39 глава

Яна

Услышав слова об аварии, я не сдержала громкого всхлипа, На мои глаза навернулись слезы, сердце сжалось от страха до размера горошины, и я затаив дыхание, слушала ее голос:

— Нет, он жив — заверяла она. — Просто просил не говорить тебе пока ничего. Я сама случайно услышала их разговор с Вадимом. Адрес больницы я скину тебе в смс. Только не переживай, хорошо? С ним все будет в порядке. Рома, правда, будет мне потом вычитывать за эту самодеятельность, но я прекрасно тебя понимаю… Если бы с Вадимом случилось нечто подобное и он исчез, я бы тоже подняла всех на уши.

— Как это случилось, с ним что-то серьёзное? — не зря моё сердце было не на месте. Ну не могло все быть на столько хорошо…

— Не справился с управлением. Ушибы, сломаны ребра и сотрясение головного мозга.

С появлением мужчины в моей жизни я стала чересчур сентиментальна. Он значил для меня так много, но поняла я это только сейчас.

— Спасибо, — прошептала, глотая огромный ком в горле. Грудь с левой стороны прострелила сильная боль и я не смогла сдержать потока слез. Словно во мне был тонный запас солёной воды.

Оля скинула мне адрес, и я наплевав на встречу со следователем и вообще наплевав на все, вызывала такси и поехала в больницу. Я хотела его увидеть, убедиться, что ничего страшного с ним не произошло. Узнать почему он мне не позвонил и ничего не сказал, и зачем отключил телефон или таким образом он пытался дать мне понять, что это конец и он наигрался? Или что я сильно задела его своим недоверием? Но вчера я не могла поступить иначе. Даже сейчас вспоминая те ужасные сцены избиения Дениса в голове не укладывалось, что так правдоподобно можно сыграть боль. А может быть все эти проблемы и разборки с бывшим мужем Смолову осточертели? И если да, то пусть скажет мне это в лицо. Я уйду и оставлю его в покое.

Машина притормозила у высокого здания. Я расплатилась с водителем такси и вышла на улицу, не чувствуя никакой опоры под ногами. Внутри меня сомнений образовался огромный вал и я несмотря на то, что буквально ещё позавчера говорила Роме, что ничего не хочу от него и называла его чудовищем, безумно любила. Но только почему люди всегда осознают это с большим опозданием?

Получила пропуск и узнав в какой палате лежит мужчина, поднялась на пятый этаж. В нерешительности замерла перед дверью, ощущая скованность и страх увидеть сейчас нечто ужасное, а богатое воображение лишь подливало масла в огонь. Я тихо приоткрыла дверь и вошла. Рома лежал на кровати с закрытыми глазами, часто и поверхностно дышал. Его грудь была обмотана бинтами, а руки и плечи были в ужасных синих кровоподтеках.

Я приблизилась и коснулась пальцами его лица. Он выглядел таким бедным и уставшим, что сердце снова прострелила сильная боль и закружилась голова. Но теперь уже от страха за его жизнь. Я никогда еще не видела его таким…

Рома дернулся на мое лёгкое прикосновение и открыл глаза. Сосредоточил на мне взгляд и его лицо помрачнело, он недовольно свел брови. Оперся руками об кровать и немного приподнялся, занимая полусидячее положение.

— Оля? — грустно ухмыльнулся он, произнеся всего одно слово, которое отозвалось новой вспышкой боли.

Я смотрела на него и просто мечтала обнять и прижаться к нему, но боялась доставить ему дискомфорт и новую боль. Рома смотрел на меня затуманенным взглядом, наверно его порядочно обкололи обезболивающими препаратами, но я впервые видела его таким слабым и разбитым. На его лбу и щеках виднелись свежие ссадины. Мне хотелось прикоснуться к этим отметинам и забрать часть его боли и слабости себе. Хотя на счёт слабости я погорячилась. Потому что и так едва стояла на ногах, а лишние крупицы волнения могли и вовсе сбить меня с ног. Лишь ради него держалась из последних сил.

— Я бы все равно узнала, думаешь что ты один настойчивый упрямец? — не знаю откуда вдруг взялась эта решимость, но мой голос прозвучал бойко и уверенно.

— О да, я в этом почти не сомневался, — холодная и отстраненная улыбка мелькнула на его губах и он немного расслабился.

— Почему ты не мне ничего не сообщил? Я звонила тебе вчера весь вечер. И приезжала к тебе домой, — я чувствовала эту бездну отчуждения в его взгляде, будто он охладел ко мне.

Он намерено ничего не сказал, потому что ему было все равно? Или я настолько привыкла к его вниманию и заботе, что теперь, увидев безразличие в его глазах, ощутила укол разочарования. Как обычно наступает, когда живёшь какое-то время в построенной иллюзии. Но я ничего не строила, он сам появился в моей жизни тогда, когда я меньше всего ждала новшеств и отношений. Но может быть он не хотел, чтобы я видела его в таком состоянии?

