Глава 16. Взлеты и падения
– Как успехи, Эхения? – незаметно нарисовался в холле и сам граф. – Я так понимаю, открытие пока откладывается? Просто заметил инспектора Эривентера, очень въедливый и непреклонный тип…
– Отчего же, – обернулась я к нему с обольстительной улыбкой. – Ты просто пришел раньше остальных, а открытие состоится, как и намечено.
– То есть… – недоуменно тряхнул он каштановым хвостиком. – В отеле все в порядке? Инспектор разрешил?
– Все в по-олном порядке, – пропела я, подойдя к нему ближе.
– Эхения, я просто, кажется, забыл сказать тебе… – он вдруг занервничал, хотя явился сюда очень уверенным в себе. – Ежегодная аренда земли, на которой стоит отель, истекла на днях, мне потому и удалось выбить у прежнего владельца существенную скидку: он не хотел тратиться на нее перед продажей.
– С этим проблем нет, – промурлыкала я, поддев пуговицу на его костюме. – А еще ты забыл сказать, что дело не поставлено на налоговый учет, просрочены все мыслимые договора и не уплачено ни одной пошлины.
– Это все есть в представленной документации, – попытался оправдаться он.
– Запрятанное так, что простой человек полгода разбираться будет, прежде чем найдет. Значит, очень не хочется проигрывать, Рейн? – приблизилась я к нему почти вплотную. – И, кстати, зря ты так про инспектора – он очень… очень понимающий мужчина…
Арранис шумно сглотнул.
– А, так вот как ты решила этот вопрос, – предпринял он последнюю попытку сохранить лицо. – Да, Триалес был прав, женские чары могут покрыть недостаток опыта в таких делах…
Я запустила руку под его пиджак, томно провела по груди, плотно обтянутой рубашкой, и закусила демонстративно губу, не разрывая взгляд. Рейнмар замер, перестав дышать, а под моей ладонью учащенно забилось сердце.
– Я даже не знаю, что больнее ударит по твоей самоуверенности, Рейн, – прошептала ему я, почти касаясь губами его рта. – Пощечина за это оскорбительное предположение или то, что ты не получишь поцелуя, на который почему-то, похоже, сейчас рассчитываешь… Потому что под эти пресловутые женские чары сейчас прогибаешься именно ты.
Я резко отстранилась от него, и Рейнмар, к своему последующему смущению, подался за мной следом. Что и следовало доказать.
– А на инспекторе чары я использовала совсем другие, – бодро и весело добавила я. – В виде продленной вовремя аренды и правильно оформленных бумаг. Потому что у меня все под контролем. Ну и так, взяла кое-чем другим… Ты, например, знаешь, что в отеле «Гранд-Терра» постояльцам и посетителям ресторана теперь предлагается эксклюзивный коктейль «Эжени́»? Как говорит Санечка, «искристое Арраниса без коньяка – деньги на ветер».
Граф еще пару секунд приходил в себя и наконец опомнился.
– Ты не можешь использовать мой «Лё гу де бонёр» для собственного успеха!
– Очень даже могу. В конце концов, это ведь твой отель и твой будущий успех. И я скрывать это не намерена. Да что там, именно твою репутацию я теперь буду использовать и в хвост, и в гриву. Пусть у меня нет таких обширных деловых связей, как у тебя, зато у меня есть… сам ты. Кстати, спасибо, что пришел, твое присутствие на открытии придаст отелю нужный флер надежности и успеха.
– Ты!.. – сверкнул он глазами. – Ты...
И добавил что-то совсем немыслимое, внезапно рассмеявшись:
– А ты хороша, Эхения!
Я послала ему воздушный поцелуй и отправилась в последний обход перед открытием. Рейнмар, ведомый любопытством, пошел за мной следом.
Еще накануне мы в переписке основательно поспорили о том, могу ли я приглашать его величество на открытие отеля. Рейн упирал на то, что присутствие Триалеса сыграет мне на руку, а это противоречило бы его обещанию не вмешиваться в спор. Я ссылалась на то, что через месяц отель все равно вернется к Арранису, и упускать такую рекламу никак нельзя. В конце концов, оставили это на усмотрение самого короля.
– Очень интересное решение, – хмыкнул граф на перестроенную буквально за ночь из парикмахерской зоо-гостиницу.
