Глава 4

Это как пощечина, хотя вижу, что он это не чтобы обидеть меня сказал. Застываю на месте и вдруг… понимаю, что не хочу бежать. На меня накатывает чувство какой-то удивительной покорности обстоятельствам. Не могу объяснить этого даже самой себе.

Сбежать, означает снова одиночество, холод и голод. Пусть хотя бы одну ночь я проведу иначе. Стану другой. Другим человеком. Пусть даже развратной шлюхой.

Возможно, я даже открою для себя какую-то новую сторону секса. Не так как с Игорем — быстро и противно. Почему-то смотря на белокурого красавца, я чувствую это.

Он может подарить мне незабываемую ночь.

О втором в этот момент забываю напрочь.

— Ты можешь уйти, — спокойно в этот момент произносит блондин.

— Нет. Я останусь, — произношу торопливо, чтобы не передумать.

Осознавала ли я, что творю в этот момент? Думаю, нет. Таблетка и вожделение, воспоминания о юности, когда была намного счастливее… все это смешалось в тугой клубок внутри. Отступить я уже не могла.

Блондин продолжал следить за каждым моим движением. Он словно забыл о существовании своего друга, и я забыла.

Мы не видим ничего, кроме друг друга.

Он делает шаг ко мне. Меня окутывает его запах и жар тела. Это так приятно, волшебно, волнующе. Мне почему-то становится невероятно уютно… Настолько, что хочется сделать какую-нибудь глупость. Например, прижаться к нему. Зачем? Хотя бы затем, чтобы почувствовать шершавость его щеки.

Он словно понял мои мысли. Его пальцы приподнимают мой подбородок. Прикосновение… в нем мне почудилась нежность. Послушно поднимаю голову, и наши глаза встречаются.

Его взгляд гипнотизирует, не дает мне отвести глаза. Его пальцы скользят по моей щеке, касаются виска, непослушной пряди, выбившейся из прически.

— Эй, ребята, вы про меня забыли, — раздается позади недовольно-ворчливый голос Стена. У вас тут что, романтическое свидание?

Оборачиваюсь. Брюнет развалился в кресле, в его руке стакан, видимо с алкоголем.

— Не хочешь выпить, красотка? Для раскрепощенности?

— Нет, спасибо.

Невольно прижимаюсь к блондину, словно в поисках защиты. Я не хочу второго, он лишний тут. Но понимаю, что мои желания не учитываются.

Он кладет мне руку на талию, и от этого простого жеста меня обдает жаркой, огненной волной, мгновенно растекшейся по всем жилам.

— Ты готова? — его голос звучит хрипло.

Он проводит ладонью по моему затылку, освобождая волосы от заколки.

— У тебя потрясающие волосы.

Михаил пропускает через них пальцы. Такая простая ласка… а у меня дрожат руки и подгибаются колени.

— Нервничаешь?

Отвечаю ему взглядом, говорившим: «А ты как думаешь? Разве можно иначе?»

Блондин улыбается, словно понял мой немой ответ. Улыбка у него просто убийственная. Самоуверенный парень, осознающий, что любая женщина готова броситься к его ногам. Мужчина, с которым любая женщина будет ощущать себя в безопасности.

— Нет причин волноваться. Обещаю. Мы не сделаем ничего, что тебе не понравится.

Его лицо так близко… Он проводит пальцем по моей щеке. И продолжает смотреть на меня так, будто хочет прочитать каждую мысль в моей голове.

— Хорошо, — шепчу, сглатывая.

У меня кружится голова. По всему телу прокатывается волна неконтролируемой дрожи.

Слегка поворачиваю голову и с опаской смотрю на Стена. Он продолжает пить. Такими темпами он вряд ли скоро будет пригоден для секса, — проносится у меня в голове циничная мысль. Впрочем, я этому только рада. Я только Михаила хочу. Умираю от предвкушения. Между ног уже горячо и влажно, стоит только посмотреть на это совершенство.

