня появился ярый поклонник. Поклонник, который охотно ненавидит моего лютого врага…