Сложнее было снести прежнюю начинку, чем постелить в уже пустом помещении ковровое покрытие, расставить лежанки и закрытые боксы, сделать зоны кормежки и отдыха. У помещения было два выхода – в фойе отеля и непосредственно на улицу. Кошек в Шенлине не знали, так что постояльцами по большей части представлялись собаки. Хуршед вздохнул, но вызвался отвечать за питомцев, если таковые появятся. Ножницы, расчески и прочее также попросил не выкидывать, для собак тоже сгодятся. Всяким приходилось заниматься, признался он.
– Кстати, Эхения, я уже несколько дней не видел Йевана и Александера. Ты случайно не знаешь, где они?
– Знаю, конечно. Занимаются новым лучшим рестораном в Шенлине. Пойдем, кухню покажу.
Завидев братьев, заканчивавших последние приготовления к открытию ресторана, Рейнмар просветлел лицом и подошел к ним.
– Так вот Вы где! Лансет уже закончил с подвеской, я хотел спросить…
– Не-не-не, – встряла я между братьями и графом. – Если спросить, то в нашем отеле действует единственный в Арсандисе консультационный центр по магбилям. Будешь арендовать переговорную или Охотничий зал? Рекомендую последний, он дороже, но там напитки и закуски входят в стоимость.
– Какая аренда? – не понял Арранис. – Я лишь хотел уточнить у Йевана насчет охлаждающих жидкостей, это две минуты.
– Минимальный тариф – один час. Триста эйрат аренда зала, двести консультация.
– Это грабеж! – возмутился граф.
– Это лучшее предложение на рынке! – не согласилась я. – А три часа будут с хорошей скидкой.
– Так оно просто единственное, а не лучшее! Других таких специалистов ведь нет!
– Во-оот! – подняла я значительно вверх указательный палец. – Кровожадный оскал монополизма во всей красе. Так что, Охотничий? Наличными будешь платить или чеком?
Рейнмар сверкнул от негодования глазами и поискал поддержки у братьев, но те лишь развели руками.
– Мы люди подневольные, Ренатик. Как начальство скажет, – давили они улыбки на якобы скорбных лицах.
– Я подумаю, – с недобрым прищуром уставился на меня граф.
– Думай быстрее, у ребят скоро отбоя от посетителей ресторана не будет и цены на их время резко взлетят…
– Ладно, один час, – чуть не прорычал граф. – В переговорной комнате.
– Увы, она сейчас занята, остался только Охотничий, – я вовсю отыгрывалась на нем за подставу.
– Да кем она может быть занята, отель еще даже не открылся!
– Мной, – я улыбалась во все зубы, не скрывая ехидства. – У меня планерка с мансами.
– Боги-многие... Хорошо, Охотничий!
– Прекрасный выбор! – энергично пожала я ему руку. – Рады приветствовать в «Гранд-Терре»! Виллис, проводите нашего первого гостя на рецепцию, оформите, как полагается. И выдайте ему карту постоянного посетителя, думаю, его сиятельству еще пригодится.
Я лично проследила за тем, как взбешенный Арранис выписал первый чек в кассу отеля. И помахала им перед своим носом – тисненый квиток явно пах победой.
16.2
Ровно в полдень импозантный швейцар распахнул двери отеля для всех желающих. И таких оказалось немало благодаря бурной деятельности нашего рекламщика Вели. Не последнюю роль в этом сыграл необычный водный декор на фасаде здания и кричащая растяжка над входом об открытии.
Герцоги, Фелисберта под ручку с Лансетом и мэтр Оркан с супругой пришли первыми меня поддержать. Среди других гостей, подозреваю, было немало конкурентов, решивших прощупать почву – слишком уж въедливо они оценивали каждый уголок. И даже репортер местной газеты затесался.
Официантов Санечка с Ванечкой подобрали опытных, вышколенных, и они плавно лавировали между гостями, предлагая тем напитки и комплименты от поваров: крошечные версии блюд из меню ресторана. Аркадий, волшебным образом ожившее кресло, бесшумно пристраивался к возрастным дамам и вежливо кивал им спинкой, когда на него обращали внимание.