— Я ничего не сказал тебе и не говорил никому, потому что на то у меня были и есть важные причины. Ты напрасно волновалась, со мной все в порядке.

— В порядке? — мой голос дрогнул, мне захотелось хорошенько его встряхнуть, чтобы вернулся прежний Рома.

— Извини, не смогу оправдать твоих ожиданий, — вдруг серьёзно сказал мужчина, заметив как потухли мои глаза.

Замерла, глядя на него не понимая о чем он говорил и за что просил прощения. Пытался донести до меня, что пришла пора моей отставки?

— Я знаю о каждом твоём шаге со вчерашнего дня. За тобой ходит охранник, которого я успел нанять до аварии. Я ничего не сказал тебе, потому что авария, которая вчера случилась — не случайность, у меня были неисправны тормоза. И я предполагаю кто бы это мог спланировать.

Я окончательно запуталась в его словах и поведении. Он намекал, что Денис был причастен к этой аварии? И если это так, то необходимо рассказать следователю. Или был причастен другой человек?

— Твой бывший муж подстроил вчера не только свои побои, но и каким-то образом повредил тормоза на моей машине. Я в этом практически уверен. Я не смогу оставить этого всего просто так. Ты просила меня не доводить дело до полиции, но я не привык прогибаться под ситуации и отморозков, которые калечат жизни другим людям. У него окончательно сорвало крышу на фоне ревности, он больше не отдаёт отчёта своим действиям…

— У меня сегодня назначена встреча у следователя, мне звонили вчера по поводу избиения Дениса. Он подал заявление, — предупредила я Рому.

— Яна, он врач. Побои были нанесены, но вероятно в лёгкой форме, а он прекрасно сыграл свою роль, разыграв перед тобой шоу. А по поводу аварии… Не знаю больше ни одного человека, кому бы ещё понадобилось это сделать. Моя машина сейчас на экспертизе. Этим вопросом и вчерашней сценой у твоего дома во всю занимаются мои юристы. Хочешь ты того или нет, но этот подонок отправится в тюрьму.

Рома был таким отчужденным, потому что решился на возмездие, и думал, что оттолкнет меня подобным решением и смелыми действиями? Я смотрела большими глазами на изувеченного любимого человека, и сама была готова покалечить Дениса, и как минимум попросить для него пожизненный срок, чтобы не видеть до конца своих дней. Сколько можно строить козни? Пора это было все прекратить! И если Рома собирался действовать радикальными способами, мне это знать необязательно, достаточно того, что я перенесла сама и видела перед собой тело мужчины, которое было похоже на один большой синяк.

— Я не хотел, чтобы ты переживала, а провела спокойно вечер с отцом. Знал, что ты примчишься ко мне, но вчера мне было плохо и не до визитов, — его слова почему-то задевали и причиняли боль. Когда мне было плохо он был рядом и не спрашивал меня хочу ли я его присутствия или нет.

— Зачем ты сейчас отталкиваешь меня?

— Затем, что я не буду мириться с данным положением дел. Характер и темперамент у меня не тот. Я не насильник, не садист, и слишком трепетно отношусь к тебе, чтобы причинять боль. Но в данный момент времени именно ее я и буду тебе причинять, пока не уничтожу этого человека. Я буду решать этот вопрос основательно и мои методы тебе могут не понравиться. Возможно ты прожила с этим человеком много времени и что-то чувствуешь к нему, жалость или не знаю что. Но я кроме отвращения и ненависти ничего не ощущаю. И собираюсь быть тем самым чудовищем, каким ты меня недавно назвала. Я чудом остался жив, но спровоцировал аварию на дороге, в который пострадали несколько человек…

— Они живы? — мне казалось, что больнее и тяжелее в груди быть просто уже не может, но я ошибалась.

— Да, они живы и я оплачу им лечение и восстановление, но автоматически тоже становлюсь преступником. Проблема в другом. Я не готов идти на поводу твоих чувств жалости. Это все зашло слишком далеко и человек получит наказание за все свои козни. За ту попытку тебя изнасиловать, за то недавнее шоу с побоями у твоего дома, чтобы очернить мою репутацию, за порчу чужого имущества…

— Ты не давал о себе знать, думая… что я разочаруюсь в тебе потому что ты посадишь за решётку моего бывшего мужа? — недоумевала я, но кажется поняла, что он пытался до меня донести.

— Обязательно посажу, будешь ты против или нет, — заверил он меня. — И если он ещё хоть на шаг приблизится к тебе… — покачал головой из стороны в сторону и поглядел на меня тяжелым и мрачным взглядом. — Олег, охранник, что теперь будет временно рядом с тобой, сделает с ним все то, что он недавно инициировал.

