4. Выбор королевы (4)

Антракс вышел из своей комнаты в тот самый небольшой сад, чтобы просто успокоиться и не придушить принцессу. Ее слова неожиданно стали для него настоящим ударом, как будто он не знал, что она любила не его, будто он сам себе не говорил, что она его никогда не полюбит. Ему нужно было отвлечься и потому он решил зайти к Элли, которая, как ему сообщили, хотела его видеть. Он предполагал, что речь пойдет о том же, что волновало Икара, но к своему удивлению застал Эллину в полупрозрачном платье. В том самом, в которое была облачена Лилайна, приведенная к нему в комнату впервые. Тогда он не додумался предупредить слуг, чтобы принцессу одели иначе, теперь он не мог понять, зачем это платье надела другая девушка. Впрочем, она была хорошо сложена, это нельзя было не отметить, но пышная грудь едва помещалась в свободное платьице.

Элли присела на манер эштарки, увидев принца.

— Ты хотела меня видеть? — спросил он спокойно, наблюдая за ней.

— Да, я хотела поговорить с вами, — призналась девушка, робко поднимая глаза. — Вы, наверное, помните наш разговор.

Антракс кивнул.

Девушка шагнула к нему не спеша, вырисовывая каждую линию своего шага, изящно покачивая бедрами, словно степная кошка.

— Вы сказали, что я не нужна вам, — прошептала ласково Элли и прильнула к принцу, прижимая к его телу свою пышную грудь и поднимая на него свои глаза. — Я все понимаю.

Она бережно коснулась его руки, той, что обычно держала трость, а теперь была свободна. Крепко сжимая руку в перчатке, она медленно, не сводя с него глаз, опустилась на колени и прильнула щекой к его руке, целуя перчатку.

— Конечно, вам не нужна глупая девочка, но я не глупая, — шептала Эллина, потираясь, словно кошка, о руку человека. — Я не прошу у вас ни брака, ни даже права стать матерью ваших детей, мне хватит роли вашей наложницы.

Отпуская руку, она скользнула руками по его ноге, оперлась на пол и нежно поцеловала область паха. Обычно эштарские мужчины быстро реагировали на ее полуобнаженное тело и неоднозначные намеки, но принц едва ли был возбужден, холодно наблюдая за ней.

— Мне хватит роли вашей наложницы, — шептала Элли потираясь щекой о выпуклость штанов. — Я хочу принадлежать менно вам, человеку, который действительно будет властвовать в Эштаре.

Ощущая однозначную реакцию, она снова поцеловала выпуклость сквозь штаны, облизала губу и провела носом по ткани, рисуя продолговатую линию по которой, словно под ее волшебными чарами, поднимался орган мужского желания, который она по-настоящему выбрала.

— Я больше не та наивная девочка, — шептала она, глядя на принца. — Пока вас не было, я научилась очень многому, чтобы теперь исполнить любое ваше желание, только прикажите или хотя бы позвольте мне желать вас.

Антракс смотрел на нее, чуть прищурившись. Слишком красиво она говорила, слишком умело двигалась и сладко улыбалась.

— И кто же лишил тебя девственности? — спросил Антракс, сохраняя спокойствие в голосе.

— Сама, — призналась девушка, вновь прильнув к его ноге.

Она знала, что позволить себе большее без его дозволения права не имела. В конце концов, в Эштаре секс хоть и был делом доступным, но всегда оставался добровольным. Лишившись девственности согласно традиции, девочка имела полное право отказывать всем мужчинам в своей жизни, и никто не посмел бы ее осудить. Но подобное случалось крайне редко, чаще они отказывали тем, кто им не нравился, и принимали ласки тех, кому благоволили. Да и мужчины имели право на отказ от подобного предложения, но отказывались куда реже, если не сказать — никогда. Эллина еще не знала отказа и была уверена, что не узнает его и теперь, просто проявляла необходимую покорность.

— И как же ты это сделала? — спросил принц, явно не спеша ее отвергать.

— Последовала вашему уроку, — ласково произнесла девушка. — Хотите покажу?

Принц кивнул, и некогда фрейлина встала, мастерски качнув бедрами, а затем шагнула к столу.

— Меня девственницей тут бы никто не понял, — прошептала она, беря в руку нож и медленно манерно приподнимая ногу, чтобы забросить ее на край стола и так же медленно отвести в сторону.