И тут же пугаюсь своих рассуждений. Да, этот мужчина невероятно красив. Но раньше я за собой такой развратности не замечала…

— На постель, — произносит короткий приказ блондин и я вздрагиваю. Этот приказ напомнил мне что я игрушка для этих двоих. Должна выполнять их пожелания и не спорить. — Сними одежду.

Дрожащими руками развязываю халат, расстегиваю молнию корсета. На мне остается лишь полоска стрингов. Касаюсь их края…

— Их можешь оставить.

Михаил начинает резкими рывками снимать с себя одежду. Причем начинает с галстука, кусок черного шелка летит в мою сторону.

— О, надень его, детка. Себе на шею, — произносит заплетающимся голосом, сидящий в кресле Стен.

Вздрагиваю, но выполняю приказ. Теперь на мне стринги и галстук, ужасно провокационное сочетание. Поверит ли сейчас хоть кто-то, увидев меня, что я учительница в школе? За креслом, где сидит Стен, помимо бара, расположено зеркало во всю стену. Смотрю на свое отражение и у меня пересыхает в горле.

Хочется натянуть на себя простынь, чтобы прикрыть наготу.

Раздевшийся Михаил впивается в меня взглядом. Я же стыдливо опускаю глаза. Он снял даже трусы, и я успеваю мельком заметить его вздыбленный член, торчащий в мою сторону.

Михаил опускается коленом на постель, его ноздри раздуваются, челюсть будто окаменела от напряжения.

— Не надо прятаться, — произносит спокойно, но твердо, отводя мои руки в стороны. — Я хочу на тебя посмотреть.

Это приказ. Меня пробирает дрожь. Под пронизывающим взглядом Михаила я отвожу руки от груди.

— Ложись на спину. Я хочу видеть тебя целиком.

Мне становится страшно, хочется вскрикнуть, сказать, что мне не нравится, убежать. Я к такому не готова, это не мое! Всему виной одиночество, голод и импульсивное желание, проснувшиеся при виде красивого мужчины. И мечтой хотя бы на короткое время вырваться из опостылевшей реальности.

Но цена слишком высока. Как и риск. Никто не знает, где я сейчас, кроме единственной подруги, которая находится здесь же… Я целиком во власти этих двоих мужчин.

Во что я вляпалась? Вдруг они захотят сделать мне больно?

— Перестань думать. Сейчас это лишнее.

Ловлю на себе внимательный взгляд. Выражение лица блондина не позволяет угадать, о чем он думает или что затевает. Поворачиваю голову. Стен снял рубашку и брюки, сидит в трусах, в том же кресле, смотрит на нас…

Михаил хмурится, словно ему не понравилось, что я бегаю взглядом от одного к другому.

Облизываю сухие губы:

— Мне страшно.

Михаил вдруг порывисто подается ко мне, обхватывает обеими руками за шею, и приникает к моим губам. Жадный, влажный, горячий поцелуй. Закрываю глаза и растворяюсь в ощущениях, подчиняясь сильным рукам.

Его язык проникает мне в рот, принеся тепло и вкус страсти. Ощущение что воздух вокруг нас искрит. Михаил прижимает меня все теснее к себе. Мы целуемся до боли в губах.

Он смотрит на меня, и от прожигающе-бездонного взгляда у меня сбивается дыхание.

Михаил продолжает гладить мои плечи, наклоняется и целует сильно в шею, втягивая кожу, оставляя метку. И мне нравится это. Такое заявление прав на меня. Потому что хочу его. Чтобы его руки, его губы, познали мое тело. Чтобы он вошел в меня. Рядом с таким мужчиной женщина всегда чувствовала себя бы в безопасности. Я хочу принадлежать ему…

От силы нахлынувшего желания свело низ живота. Особенно, когда руки мужчины поднялись выше и сомкнулись вокруг моих грудей. Михаил трогает каждую, словно оценивая на вес, затем большими пальцами трет соски, заставляя их затвердеть, а меня — вскрикнуть от боли и наслаждения.

