Глава 16

Ольга

— Придурок, — бормочу сквозь улыбку, открыв видео.

Склоняю голову набок и залипаю, глядя на то, как широкая, напряженная ладонь скользит по увитому тугими канатами вен члену. Красная головка блестит от смазки, а ствол настолько твердый, что кажется каменным. Сглатываю накопившуюся слюну и чувствую, как между ног пульсирует. Там горячо и мокро. Но черта с два я повторю подвиг Дениса и стану мастурбировать, а тем более, на камеру.

Когда видео заканчивается, я откладываю телефон и упираюсь затылком в спинку дивана. Книга отброшена в сторону и под действием легкого ветерка, летящего из открытого окна, страницы, шурша, переворачиваются. Судорожно втягиваю ноздрями воздух, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.

Подняв с колен телефон, зачем-то сохраняю видео в запароленную папку, а потом пишу Денису сообщение.

Фея: “Фу”

Денис: “Подрочила, посмотрев видео, а теперь фу?”

Фея: “Девочки не дрочат”

Денис: “Ага. И принцессы не пукают”

Отправляю ему зеленый смайлик, который в полной мере должен выражать мое отношение к его сообщениям. “Должен” — ключевое слово. Но не выражает. Мне нравится откровенность и искренность Дениса. Он говорит то, что думает. Выражает чувства и желания. Не мнется, не корчит из себя того, кем не является. Пошляк, вульгарность которого мне полностью импонирует.

Денис: “Что молчишь?”

Фея: “Бегала к унитазу, меня вырвало”

Денис: Ты уже успела залететь от меня?”

Фея: “Я уже успела устать от тебя”

Денис: “Зараза”

Послав ему смайлик, показывающий язык, блокирую телефон и, откинувшись на спинку, прикрываю глаза. На губах блаженная улыбка, а в паху — пожарище. Но я не делаю ничего, чтобы погасить его. Мне нравится ощущение постоянного возбуждения, не ослабевающее с тех пор, как я связалась с Громовым. Он как будто постоянно поддерживает огонь в камине, чтобы я не замерзла. Но с таким, как он, замерзнуть вообще не грозит. Главное не влюбиться, чтобы потом не разрываться на части от боли.

Вечером перед сном намазываю руки кремом, косясь на телефон, лежащий на тумбочке. Я буду читать. Не буду снова смотреть то, что и так просмотрела трижды за этот вечер. Нет, я вообще буду спать!

Приняв серьезное решение, выключаю свет и устраиваюсь под одеялом. Взбиваю подушки, укрываюсь по шею. Мне жарко. Стягиваю одеяло до пояса, переворачиваюсь на живот, снова взбиваю подушки. Кручусь, как белка в колесе, вместо того, чтобы уснуть сладким сном. Перед глазами невозможный Громов. Ужасный Громов. Навязчивый Громов. На самом деле все эти эпитеты я придумала только что, желая убедить себя в том, что не хочу снова и снова смотреть на Дениса. Не важно, в каком виде. То ли только на его руку, скользящую по стволу, то ли в эти невероятные глаза со смешинками в глубине.

С психом переворачиваюсь на спину и пялюсь в темноту. А потом… Я не помню, как в моих руках оказывается телефон, и вот уже пальцы вводят пароль для секретной папки. Открываю видео, и в тишине комнаты раздаются хлюпающие звуки и тяжелое дыхание. Все мое тело сводит от желания, и я сжимаю бедра, крепко вцепившись пальцами в гаджет. Они и так живут собственной жизнью, не хватало еще, чтобы полезли под резинку шелковых шортиков туда, где все пылает от желания.

Досмотрев видео до конца, откладываю телефон и делаю пару жадных глотков воды из стоящего на тумбочке стакана. Утолив жажду, переворачиваюсь на бок и, засунув руки под подушку, закрываю глаза. Сердце наконец замедляет ритм, и я проваливаюсь в сон.

Всю ночь плаваю в эротических фантазиях. Слышу голос Дениса, его тяжелое дыхание, повсюду чувствую его руки и губы. Язык в тех местах, где больше всего хочется. Тяжесть в груди от того, как он наваливается на меня своим крупным телом. Перекрытое его большой ладонью дыхание. Сердце то срывается в галоп, заставляя меня задыхаться, то успокаивается, когда во сне Денис дает мне передышку. Я дрейфую во всем этом, плохо понимая, сон это или реальность.