Антракс сделал несколько шагов, чтобы вместо изгиба спины хорошенько видеть отставленные бедра и уже влажную линию приоткрытых половых губ. Эллина улыбалась, понимая, что принц наблюдает за ней, видя, что реакция его тела стала значительнее. Считая себя победительницей, она прижалась грудью к столу и подставила к влажному входу рукоять ножа. Сначала скользнула деревянной рукоятью меж губ, а после медленно, осторожно, манерно выгибая спину, ввела ее внутрь. Рука принца коснулась ее руки, перехватывая лезвие.

— Больно наверное было, — прошептал он, скользя рукой по ее спине и чуть покачивая нож рукой.

— Если это ради вас, ни одна боль не имеет значения, — выдохнула девушка.

Властная рука зажала лезвие меж пальцев и, резко достав нож, отбросила в сторону, как в зале совета. Другой рукой принц перехватил Эллину, переворачивая к себе лицом, и, поднимая на ноги, тут же прижал к себе.

— Я услышал тебя, — прошептал он. — Но это будет не здесь.

— Конечно, — покорно произнесла Элли, сладко вздыхая. — Где угодно и что угодно, мой Господин.

Она не знала, что принц под маской злобно усмехнулся одним лишь правым уголком губ, буквально оскалился, как дикий зверь.

Он отпустил ее и жестом велел следовать за ним, вышел сначала в крытый сад, затем с него на винтовую лестницу, ведущую куда-то наверх, а там, открыв дверь с помощью некого загадочного механизма в ручке, предложил Эллине шагнуть в темноту первой.

— Не бойся, — прошептал он спокойно, но все же ласково.

Тогда девушка все же вошла.

— Подожди немного.

Принц тоже шагнул в темноту, закрывая за собой дверь, а после скользнул куда-то в сторону. Что-то затрещало, приходя в движение. Над Эллиной внезапно открылось окно, показавшееся, как только сдвинулись в сторону металлические ставни. Принц спокойно шел вдоль стены, опуская грубые рубильники, и всякий раз открывалось новое окно, освещая продолговатую комнату, заставленную двумя рядами столов, на которых стояли разные пробирки, банки с органами и частями тел. На стенах же висели пучки различных трав и потому в комнате пахло летним лугом, но девушка с ужасом рассматривала системы колб и содержимое банок на ближайших столах.

Принц, дойдя до противоположной стены, поманил ее к себе пальцем.

Эллина содрогнулась. Ей вдруг захотелось бежать, но ставка была слишком высока и потому она все же сделала шаг и, почти мгновенно осмелев, прошагала всю дорожку меж столов. Она вложила свою руку в руку принца, словно настоящая барышня и прильнула к нему.

Антракс легонько ее отстранил. Затем обернулся. За его спиной стояло два металлических стола: один пустой, а другой с огромным множеством странных диковинных инструментов. Эллина содрогнулась, видя, как принц берет веревку.

— Не бойся, эти инструменты для работы, а не для удовольствий, они нам не понадобятся, — сообщил Антракс, завязывая петлю на веревке. — Надеюсь, ты не будешь возражать, если я свяжу тебе руки. Очень не люблю, когда ко мне прикасаются.

Эллина улыбнулась и опустила глаза, смущаясь.

— Как вам будет угодно, сир, — прошептала она, протягивая ему свои ладошки.

— Умница, — ласково шептал принц, надевая на ее запястья петлю.

Перекинул веревку через металлическую балку над головой и, не натягивая, привязал к выступу в стене.

Эллина расслабилась. Подобная причуда едва ли пугала ее, в конце концов, она по сути была свободна, а эти связанные руки, были чем-то совершенно символическим.

— Я рад, что ты меня действительно поняла.

Антракс снял маску и взглянул на нее, демонстрируя тот самый хищный оскал. Эллина дернулась, шагнула назад, сама натягивая веревку, а принц одним ловким движением ноги толкнул на нее холодный металлический стол. Его колеса загрохотали в каменном помещении. Девушка вскрикнула, чувствуя, как это строение ударяется ей в живот.

— Не надо, — простонала она, видя усмешку на лице человека, которого она хотела соблазнить.

— Ты сказала что угодно и где угодно, так что игра началась, — произнес Антракс, приближаясь.

Он с холодной методичностью толкнул стол вперед, заставляя девушку буквально лечь на него, и опустил ногой упор, не дающий колесикам приходить в движение.