В качестве гидов по отелю выступали господин Ольтен и Шайсхзе… нет, это все равно не выговорить, так что пусть окончательно станет Велей. Я же расточала улыбки, не забывая вставлять к месту и не к месту, что «Гранд-Терра» теперь принадлежит не кому-то, а самому графу Арранису. Одобрительные кивки на эту беззастенчивую эксплуатацию его имени радовали. Сама же я прислушивалась к разговорам и были они самые разные:
– …миленько, – морщила носик одна дама. – Но как-то просто, что-ли…
– Это очень модная концепция, – уверял ее наш Энгуирэль. – Естественность, единение с природой. Островок отдохновения посреди шумного пыльного города, где можно расслабиться после долгой поездки или просто сбежать от забот. Натуральные цвета действуют самым умиротворяющим образом, а обилие зелени возвращает нас к первостихиям. Чувствуете, как здесь легко дышится?
– С таким же успехом можно провести время в парке, – возразила другая.
– Да, но в парке вы не переночуете на мягчайших кроватях и не выпьете чашечку кофе с подругой на таких уютных диванчиках. Прошу… Искристого к пирожным?
– К мужу приезжает брат через три дня, – пожаловалась еще одна дама. – Он путешествует исключительно со сворой своих охотничьих сеттеров, а я их терпеть не могу, этот запах потом из дома ничем не вывести…
– Мадам, родная мама не позаботится о них лучше, чем это сделают здесь, – галантно поклонился Веля. – Не желаете взглянуть на гостиницу для животных?
– Как здесь с обслугой? – резко спросил молодой мужчина у Ольтена. – Моя теща приезжает в Шенлин раз в месяц и обычно останавливается в «Ван Лейзе», но в прошлый раз застукала там двух горничных, беззаботно болтавших в ее номере вместо того, чтобы заниматься уборкой! И мне пришлось терпеть все ее капризы в собственном доме аж два дня!
– Вопиющее безобразие, – согласился управляющий. – В «Гранд-Терре» ваша уважаемая теща за все время пребывания вообще не заметила бы ни одного прохлаждающегося человека из обслуживающего персонала, притом в ее номере всегда царил бы идеальный порядок.
– Кажется, неплохое начало, Женя? – шепнул Триалес, вдруг оказавшись рядом. – Не скрою, я даже немного расстроен.
– Трис, ты все же пришел! – обрадовалась я. – А как же невмешательство в спор? Смотри, на тебя уже репортер нацелился. Завтра же в газете будет: «Почтил своим высочайшим присутствием сам его королевское величество»…
– Скорее, там будет «случайно проходил мимо», – очень убедительно посмотрел на подскочившего писаку король. – Надеюсь прочитать именно это. К тому же, я буквально на пару минут. Может быть, встретимся завтра, расскажешь обо всем в подробностях?
– С удовольствием! Забронирую столик в нашем ресторане на вечер. Такой потрясающей кухни ты еще точно не пробовал, – последнее я тоже адресовала навострившему уши репортеру.
Арранис, внезапно материализовавшийся рядом, чуть нахмурился, но кивнул, соглашаясь – приемлемо. Журналист же переключился на меня и засыпал вопросами. По некоторой резкости высказываний он мне напомнил покойного Шарля, потому что стал напирать на то, какую пользу может принести новый отель городу помимо того, что очередной толстосум просто набьет свои карманы… М-да, если коммунистические идеи Оливье и просочились в умы Шенлина, то именно в этого борзого журналиста.
– Развитие туризма, обогащение кулинарной традиции города... – вдохновенно плела я. – К тому же, «Гранд-Терра» самый что ни на есть социальный проект! Не менее половины наших сотрудников – выходцы из иных миров, проблему трудоустройства которых тщательно игнорирует городская администрация!
Репортер округлил глаза и что-то быстро застрочил в своем блокноте. А Рейнмар схватил меня под локоть, отводя подальше, и яростно зашептал на ухо:
– Эхения, ты с ума сошла?!..
– Ты уже определись, незаурядный ум или сумасшедшая, – возмутилась я такому резкому выпаду. – Что не так-то?
– Иномирцы, вот что не так! Ты наняла не-граждан Арсандиса?
– Так ты не только шовинист, а еще и расист…
– Дело не в этом! У них есть разрешения на работу?
– Э-ээ… Да я как-то на другое делала упор, когда людей подбирала…
– Ты меня с ума сведешь… Ты хоть представляешь, какие за это штрафы? Если миграционная служба узнает…
– Ты, что-ли, натравишь? – уперла я руки в боки. – Как сегодня инспектора?
