Глава 20 — Истерика

Разбирая на работе новые книги стараюсь не думать о том, что произошло утром. Если об этом подумать чуть глубже можно поехать крышей. Я должна сказать Стасу что произошло? Чем это закончится страшно представить. Мои щеки горят, а тело до сих пор ватное…

Внутренности словно сжаты в чей-то огромный кулак. И с утра не лезет ни крошки в горло. Даже мой повторно заваренный кофе опять остыл.

На двери звякает колокольчик.

— Добрый день! Доставка.

Быстренько разбираюсь с курьером. Сердце уже даже не колотится, он пульсирует во всю грудную клетку. Ну конечно это опять от него.

Маленькая коробочка, в ней… еще одна — бархатная для драгоценностей. Серебристая, продолговатая. Открываю. Двухъярусная золотая цепочка, на нижней нити кулон в виде стилизованного глаза с крупной черной жемчужиной вместо зрачка.

Это что презент за утреннее «представление»?!

Приехали…

Мои руки опускаются, я сажусь на стул. Умываю ладонями лицо.

Нет. Так не будет! Я так не готова!

Бросаю на работе всё недоделанным, замыкаю. Забегаю в банк и быстро оформляю кредитную карту. Снимаю деньги. Сразу столько, чтобы отдать Петру и еще те, что мне дала Арина в конверте после кастинга, плюс, что оставила она от него тогда у меня дома после погрома.

Мои губы сжимаются и немеют.

Я залетаю домой. Скидываю пальто, сапоги, бросая все как попало в прихожей.

— Где твои камеры? — оглядываюсь я.

Захожу в спальню.

— Я точно знаю, что здесь ты меня прекрасно видишь и слышишь! Так вот… — делаю вдох поглубже перед тирадой.

Голос предательски дрожит.

— Я тебе не проститутка! То, что случилось утром было неосознанно! Это было сделано не для тебя!!! Я хочу вернуть все деньги! — Выкладываю на комод шестьдесят тысяч. — И те, которые за кастинг в том числе. И вот это тоже забирай! И я сожалею, что принимала от тебя подарки! Если бы я могла, вернула бы и их! Скажи мне, как вернуть это всё и исчезни из моей жизни!

Теперь дрожит не только голос. Меня всю трясет. От обиды жжет глаза и в носу.

Не смей рыдать! — сжимаюсь я изнутри.

— Давай, черт возьми! Просто скинь мне смс с каким-нибудь адресом, куда можно это все отправить! Или любой номер телефона, куда я смогу отправить код от ячейки хранения!

Мой телефон молчит.

— Не хочешь?! Ладно! Тогда я положу это все в ячейку и скину пароль на телефон Арине. И я буду считать, что все вернула! Мне о тебя ничего не надо! И камер сегодня уже не будет. Я вызову какую-нибудь службу, чтобы они нашли их. Иди к черту!!

Мои крики отбирают последние силы. Ложась на стену спиной, съезжаю по ней вниз. Юбка задирается, обнажая колени. Натягиваю ее обратно, обнимая себя за них. Ложусь щекой и закрываю глаза.

Оставьте меня все в покое…

Телефон звонит. Это он. Не могу найти в себе сил встать и ответить. И он звонит и звонит. А потом звонит опять.

Игнорирую.

Когда ноги затекают, встаю и пошатываясь иду на кухню. Выпиваю воды, делаю несколько глубоких вдохов.

У него наверняка есть записи. Он может попытаться шантажировать меня ими. Он может сделать их публичными…

От этого горит в горле и темнеет в глазах. Но так вот вышло и надо это будет пережить. Пусть делает. Ни на какие условия я не пойду. Противно…

Слышу, как мой телефон звонит опять. Беру себя в руки и иду к нему.

— Да?

Не хочу, чтобы он видел моё лицо сейчас, мои эмоции. Отворачиваюсь к стене.

— Всё сказала? — в его голосе я слышу стальные нотки.

— Всё.

— Это было моё извинение за то, что я пообещал тебе решить проблему с твоими вещами и не смог. Цепочку с кулоном увы не вернуть. И я счел правильным подарить тебе другую, чтобы сдержать своё слово.

Ооо… Черт!

Мы молчим, молчание затягивается.

— Это никак не связанно с тем, что произошло утром, — добавляет он. — За это я расплатился как обещал — именем. Но хотелось бы пояснить, что в виду я имел несколько другое.

— Ну извини! — возмущенно выдавливаю я из себя.

— Извиняю.

Его голос тяжелеет еще сильнее, хотя казалось бы — куда уже?

— Я тебе твою истерику извиняю. А сейчас успокойся. Не надо ничего делать. Тебя никто не пытается унизить, обидеть или как-то задеть. И я тебя не покупаю. Я забочусь о тебе. Разве это не считывается?

Я сглатываю ком в горле. Мне становиться неловко за мои крики. Мне стыдно перед моим сталкером. Не за утро, когда Стас меня взял у него на глазах!! За то, что посмела придать такие оттенки его действиям. И это уже реальная психиатрия!

— В душ. Сладкий чай с молоком. Успокоительное. И спать. Поняла?

— Поняла… — бормочу я.

— У тебя есть успокоительное или мне прислать?

— Есть.

— Хорошо. И еще. Ты не замкнула дверь. Замкни.

Иду в прихожую, дверь закрыта, но действительно на эмоциях забыла повернуть замок.

— Откуда ты знаешь??

— Там датчик. Я знаю, когда замок открывается и закрывается. Для твоей безопасности. Не думай об этом.

— Хорошо, — опускаются мои плечи.

— Когда ляжешь в кровать, я тебе перезвоню.

Скидывает вызов.

Нормально…

Но я иду как послушная кукла в душ и это именно то, что мне надо! Смыть это все напряжение и гадливость от того, что я себе навоображала.

И чай с молоком тоже очень-очень хорошо! Выпиваю ложку успокоительного сиропа и иду в кровать. Я слишком послушна? Но зачем сопротивляться, если мне нужно сейчас именно это?

Опускаю жалюзи, задергиваю шторы. В комнате полумрак.

Закрываюсь одеялом. На подушке рядом телефон. Звонок.

Молча нажимаю на «принять вызов».

— Закрой глаза… — голос опять спокоен и проникновенен.

Мои веки захлопываются. Мне уютно и спокойно.

— Саша… не огорчай меня так больше… не защищайся от меня. Я — не угроза.

И я расслабляюсь полностью, уплывая куда-то внутрь себя. Зависаю на границе сна.

— Одно признание, моя девочка… Скажи мне… Что тебе снилось утром?.. Ведь ты же спала в тот момент… Почти до самого конца… Что тебе снилось?…

— Голос… — бормочу я.

— Что он говорил?

Что же он говорил? — плаваю я в полудреме.

Реальность смешивается со сном. И опять все наполняется голосом, запахом.

— Что же он тебе говорил?…

— «Поиграй со мной…»

— Ты сама чудесная на свете девочка… спи…