Я присела на край кровати и взяла Рому за руку. Нет, это было не отчуждение с его стороны, он просто собирался отойти в сторону и позволить мне сделать выбор. Он все уже и так решил, но понимал, что за меня решить ничего не сможет. Ещё позавчера, когда ушёл из моей квартиры он решился покончить со всеми недоразумениями, что учинял Денис. Поэтому он и не остался. Он видел мои сомнения и просто не хотел давить. Но зачем отталкивать? Я теперь пойду с ним до самого конца. Денис чужой для меня человек, ошибка, превратившаяся в зверя, который калечил людей. Зная характер Ромы, я понимала, что он действительно прикладывал много усилий, чтобы не отплатить моему бывшему мужу его же монетами. Прямо хоть сейчас он мог перебить тому хребет, сделав инвалидом до конца дней.

Я потянулась рукой к мужскому лицу и слегка коснулась края ссадин и розовых отметин, провела пальцами по скулам.

— Кажется ты лучшее, что могло случиться со мной в этой жизни. Ты переживаешь о моих чувствах, когда я бы уже прижала этого мерзавца к стене и… — осеклась, заметив в его глазах привычный огонь. — Если бы с тобой что-то случилось я сама бы его убила! Это мне нужно просить прощения, что не верила тебе…

Рома судорожно вздохнул. Я даже не представляла какую боль он испытывал со сломанными ребрами. Наверное он был под действием сильного обезболивающего.

— Звучит так, словно ты даёшь команду «Фас»…

— Я тебя люблю, — призналась я наконец ему в своих чувствах и прижалась губами к его сухим губам. Отстранилась и заглянула в его растерянные глаза. — Так звучит понятнее?

Закусила губу и слегка улыбнулась, смотря на мужчину, который даже лежа в больнице на кровати весь перебинтованный и покалеченный пытался быть несгибаемым и решительным. Рома притянул меня к себе и слегка морщась от боли, выдохнул мне в рот:

— Повтори.

— Я люблю тебя. И ты прав, мы с тобой два упрямца. Уверена ты бы тоже нашёл меня, додумайся я до такой глупости. Я чуть с ума не сошла вчера от волнения. А мне может быть скоро уже будет нельзя переживать… Я столько всего передумала! Мне плевать на Дениса и что ты с ним делаешь. Он заслуживает наказания.

— Любишь? — спросил он. — Чем докажешь?

— Ну… — я задумалась на секунду. — Хочешь я выброшу насовсем свои противозачаточные таблетки? — в глазах мужчины отразилось непонимание, а потом догадка озарила его лицо.

— Моих денег хватит заделать тебе футбольную команду, а потом вывести ее на мировой уровень, — улыбнулся он и слегка закашлялся, скривив лицо. Я смотрела на него, ощущая себя так, словно парила в невесомости.

— А здоровья тебе хватит? — слабо улыбнулась, чувствуя что прежний Рома вернулся, а между нами кажется не осталось недоговоренностей.

— Пока не уверен, но врачи работают над моей реставрацией. Благо обошлось без капитального ремонта.

— Да, — согласилась я и грустно ухмыльнулась. — Вижу тебе даже хватает сил шутить…

— Яна, доверие очень тонкая вещь. Особенно доверие человека, которого уже однажды обманули и растоптали, — я поняла что он говорил сейчас про меня. — Я не силен в этих вопросах и делах, но моя мать один раз обжегшись, всю жизнь прожила одна. Твой характер… — он слегка улыбнулся и снова закашлялся, — чем-то похож на ее. Ты мягкая, нежная, но упертая просто ужас. Тебя нельзя сломать или прогнуть под себя, с тобой можно только быть союзником. И в отличии от твоего бывшего мужа мне потребовалось нескольких встреч, чтобы это понять. Я на многое готов ради любимого человека, но как и ты не готов мириться с жестоким обращением. Даже зная, что ты могла бы быть против, а твои чувств задеты, я бы не смог пойти в этот раз у тебя на поводу. В чем-то я такое же животное, как и твой бывший муж. Потому что…

— Нет, Рома. Это не так! Я возможно сильно обидела тебя в последнюю нашу встречу своим недоверием и тем, что не пускала тебя на порог, но… меня словно вырвали с райских облаков, и сбросили в кипящий котёл хаоса и боли. Я лишь наутро поняла, как сильно ошиблась на твой счет…

— Иди ко мне, — он подвинулся, освобождая для меня немного места.

Я прилегла рядом, но по-прежнему боялась к нему прикоснуться и доставить не аккуратным движением боль. Он слегка приобнял меня и втянул носом запах моих волос.

— Я все решу, кудрявая. Не переживай. Главное, что ты любишь меня. Ведь любишь?

— Люблю, — не хватит слов, чтобы выразить ему как сильно я его люблю, но он ведь и так все чувствовал? Не мог не ощущать этого безумного сердцебиения, под своей рукой, что расположилась прямо под моим сердцем, словно он держал его в своих руках…