Рейнмар даже чуть побледнел.
– Как ты такое могла подумать! Эхения, вот теперь давай без шуток. Хорошо, некоторые важные моменты касательно бумаг я от тебя скрыл. Просто хотел проверить твое умение работать с документацией… И ты справилась блестяще, не могу это не признать! Я бы все равно тебе сказал об этом сегодня. Но инспектора Эривентера я не вызывал. Все-таки, я не меньше твоего заинтересован в том, чтобы отель в дальнейшем функционировал исправно и приносил прибыль. Да, пусть не сразу… Не через месяц, а недель через шесть…
– Убеждай себя, ага. Я выиграю этот спор, Рейн, – зловеще пригрозила я. – На обручальных кольцах, кстати, не настаиваю.
– До них и не дойдет. Эхения, давай серьезно. Насколько мне известно, далеко не всем иномирцам выдают такие разрешения. И трудовой закон строго регламентирует…
– Люди сидят без работы и банально не могут себя прокормить, потому что их никуда не берут – это, по-твоему, справедливый закон?
– Тем не менее, закон.
– В Арсандисе их просто предпочитают не замечать!
– Я понимаю твое возмущение. Хотя нет, не понимаю… Как и то, откуда ты вообще их взяла. Я закрыл глаза на то, что братья Кирс-Анофф занялись рестораном, они хоть и северяне, но хотя бы уроженцы этого мира. К ним претензий нет.
Ну как тебе сказать, уроженцы…
– Им достаточно не светить свою магию, чтобы не возникло проблем.
– Это я обеспечу, я им на кухне такой же купол сотворила, как в мастерской.
– Но всех остальных не-граждан Арсандиса придется уволить.
– Нет, – решительно ответила я. – Только через мой труп. О них никто не узнает.
– Ты сама только что рассказала об этом репортеру. Завтра узнает весь город и жди трудовую инспекцию. У тебя ведь есть свободные пару тысяч эйрат штрафа за каждого нелегально нанятого мигранта?
– Сколько?!..
Это двадцать четыре тысячи за всех моих попаданцев? При том, что на моем счету оставалось уже около шестнадцати.
Блин. Блинский блин. Надо было за языком следить, а не вестись на провокационные вопросы репортера. Лопухнулась я дважды, вспомнив также печальную судьбу Шарля Оливье. Если действительно существует какая-то секта чужененавистников, то я сейчас совершила непоправимую ошибку…
– Эти твои люди действительно так хороши? – спросил Рейн, глядя, как я меняюсь в лице.
– Они лучшие, – кивнула я, лихорадочно шаря глазами по гостям и высматривая репортера. – А… что мне тогда делать?
– Ладно, – нахмурился граф и подхватил с подноса не разбавленный искристым коньяк. – Я все решу. Эта вещь прекрасно отшибает память, проверено.
– Рейн… ты действительно намерен меня выгораживать в этом? И моих людей? – не поверила я.
– Ты ведь о них говорила, когда ставила условие Триалесу? Уравнять иномирцев в правах с арсандцами? Не переживай, Эхения. Уверен, когда ты проиграешь, король все равно сделает тебе такой подарок, уже в качестве свадебного. И у меня тогда будут уже абсолютно легальные сотрудники в отеле. А я ценными кадрами разбрасываться не привык.
Он коварно подмигнул и отправился к репортеру. Вот ведь! И здесь свою выгоду нашел.
Когда же разошлись последние гости и день подошел к концу, я, братцы и управляющий Виллис, не сговариваясь, собрались у стойки регистрации в фойе. Виллис с Кх’хрумом торжественно сняли кассу и закрыли дневной отчет.
Пятьсот сорок шесть эйрат. Причем пятьсот я сама выцыганила у Арраниса. На сорок шесть в ресторане поужинали герцоги с Фелисбертой и пара дам заказали кофе. А нам нужно в десять раз больше…
– Несколько столиков заказали на завтра и на субботу, – отчитался Ванечка. – Зато сегодня смели все закуски подчистую. А я говорил, что при такой халяве никто в первый день не пойдет в ресторан.
– Главное, что гости новые блюда распробовали и остались довольны, – успокоила я его. – Скоро толпами повалят на ваш нисуаз и расстегаи. Меня пока больше другое волнует. Виллис?