Эллина пыталась брыкаться, но он этого не замечал, бесцеремонно хватая ее ноги и привязывая к ножкам стола. Теперь веревка натягивала ее руки почти до боли. Стол обжигал холодом и пошевелиться она не могла.

— Разве не этого ты хотела? — спросил Антракс, проводя по ее спине кончиками пальцев. — Разве не повелителя своих идей и желаний ты просила пару мгновений назад обладать тобой.

Эллина всхлипнула, закусила губу и промолчала, надеясь все же исполнить задуманное.

— Расслабься, тебе понравится, — прошептал Антракс, разрывая ее платье от спины вниз и просто отбрасывая его части в сторону.

Если бы на ней было другое платье, быть может, он поступил бы иначе, но она надела платье, в котором он видел Лилайну. Это выводило его из себя.

С абсолютным хладнокровием он взял с рабочего стола пробирку, в нее как раз хорошо помещалось два пальца и оставалось немного места. Считая ее просто идеальной, Антракс развел половые губы, влажные и покрасневшие от ожидания, и ввел стеклянную пробирку внутрь, резко толкнув ее до упора. Девушка сжалась в испуге, а он не удержался от смеха.

— Это стекло, дорогая, будешь так страстно сжиматься — оно треснет, и ты порежешься, — сообщил он девушке, — а я всего-то хочу тебя хорошенько рассмотреть.

Стекло мгновенно покрылось испариной, но Антракса это мало интересовало. Нервная судорога поднимала правый уголок его губ, но он даже не пытался это изменить. Он был увлечен ее страхом. Медленно извлек пробирку наполовину и толкнул ее обратно всей ладонью.

Эллина вздрогнула, и едва заметно сжалась. Стекло не треснуло, и потому принц одобрительно погладил ее поясницу.

— Хорошая девочка, — прошептал он, беря в руку другую пробирку, значительно уже. — Посмотрим что у нас тут.

Без особых церемоний, он подставил прохладное стекло к колечку ануса и толкнул. Пробирка входила легко, и было очевидно, что девушка позаботилась об этом, вот только нервно сжалась и тонкая пробирка покрылась трещинами.

— Ну, я же предупреждал.

Он ударил ее по заду, породив звук громкого шлепка.

— Впрочем, ты молодец, готовилась, — признавал принц и, оставляя обе пробирки, обходил стол, чтобы взглянуть на девушку.

Связанные руки теперь тянули ее вверх, а она с ужасом смотрела на него. В глазах появились слезы.

— Ты все еще хочешь быть моей? — спросил он, облизывая губы.

— Хочу, — соврала Эллина, дрожащим голосом.

Принц улыбнулся и, обойдя стол, вновь достал сначала маленькую пробирку, затем большую и обе бросил в металлическую урну под одним из столов. Звякнуло битое стекло.

— А кто тебе сказал, что я хочу обладать такой продажной девкой, как ты?

Эллина вздрогнула.

— Пока я велел тебе присматривать за Лилайной, ты училась вертеть своим задом? Что ж, это очень похвально. Не говоря уже о том, что пока Икар просит у меня разрешения на ваш брак, ты лезешь в мои штаны. Это мастерство.

Он спокойно перерезал веревки, державшие ее ноги, и толкнул стол, сняв упор. Тот покатился, унеся с собой девушку, но принц дошел до стены раньше и резко дернул веревку, державшую ее руки. Эллина взвизгнула и беспомощно повисла в воздухе, касаясь пола только кончиками пальцев.

— Так почему же я, принц эштарский, должен подбирать объедки с пира стражников?

— Объедки за своим дядей вы подобрать не побрезговали, — шикнула Эллина, пытаясь пнуть принца ногой.

Он изменился в лице. Оскал исчез. Он стал совершенно холоден. Прищурившись, Антракс внимательно посмотрел на девушку, которая брыкалась, кричала и плакала, фыркнул и отступил.

В порыве отчаяния Эллина именовала его извращенцем, маньяком, психом, и он чувствовал себя именно таким. Он наслаждался ее криками, ее гневом и ее отчаянием, при этом спокойно просматривая банки на столах, пока не нашел нужную. С холодной улыбкой, он насыпал в небольшой мешок жменю жуков, которые неустанно ползали в банке и так же закопошились в мешке.

— Ты решила, что тебе мало Икара, и выбрала меня, — прошептал он, снова приближаясь. — Что ж ты не замахнулась на моего отца? В самый раз по твоим амбициям.

— Он долго не проживет, — шикнула Эллина.