Михаил берет мою руку и кладет на свой член. Забываю про необходимость дышать,

Сосредотачиваюсь на ощущении какой он твердый, толстый и подрагивающий.

Михаил грубо опрокидывает меня на постель, одна рука властно ложится мне на ягодицы, а другая проникает между ног. Мое тело пытает, охваченное безумием. Состояние, которое испытываю в данный момент, невозможно описать. Это больше чем желание, больше чем похоть.

Потребность. Ошеломляющая, сводящая с ума.

— Черт, дружище, у меня ощущение, что я третий лишний. Ммм, но вам повезло, что я обожаю наблюдать. Согласен уступить тебе первую очередь, — доносится как сквозь вату голос Стена.

Замираю, услышав эти слова. Из горла Михаила вырывается глухое рычание, показывающее что он тоже забыл о друге.

— Дружище, не надо быть столь эгоистичным, — ворчливо произносит Стен. Я все равно попробую ее. Держу пари: ее рот такой же сладкий… И задница.

Михаил замирает. Чувствую, как он напряжен, налит яростью, что ощущаю в его руках.

На секунду меня пронзает страх — что если он сейчас откажется от меня, отдаст Стену?

И я начинаю гладить его тело, трогать, ласкать, чтобы отвлечь. У меня получается, внимание блондина снова сосредоточено на мне. В ответ он начинает гладить мои груди, живот, проводит ладонями по бедрам, словно изучая. Его прикосновения невыразимо приятны. Его ладони чуть шершавые, теплые. Прикосновения властные, но не грубые. Хочу, чтобы он вошел в меня, прямо сейчас. Мне это необходимо. Чтобы избавил от пустоты внутри, от страхов и холода одиночества. Почему у меня такое чувство что именно он может дать мне все это? Хочется протянуть ладонь и погладить его по щеке, чуть тронутой щетиной. Но не решаюсь.

Михаил одной рукой обхватывает мои ягодицы, чуть отодвигает в сторону стринги, другой рукой подводит член к влагалищу. Сердце ухает вниз, меня словно заносит в воздушную яму. Проходится по промежности горячей шелковой головкой, обтянутой презервативом, до клитора и назад, размазывая влагу. О да, много влаги, я мокрая от желания, дрожащая от предвкушения.

— Расслабься.

Когда Михаил вбивается в меня одним мощным толчком, вскрикиваю и зажмуриваюсь от потрясения. Несмотря на влагу и готовность, чувствую боль. Его размер великоват для меня, ощущение, будто на кол насадили. Поскуливаю от боли, цепляясь за его руки, безмолвно умоляя подождать, дать под него подстроиться.

— Блядь, какая ты тугая, — сквозь зубы цедит Михаил, до боли стискивая мои ягодицы. А я в этот момент думаю о том, что наверняка останутся синяки на память…

Он делает несколько глубоких медленных толчков, растягивая меня под свой размер, начинает двигаться во мне, и каждое движение приносит за собой горячие волны, разливающиеся по телу. Постепенно болезненные ощущения проходят, уступая наслаждению. Подаюсь ему навстречу, стараясь попасть в ритм. Я словно воспаряю, наслаждаясь ощущением наполненности, каждое движение усиливает накал внутри. Михаил замирает и выходит из меня, почти до конца, а потом сильным толчком загоняет член по максимуму.

— Скажи, если тебе будет больно, — наклоняется и кусает меня за шею, берется за галстук, и чуть стягивает его.

— Скажи, если тебе хорошо, — теперь в его голосе звучит насмешка. Внезапно он делает сильный шлепок по моему заду. Отпускает галстук, приподнимает меня за ягодицы, разводит мои ноги максимально широко в стороны, чтобы проникнуть еще глубже.

Всхлипываю. У меня нет сил сейчас выдавить ни слова.

— Скажи что-нибудь, маленькая.