Управляющий Ольтен красноречиво посмотрел на доску с ключами от номеров. Все они аккуратно висели на своих гвоздиках, поблескивая позолоченными цифрами на бирках.
– Заявок на бронирование номеров пока не поступало, – ответил он и вздохнул. – Постояльцев, увы, тоже нет…
16.3
В утреннюю газету я вцепилась с волнением, позабыв о завтраке. Не знаю, что сделал граф с тем репортером, но о том, что в новом отеле работают мои попаданцы, не было ни слова, только обтекаемое: «…новый отель обеспечил порядка тридцати новых рабочих мест, причем руководство не особо разборчиво в персонале, взять того же некоего В.Ольтена, с треском уволенного из «Ван Лейзе»… О присутствии короля, как и других высокопоставленных лиц на открытии, вообще не было ни слова.
Да и вообще, так себе была статейка. Может, заказная от конкурентов? Надо будет Веле показать, найдем рецензента посговорчивее.
Зато у самого отеля мне предстала радостная картина: к дверям подкатил экипаж и из него уже выгружал багаж наш носильщик. Я поспешила внутрь, готовая расцеловать первого постояльца, выбравшего «Гранд-Терру», а у стойки рецепции уже недоверчиво крутил носом крепко сбитый мужичок; торговец, судя по цепкому взгляду. Рядом покорно стоял отпрыск-подросток.
– Э-эй, поосторожнее! – прикрикнул он на портье. – Там образцы стекла, а я не для того плелся черепахой из самого Лариденса, чтобы именно здесь они превратились в груду осколков!
В чемоданах действительно что-то звякало. Я быстро вспомнила заклинание воздушной подушки и багаж плавно поплыл в воздухе.
– Тридцать пять эйрат за ночь?! – возмущенно воскликнул гость. – Я что, по-вашему, золото выдуваю, а не стекло? Цимочка, мальчик мой, ты спрашивал про грабителей… Так вот, они перед тобой! А вовсе не на дорогах, как ты опасался…
Но регистратору на помощь уже подоспел Виллис и я просто заслушалась, как профессионально тот повел разговор: деловито, коротко, упирая в каждом предложении на несомненную выгоду. А именно такой язык и оказался торговцу по душе.
– Семейные номера в будни дешевле, так что Вы уже изрядно сэкономили на том, что цель вашей поездки рабочая, а не развлекательная…
– Цимочка, а я тебе говорил, что нечего раньше ехать, – назидательно обернулся торговец к сыну. – Воскресную ярмарку, ишь, захотел посмотреть… Будто в нашей деревне они хуже.
– Кроме того, несовершеннолетним положена скидка…
Сынуля на такового явно не тянул и открыл было рот, чтобы не согласиться с занижением его возраста, но отец живо хрястнул того по затылку.
– Балбес малолетний, все так, – поддакнул торговец.
– Как я понял, Вы везете ценные и хрупкие образцы товара. Если Вы намеревались в дальнейшем разъезжать с ними по городу к заказчикам…
– Именно так и намеревался, – буркнул мужчина.
– …то у меня для Вас есть лучшее предложение: выставить их в одном из наших залов. Это сильно сэкономит ваше время и обеспечит сохранность деликатной продукции…
– Денег сдерете, поди… – задумался папаша.
– Рекламу этой промышленной выставки отель возьмет на себя. Мы сами разошлем приглашения и дадим анонс…
– Ишь ты, – крякнул торговец.
– Закуски и напитки будут входить в стоимость…
– Ну на дармовщинку-то придут, наверно, куда денутся, – что-то уже подсчитывал он в уме. – Да и нам с дороги перекусить не помешало бы… Остались мамкины бутерброды, Цимочка, или все уже стрескал?
– Завтрак включен в стоимость проживания, – добил сомневающегося торговца Виллис. – Вам накроют в ресторане через пару минут.
Тот покряхтел еще для вида, но достал мешочек с деньгами. Очень уж ему понравилась бумажка, на которой Виллис все это время записывал какие-то числа и под конец продемонстрировал ему финальную сумму за четыре дня проживания и аренду одного из залов под выставку. Рядом же гораздо более крупно написал цифру, которую торговец сэкономит именно в нашем отеле.
– Ладно уж… кутить так кутить! – довольно отсчитал постоялец четыреста семнадцать эйрат. – Только за такие деньжищи чтоб простыни свежие были! И без клопов!