— Надеюсь, твой язык просто отвалится от этих слов, потому что марать о него руки я не хочу.

Он был хладнокровно спокоен, когда говорил все это и так же спокоен, когда подошел к девушке, обнял ее со спины и скользнул рукой по животу к паху, легко попадая пальцами в складку меж большими и малыми губами и разводя их.

— Не трогай меня, — взвизгнула Эллина и отчаянно закричала, понимая, что мешочек с копошащимися жуками бесформенной массой запихивают в ее тело.

Она просто визжала, беспомощно пиная принца ногами, пытаясь свести ноги, но все безуспешно. От этих жалких попыток только сильнее болели руки.

— Я уже советовал тебе расслабиться, насладись своей наградой, — прошептал Анстракс, оставив завязку мешка болтаться снаружи, и тут же отступил.

Эллина пыталась смотреть вниз, переступала с ноги на ногу, плакала, но жуки словно сошли с ума, они быстро бегали внутри мешка, терлись твердыми спинками о ее чувствительные точки, добавляя к ужасу приятные волны.

— Не надо, пожалуйста, — плакала девушка.

Но в принце не было ни капли жалости. Он смотрел на нее с презрением и с таким же презрением прошел мимо, снял со стены толстый кожаный лоскут и заглянул в ее глаза.

— Учить тебя почитать своего господина, дело бесполезное, — произнес он, — но за предательство у нас платят кровью, радуйся, что я добрый и не стану тебя убивать.

Он снова прошел мимо нее, понимая, что не помнит ее лица, не слышит ее воплей, словно вся она для него жалкая тень. Он сделал несколько шагов, намотав часть кожи на правый кулак, а после резко обернулся, стеганув девушку по спине. Эллина взвизгнула, отчаянно дергаясь.

На месте удара остался красный след.

— Не надо.

Девушка заплакала, не прекращая извиваться и переступать с ноги на ногу. Только теперь она плакала, умоляла, была готова унижаться, но Антраксу было плевать на ее мольбы точно так же, как плевать на ее ласки.

Он вновь замахнулся и снова ударил, игнорируя всякие вопли. Он лупил ее, пока крик не сменился тихим безвольным стоном, а спина и верх ягодиц не покраснели полностью.

Тогда он выбросил кусок хорошей кожи, туда же, где разбились испорченные пробирки, прошел мимо нее и перерезал веревку, позволяя девушке рухнуть.

Она сжалась в комок, всхлипнула, а он только небрежно толкнул ее ногой, чтобы отвести в сторону одну ногу и дернул веревку, вытаскивая мокрый мешок, в котором затихли сдохшие жуки.

— Я же говорил, что тебе понравится, — произнес принц, выливая на нее большую колбу воды.

Ему было плевать на нее, но ничего кроме холодной боли под сердцем он уже не чувствовал, нажимая на подобие кнопки в стене. Он вызывал Икара, которому стоило прибраться.

Икар примчался быстро, но открыв дверь, замер, видя лежавшую на полу девушку и принца, спокойно перебиравшего какие-то бумаги.

Сглотнув ком, он тихо прикрыл дверь и медленно подошел, несмело заговорив:

— Ваше Высочество, я могу спросить...

Антракс, успевший одеть маску, посмотрел на него и кивнул.

— Зачем вы... это... сделали? — каждое слово давалось мужчине тяжело.

Он не отводил взгляда от Эллины, от ее лица с дрожащими губами. Девушка смотрела на него и плакала, но не могла ничего произнести.

— Икар, — заговорил принц спокойно. — Эта женщина предала тебя, предложив мне заполучить ее вместо тебя, за что и поплатилась.

Мужчина вздрогнул и посмотрел на принца.

— К тому же она позволила себе высказывания, за которые ее можно и жизни лишить, но я не стану этого делать. Если она тебе нужна — забирай, — продолжал Антракс. — Можешь взять ее в жены, а если она тебе как жена не нужна — в рабыни, впрочем, если она тебе омерзительна, можешь просто вышвырнуть ее отсюда. Но я не желаю ее больше видеть.

Мужчина, внимательно слушавший принца, коротко кивнул и молча поднял девушку на руки.

— Больше вам ничего не нужно? — спросил он, не глядя на принца.

— Нет, — ответил принц. — Реши лучше свои вопросы, мы поговорим завтра.

Мужчина кивнул, все также глядя в стену и вышел, оставив принца читать письма, пришедшие в его отсутствие.