— М-не хорошо, — все что получается прошептать.

Михаил плотно стискивает мои бедра, напрягаясь всем телом.

Он возобновляет свои осторожные движения, и с каждым толчком растет ощущение, что его член становился все больше. Невероятное чувство, когда мужчина наполняет тебя настолько плотно…

Дальнейшее для меня становится словно окутанным туманом. Оглушающего накала, взрывных эмоций так много, что я тону в них.

Михаил начинает двигаться жестко, по полной, вбиваться в таком бешеном темпе, что я теряюсь в своих ощущениях. Он словно выбивает из меня все мысли, оставляя пустой, и в то же время наполняет собой до края. Я меняюсь, превращаюсь в абсолютно другое существо, жадное, дикое и необузданное. Не могу думать ни о чем кроме наслаждения, что он мне дарит. Болезненно-удушающего, огненного.

— Малышка, — стонет мне в губы Михаил. — Ты так потрясающе трахаешься.

И продолжает вбиваться: быстро, резко, горячо.

— Хочу, чтобы мы кончили вместе…

Но я уже не властна над этим. Никогда не испытывала оргазма с мужчиной. Только наедине с собой, в ванной, под струей воды. Но то что мое тело познало сейчас — совершенно иной кайф. Запредельный.

Вскрикиваю. По телу разносятся тысячи пронзительных импульсов. Тело прошивает молния, каждая мышца сокращается, дрожит. Не могу себя контролировать, тело корчится в судорогах такой силы, что едва не выпускаю из себя член. Не получается быть неподвижной.

А толчки Михаила становятся лишь сильнее, он колотится в меня как бешеный поршень, продляя мой оргазм.

— Пожалуйста, — издаю хныкающий стон. — Сильнее.

Что за безумие заставляет меня шептать это? Сильнее просто некуда…

— Миш, девушке мало. Подбавь жару, — раздается совсем рядом. Распахиваю глаза. Над моим лицом еще один член. Стен тычет мне его в губы.

— Открой рот, детка. Черт, вот это мы выбрали, да? Горячая…

Миша не отвечает, сейчас его глаза закрыты, челюсти напряжены. Он выполняет мою просьбу и ускоряя темп вбивается быстрыми и глубокими толчками. Мотаю головой из стороны в сторону, чтобы помешать Стену засунуть свое хозяйство мне в рот.

Но мне трудно сопротивляться, в голове туман, теперь меня охватывает нега и безвольность.

Тело сотрясается от толчков Михаила, сильных и властных. Внутри нарастает новый пучок наслаждения, давление становится невыносимым. Горячая волна, поднимается выше, к животу, пронзает сердце и снова скручивается спиралью.

Поверить не могу — я сейчас снова кончу…

Извиваюсь всем телом, Миша больно сжимает мои ягодицы, его член двигается с бешеной скоростью, издавая оглушающе громкие, постыдно хлюпающие звуки. Скорость толчков возрастает, он безудержно толкает свой член во влагалище, сводя меня с ума.

В этот момент Стен тоже начинает содрогаться от оргазма, его ладонь ложится на мое лицо, большой палец проникает между губами. Его сперма заливает мне лицо, глаза, губы.

В этот момент меня пронзает вторая волна оргазма, еще более мощная и жгучая. Мы взрываемся одновременно с Михаилом. Сильнейшая судорога проносится по телу, разливается волшебное ощущение жара внутри. Михаил выходит из меня, стаскивает презерватив и продолжает поливать мои ягодицы раскаленной спермой.

Я не могу дышать, лицо залито, я пытаюсь хоть немного убрать сперму Стена руками. Он продолжает гладить мои губы и проникать пальцем глубоко в рот.

— Открой, — его голос неприятный, скрипучий. — Хочу трахнуть тебя в горло.

— Подожди, Стен. Она едва дышит.

— Я тоже хочу выебать сладкую сучку. У тебя она почти не кричала. Хочу ее крики. Ты слишком нежный.