Глава 16

— Я уже, блядь, год голой бабы не видел и почти год член нормально не стоял…. Отсоси мне… Хочу кончить, — вдруг добавляет, возвращая меня в реальность.

— Что? Вы в своем уме? — сержусь, вырвав свою руку из его захвата. Моему возмущению не было пределов. — Я ваша сиделка… Я…

— А если я доплачу… Сколько скажешь. Прямо сейчас, — предлагает с ухмылкой. Я крепко стискиваю зубы, и замахиваюсь рукой, чтобы выписать ему пощечину, но он быстро перехватывает мою руку и понуро качает головой: — Ай-яй-яй! — приклацнув языком, неодобрительно говорит он. — Драться со мной вздумала… Забываешься, детка….

Я отталкиваю его, быстро отодвигаюсь от него подальше и начинаю одеваться. Глаза щипает от слёз, в горле встал ком… Чувствую что скоро разрыдаюсь, но я не хотела чтобы он видел меня плачущую.

Слышу, как за спиной скрипит и прогибается кровать. Камал садится на край, и подсовывается ко мне ближе. Его рука обвивает мою талию, я пробую вырваться, но всё тщетно. Он намного сильнее.

— Пустите меня! Пустите! — прокричала, и мой голос в этот момент предательски дрогнул.

— Ты что плачешь? — удивляется он, потянув меня на себя. Будто это его волнует. — Я же пошутил, — вдруг добавляет.

Я прекращаю вырываться из его захвата, потому что не вижу смысла. Он всё равно не отпустит.

И в этот момент меня накрывает какое-то дикое отчаяние.

— Ну почему… Почему вы ко мне так относитесь? — срываюсь, не глядя на него. — Я к вас со всей душой, по-человечески, а вы… Неужели так сильно хочется от меня избавиться? Знаете, это обоюдное желание, и я бы уехала из этого дома еще вчера, но…. Я совершила огромную ошибку! Я подписала контракт, не изучив его полностью и теперь чтобы разорвать его, мне нужно заплатить Виктору Леонидовичу тысячу долларов, чтобы возместить ущерб за потраченное время! Но у меня нет таких денег.… Нет даже части, потому что я пришла сюда работать чтобы заработать эти деньги… Из-за безысходности! Мне жизненно-необходимо слишком большая сумма.… Очень сильно необходима и в кротчайшие сроки, — признаюсь и всхлипываю. Не надеюсь ни на его понимание, ни жалость… Просто срываюсь и поддаюсь эмоциям. А Камал держит меня за талию и не перебивает, слушает, застыв за моей спиной. — Поэтому я здесь, и поэтому терплю… И если вы так сильно хотите избавиться от меня, тогда сами заплатите Виктору Леонидовичу компенсацию вместо меня и я уйду… Навсегда исчезну из вашей жизни! — прошу и поворачиваюсь лицом к Камалу. И плевать, что в этот момент я была зареванная и страшная.… Отчаяние сильное чувство.

Наши глаза встречаются, и я больше не вижу в его взгляде того привычного пренебрежения.

— Так тебе нужна эта работа или нет? — почему-то уточняет он.

— Нужна.… Но у меня ничего не получается. Я не справляюсь, — признаю свою вину и вижу, как Камал недовольно поджимает губы.

На миг он задумывается, после чего говорит.

— Оставайся, если так сильно нужна эта работа и деньги.… Что касается твоих обязанностей…. Я буду уступать тебе в чем-то, но за определенные услуги взамен.…

Я прекращаю рыдать. Он серьезно?

И какие это услуги? Случайно не ублажать его в постели?

— Эм…, — еле слышно начинаю я, но Камал меня прерывает.

— Всё будет в рамках допустимого, — бросает. — Например: если массаж — то в белье. Если хочешь чтобы я поел — то ты должна есть со мной. Если гулять на улице — то за поцелуй…, — пересчитывает. Я замираю.

За поцелуй? В щечку или в губы?

Почему именно поцелуй?

— Зачем вам это? — не понимаю.

— Потому что хочу.

Я отвожу взгляд в сторону. Это выход и цена не так велика… Но блин, если об этом кто-то узнает.… Мне конец. Но на кону слишком большие деньги, наша квартира и спокойная жизнь, для бабушки и моего сыночка. Я нужна им, и они верят в меня, а Камал соглашается уступить…. За какие-то там глупые условия и поцелуи! Всего лишь за поцелуи, не секс с ним! Он сам сказал что всё буде в рамках допустимого. А у меня нет другого выхода, кроме как принять его условия.

— Если я соглашусь, вы сможете мне пообещать, что об этом никто не узнает, и что вы всё же выбросите свой список недовольства! — ставлю свои условия.

Камал еле заметно ухмыляется.

— Нет никакого списка. Это тоже была шутка, — признается.

— Вы…, — шиплю возмущенно и легонько толкаю его в плечо. Камал морщится от боли и конечно, это привлекает моё внимание. Опускаю взгляд на то место, куда только что прикоснулась и вижу на его плече свежее воспаленное покраснение, с проявляющими фиолетовыми пятнами. А посередине этого покраснения была небольшая рана. Она не кровоточила, но кожа была хорошенько счесана. Конечно, я сразу догадываюсь, откуда у него этот ушиб. И испугалась, потому что поняла, что он получил его из-за меня, потому что я слишком сильно медлила, когда он застрял в проеме двери.