Медленно выныриваю из горячих сновидений, чувствуя пульсацию между ног. Шелковая пижама насквозь мокрая, дыхание сбито, бедра крепко сжаты. Еще не до конца проснувшись, открываю видео и, держа телефон одной рукой, второй ныряю под резинку шортиков.

Между ног мокро. Все припухло и болит от неутоленного желания. Как только пальцы ложатся на клитор, назад дороги нет. По мере того, как ускоряется рука Дениса, мои пальцы торопятся поймать этот ритм, и уже через несколько минут я кончаю вместе с тем, как у Громова трясется камера, а сперма выстреливает на живот.

Откинув телефон в сторону, складываю руки на одеяле и, закрыв глаза, дышу. И дышу. И дышу. А потом снова проваливаюсь в сон, но уже, к счастью, без сновидений.

После полудня я вхожу в салон свадебных платьев. Мы с мамой Дениса договорились, что сначала я пройдусь по нескольким и отберу те, которые мне нравятся, чтобы не таскать ее с собой. А после, когда пойму, в каком салоне лучшие платья, мы пойдем туда вместе и выберем то самое. Татьяна Владимировна предлагала пошить платье на заказ, но я отказалась. Сейчас столько красивых моделей, есть из чего выбрать.

Но я не просто так договорилась с ней о том, чтобы сначала изучить ассортимент самостоятельно. Обходя уже третий салон за день, я представляю себе, что пришла со своей мамой. Примеряя платья, я как будто мысленно спрашиваю ее мнение, и она отвечает мне. Знаю, что мамы рядом нет, и уже никогда не будет. Так что я просто стараюсь увидеть себя в зеркале ее глазами. Пару раз плачу в примерочных. Тихо, беззвучно лью слезы, которые немного освобождают и уменьшают мою боль.

Стоя в примерочной, я, склонив голову набок, оценивающе смотрю на платье с пышной юбкой. Думаю, стоит ли вообще в нем идти в зал с большим зеркалом, потому что что-то меня в этом наряде смущает. Все же решаю посмотреть на себя со всех сторон и топаю туда, шурша юбками. В тот момент, когда встаю на небольшой подиум, звонит мой телефон, и услужливая консультант несется ко мне с моей сумочкой.

Достав аппарат, улыбаюсь и сразу отвечаю на звонок.

— Ты и дня без меня не можешь прожить.

— Куда я без своей Феи? — спрашивает Денис. — Как дела?

— Все в порядке, — отвечаю, задумчиво пялясь в зеркало. — Меряю свадебные платья.

— Ух ты! Скинь адрес, я тоже хочу посмотреть. А у них большие примерочные? Двое там поместятся?

Я смеюсь. Он снова делает это. Покоряет меня своей беззаботностью, легкостью, флиртом. Как же легко слова соскальзывают с его умелого языка! Как точно он бьет ими в самое сердце. Или не в сердце. В голове красными лампочками вспыхивает слово “опасность”. Денис — это и есть опасность. В него слишком легко влюбиться. Мне кажется, это может произойти настолько естественно, что я даже не замечу. Так что надо постоянно быть начеку.

— Не скажу.

— Зря. Я мог бы скрасить твой день. Может, пообедаем вместе? Скажем, через час.

Прикусив губу, на секунду задумываюсь, а потом соглашаюсь.

— Давай.

— Ресторан “Dolce Vita” в центре. Была там?

— Еще нет.

— Тебе понравится. Может, тебя нужно забрать?

— Нет, я на машине, спасибо.

— Тогда до встречи, Фея.

Я прерываю звонок и, качнув головой, даю понять консультанту, что платье не понравилось, а затем возвращаюсь в примерочную. Переодеваюсь в свою одежду и, поколебавшись ровно секунду, стягиваю трусики, прячу их в сумочку, а потом поправляю подол легкого платья в пол. Хихикаю над своим бунтом. Спать с Денисом я не буду, но осознание того, что, пока он будет уплетать обед, я буду сидеть с голой промежностью, добавляет мне вдохновения.