Ну, кажется, дело пошло.
– Виллис, а Вы не перегнули со скидками? – спросила я управляющего. – Прибыль хоть какая-то будет с этого аттракциона невиданной щедрости?
– Мисса Эхения, уважаемый эктере Беглацинг и без этих танцев заплатил бы ровно ту же сумму, – подмигнул мне Ольтен. – Просто людям его профессии нужно наглядно показывать, за что именно они платят. Красная жирная ручка, крупные цифры, гербовая бумага и счеты рядом – вот и вся хитрость.
– Браво, – улыбнулась я. – Сдается мне, Вы к любому гостю найдете подход.
– Это моя профессия, мисса, – сдержанно склонил голову он.
После обеда в холл отеля решительно ворвалась молоденькая расфуфыренная девица в широкополой шляпке. С гордо поднятым носом и несколько возмущенным видом она прошествовала к стойке регистрации. Я напряглась. Но барышня при виде невозмутимого портье сама уже немного сдулась.
– Я бы хотела здесь жить! – заявила она и тут же растерялась. – Или как это правильно говорится?..
– Снять номер, госпожа? – вежливо подсказал подошедший управляющий.
– Да! Я… я просто никогда этого не делала… Да и вообще из дома не… – вдруг смутилась она. – Просто тут меня точно искать не будут.
– У Вас неприятности, мисса?
– Нет! – быстро ответила она, отводя глаза. – Но я же могу здесь переночевать, правда?
– Для этого и существуют отели, – уверил ее Ольтен. – Ваше имя? И Вы без багажа?
– Без багажа… А можно без имени? Или вот, запишите меня как миссу Лейн… Да, мисса Илейн Лейн! Так ведь можно? – уже вопросительно взглянула она.
– В «Гранд-Терре» мы гарантируем нашим гостям полную конфиденциальность и безопасность. Вы предпочитаете наличными или чеком?
– Ой… – окончательно растерялась она. – Кажется, у меня нет денег. А можно послать счет на имя… ну… графа Ольвиденского. Это мой отец… Только не сразу, а потом?
Тут она еще немного помялась, но, посмотрев на невозмутимого и понимающего Ольтена, вдруг выпалила:
– Да, я сбежала из дома! Просто там невыносимо! Папенька запрещает мне прокалывать уши, говорит, что еще маленькая, а все мои подружки уже с сережками ходят! А мне уже целых тридцать два! И на Воронке не дает ездить! И кроликов в спальне держать не разрешает!
– Какая жестокость, – сочувственно кивнул Виллис. – Полулюкс в вашем распоряжении, но, боюсь, кроликов у нас тоже нет.
– А почтовые аппараты у вас тут есть? – оживилась она. – Подружки с ума сойдут от зависти, что я сбежала! А их же можно будет пригласить на пару часиков?..
Девица упорхнула в переговорную, а Виллис, нахмурившись, уже строчил записку на бланке отеля. Я заглянула: «Его сиятельству графу Нортену Ольвиденскому…».
– Она несовершеннолетняя, мисса Эхения, – пояснил управляющий. – Лучше сразу, чем позже он нагрянет с полицией.
– Знаете, кажется, я помню этого графа, его супруга после моего oppvekst приглашала на чай… Пожалуй, я сама нанесу им визит.
Скандального и тщательно спланированного побега от родителей-«тиранов» в особняке Ольвиденских пока не заметили. Может быть, потому, что находился их особняк в пяти минутах ходьбы от отеля, и гордая и независимая беглянка отсутствовала дома всего минут десять.
– Милый, ну у нее такой возраст, – улыбнулась графиня Ольвиденская мужу. – Повредничает немного и успокоится. Вы ведь присмотрите за ней, дорогая Эхения? Счет мы оплатим, не сомневайтесь. А когда вычтем эту сумму из ее карманных расходов, она сама поймет цену своей выходки. У Вас ведь приличный отель? Ну и пусть устроят там девичник, я вот помню свой первый…
Я заверила, что юной бунтарке в «Гранд-Терре» ничего не угрожает, и клятвенно пообещала накормить, проследить, уложить, исключить из вероятной вечеринки алкоголь и парней, а наутро отправить беглянку домой.
Уфф. Всего два первых гостя, а уже столько мороки с ними… Но я поймала себя на мысли, что мне это нравится. Еще посмотрим, Рейн, кто кого!