6

И всё-таки она сомневалась.

Потерять рабочую ночь, или сходить на свидание с незнакомцем. Нужно принимать решение. Ирма серьезно к этому приглашению не относилась. Довольно часто она ужинала с клиентами и не видела никакой разницы между теми ужинами, что были, и ужином, что должен случиться.

Единственное что мешало воспринимать всё как шутку, то, что парень совершенно не догадывался о том, чем она занимается. Тогда и не нужно его разубеждать. И хоть в этот вечер Ирма ничего не заработает, она всё-таки хотела провести его с человеком, который слеп, как котёнок и не знает правды.

А что? Ему всё равно, а у неё совершенно другие ощущения. Хотелось чего-то нового. Может она почувствует в этот вечер что-то, что заставит её изменить свою жизнь.

Сколько раз она себе это внушала, но чаше было как всегда – ужин, секс, а потом снова лабиринты гаражного кооператива. Это, наверное, не исчезнет никогда.

Надела простое платье с рукавами фонариками и теперь, с завитками волос, которые перед выходом накрутила на плойку, выглядела очень свежо. Немного блеска для губ, чуть тронула тушью ресницы. Когда смотрела в зеркало, заметила в своей внешности что-то особенное. Давно она так не старалась.

Ирма волновалась. Впервые за долгое время, волновалась перед встречей с мужчиной. А ещё от того, что в зеркале увидела себя, но другую.

Несколько лет она не примеряла романтический образ, потому что не чувствовала в том что делает, ничего романтичного. Она привыкла быть не романтичной, а сексуальной. От этого зависело, сколько она заработает за ночь. Но теперь, была похожа скорее на простую девушку, а не на шлюху. Вот, что её удивило.

А может быть это намёк, на то, что нужно заканчивать?

Да какой там намёк?

В девять встретились в парке, у гостиницы.

Филин чмокнул Ирму в щёку и протянул букетик ромашек. Она неуверенно взяла букет. Иногда, клиенты дарили ей цветы, но чтобы - ромашки.

Этот парень поражал каждую минуту. И его робкий поцелуй, и эти ромашки…

- Куда пойдём?

Это сложный вопрос. Куда бы она ни пошла с ним, везде может встретить клиентов. А так рисковать единственным нормальным свиданием, она не могла.

- Я города не знаю, куда приведёшь там и поужинаем, - сказал он.

- Ты знаешь, если честно, я не голодна. Можем прогуляться по парку, если хочешь?

- Ну, хорошо. Как скажешь.

И они пошли по тротуару до парка, который недалеко от гостиницы раскинул паутину дорожек.

- А ты надолго к нам приехал? – спросила она, подпрыгивая на бордюре.

- Ненадолго.

- А зачем ты приехал?

- Я разыскиваю одну женщину. Мой начальник дал мне такое задание.

- А когда ты её найдёшь, то уедешь?

- Да, потом я уеду.

Ну и хорошо, думала Ирма. Пусть уезжает. А пока она с ним почувствует себя нормальной девушкой. Простой, неразвращённой. Пусть ненадолго, всего на вечер, а может и на пару дней. Почувствует, что просто нравится, не потому, что она умеет делать в постели, а такая какая есть.

- Так ты хоть сегодня скажешь мне, как тебя зовут?

- Конечно, скажу. У меня такое имя, как у мальчика - Саша.

- Александра значит? - он подал ей руку, и она спрыгнула с бордюра.

- Ага.

- А хочешь, я скажу тебе правду, - он посмотрел ей в глаза.

Ирма остановилась и напряглась. Что это он, какую правду?

- Говори.

- Ты, конечно мне нравишься и очень хорошо гулять с тобой по парку, но я бы всё-таки поел.

Она улыбнулась.

- Мы можем заказать еду, прямо сюда?

- А может, мы пойдём в гостиницу? У меня там, в номере очень уютно, - он посмотрел на небо. – Я обещаю, что не буду приставать к тебе.

Ирма хитро прищурилась, посмотрела на него.

- Ну, если ты обещаешь, тогда ладно.

И они медленно, гуляющей походкой, пошли к гостинице.

Когда дверь за Ирмой закрылась, она прижалась к ней и подумала - зря пришла сюда. Теперь всё будет, так как всегда. Она понимала, если пришли в номер, уже ничего не помешает. И стоило ради этого тратить вечер.

Это отличие его от остальных, разве оно такое уж большое? Затащил в номер, и так понятно зачем.

Но он совсем не подавал никаких признаков приставания. Быстро прошел по номеру, убрал вещи со стульев и взял телефон, чтобы заказать еду. Набрал номер.

- Что ты будешь? – он смотрел на неё с самым простым и честным выражением лица, и она теперь уже точно поняла, что он абсолютно честный.

Просто вот, как самое честное существо на земле. Никой пошлости, хитрости. Ни намёков, ни попыток. Ничего.

Ну что же, тогда пойдём дальше.

- Я буду пиццу, - сказала она.

- Две пиццы, и лимонад. Два лимонада.

Он положил телефон и посмотрел на Ирму.

- Заказал.

- Хорошо, – она подошла к нему вплотную.

Просунула руки между его руками телом и обняла его. Прижалась щекой к его груди. А он положил ладони ей на плечи и прижал к себе. С минуту они так стояли. Ирма не могла сдвинуться, она чувствовала от него невероятную силу и доброту. Хотелось стоять так долго-долго. И забыть обо всём. Вычеркнуть прошлое, как и не было. И начать всё сначала в этот самый момент. Ирма уткнулась в его плечо затянутое трикотажем футболки.

Филин прижимал девушку к себе, и вдруг поцеловал в макушку. Странный.

- Ты знаешь, я очень одинока. Хотя, вокруг меня много людей.

- Я тоже одинок.

- Ты тоже? - она заглянула ему в лицо.

- Я тоже, - повторил он и нагнулся, обхватил губами её губы и поцелуй этот, как слияние, надолго заставил замолчать.

Что-то произошло.

Ирма не смогла сдерживать нахлынувшее желание, хоть и держалась, и обещала себе ни в коем случае к нему не приставать. Но не смогла сдержаться, просунула ладони под футболку и коснулась его тела. Филин вздрогнул, и она почувствовала, как он напрягся и вздохнул.

Ирма всегда думала, что не сможет сразу понять, если вдруг кого-то полюбит, но в этот момент она чётко осознала – этот человек, изменил всё в её голове. В одно единственное мгновение, он заставил поверить, в то, что всё может быть по-другому. Заставил мысли забыть. Стереть на время, все, что было раньше и понимать только то, что происходит теперь. Чувства обострились до предела.

- Как тебя зовут? - выдохнула она.

- Антон.

Он подхватил её, повернулся и бросил на кровать. Стянул с себя футболку, и она увидела его крепкий торс. Антон смотрел на Ирму таким взглядом, от которого она не могла оторваться. Он гипнотизировал и звал за собой. Она могла бы пойти с ним сейчас куда угодно. Ирма приподнялась, дотронулась до ремня, хотела расстегнуть ему джинсы, но Филин спокойно сказал:

- Я сам.

Антон скинул джинсы. Белоснежные трусы обтянувшие бёдра, Ирма снова потянулась, чтобы снять их с него. Но он остановил её руку и стал стягивать с Ирмы платье. Чем дальше, тем больше она удивлялась. И уже не могла противиться, его тихой власти, его силе, и его желаниям.

Как горячо внизу и как хочется, чтобы он придавил её тяжестью своего тела. Сжал в стальных объятьях. Она осталась в белье. Антон нагнулся над Ирмой и стал целовать шею, спустился к груди. Потянул бретельки, оголил грудь. Сначала один сосок он обвёл языком, потом второй. Спустился ниже провёл языком по животу. Ещё ниже. Медленно стянул с Ирмы трусики.

Она ждала, когда же наконец он войдёт в неё, но он не торопился. Целовал тело, руки, ладони и она хотела его ещё сильнее и уже не могла сопротивляться, нарастающему с невероятной скоростью желанию.

Его ладонь скользнула между ног, и девушка подалась вперёд, навстречу ласковым касаниям.

- Я больше не могу, - застонала она, когда он провел в очередной раз пальцами по её клитору. - Или трахни, или убей.

Он встал с кровати, снял с себя трусы и она увидела его член.

Красивый, большой, идеальный, великолепный член.

Антон подошел, раздвинул Ирме ноги и стал надвигаться. А она чувствовала, как всё в ней пульсирует и просится вперёд, к нему. Как открыта она ему навстречу и жаждет тайного прикосновения.

Каждую секунду она тянулась, но он приближался медленно и как только его член коснулся влагалища, Ирма выгнулась и вздохнула.

- Пожалуйста, - простонала она.

И он вошел. Медленно, плотно. Одним плавным движением, он заставил её почувствовать себя совсем маленькой, беззащитной перед его мощью. Она схватилась за его спину и потянулась к нему.

Что-то невероятное, необыкновенное происходило между ними. И каждый раз, когда он входил в неё, до самого конца, она вздыхала и чуть не плакала, от нахлынувшей жажды им обладать. Её тело содрогалось, а он, смотрел ей в лицо удивлённо и восторженно. Казалось, взгляд этот говорил о том, что больше никуда от неё, он не уйдёт.

Филин, обхватывал Ирму крепкими руками и тянулся, входил, как в последний в жизни раз. Или как в первый, кто его знает? Она не знала, что он чувствовал, но видела и понимала, для него это также важно, как и для неё.

А когда он стал кончать, она неожиданно почувствовала, что тоже вот-вот кончит, и несколько быстрых движений, заставили изогнуться тело Ирмы. Она прижалась к груди Антона и его последние движения вызвали у неё громкий стон, от настоящего, бесконечного удовольствия, нахлынувшего и охватившего тело.

Она лежала у него на плече, водила пальцем по груди, когда в дверь постучали.

- Пицца! - послышалось за дверью, и Антон встал с кровати.

- Минуту!

Он зашел в ванную, взял полотенце и обмотал им торс. Открыл дверь, получил пиццу и напитки, расплатился.

- Ну, теперь можно и поесть, - сказал он и весело глянул на обнаженную Ирму.

А она смутилась и прикрыла нагое тело.

Странно, раньше она никогда не была так стыдлива.