Глава 27

— Сын? У тебя есть сын? — уточняет Камал.

Я согласно киваю.

— Этого нет в договоре, потому что.… Меня не спрашивали, и я не указывала…, — объясняю. — А еще мне очень сильно нужна была эта работа, — добавляю, виновато опустив взгляд вниз. — Я не знаю, принял бы Виктор Леонидович меня на работу, если бы знал об Игорьке…. Но я не стала рисковать. Умолчала. Поэтому если ты решишь, что твоему дедушке нужно знать об этом…

— За кого ты меня принимаешь? — обрывает меня Камал, прекрасно понимая, что я хотела этим сказать. — Есть у тебя сын.… Ну и что?! Это никак не относится к тому, что ты работаешь в этом доме сиделкой.

Его слова приносят мне огромное облегчение и заставляют улыбнуться. Раз он меня ни в чём не винит, значит всё хорошо.

— И сколько ему? — вдруг спрашивает Камал.

— Пять, — отвечаю, подняв на него свой счастливый взгляд. Мне, как и каждой маме, приятно говорить о своем малыше.

— А его отец? — продолжает допрос мужчина.

— Его нет. Он умер. Чуть больше года назад, — отвечаю правду.

— Вы были вместе?

— Да. Он был моим мужем…

— Ого…. Еще одна новая информация, — добавляет Камал, как-то натянуто улыбнувшись. — Не буду спрашивать почему он умер…. Это не столь важно. Меня интересует другое….

— Что именно? — спрашиваю.

— Всё это время ты была одна, с ребёнком… Ну, то есть, у тебя больше не было отношений и поддержки? — спрашивает.

— Отношений не было.… Но поддержка была и есть. Моя бабушка. Именно она сейчас с Игорьком и заботится о нём, — отвечаю, едва подавляя слёзы. Из-за этих чертовых кредитов, я теряю такое драгоценно время с сыном!

— И поэтому тебе так срочно нужны деньги… Для сына? — уточняет Камал.

— Не совсем….

— Тогда зачем? — настаивает на ответе. Я снова поднимаю на него взгляд.

— Думаю что с моим допросом достаточно…. А что на счёт тебя? В саду ты обещал, что тоже дашь кое-какие ответы на мои вопросы…

— Валяй! — бросает Камал. — Весь во внимании… И обещаю, что тоже буду с тобой честным, раз ты была.

— Ты так уверен, что я не солгала? — поддеваю.

— Ты не умеешь лгать. К тому же, я уже немного тебя выучил…

— М-м-м-м.… Интересно. Когда это ты успел.… За два дня? — удивляюсь.

Камал кивает.

— Так что там с вопросами? Задавай, пока я добренький, — бросает, заставляя меня, вернуться к самому главному.

— Ладно.… Начну с того, с чего и ты… У тебя есть девушка или невеста?

Камал ухмыляется.

— Видишь за мной очередь? — иронизирует. — Инвалиды нынче не востребованы….

— Ты не инвалид, а человек с временно-ограниченными способностями, — протестую. Камал улыбается мне.

— Спасибо, конечно за твою веру, но… Утешительных прогнозов мало. Пока что.

— Но…. Я же видела, как ты стоял на своих ногах! — бросаю и снова получаю игривую улыбочку в ответ.

— Подглядываешь?

Я смущенно опускаю взгляд вниз.

— Так получилось…

— Да, ладно. Успокойся. Я ведь тоже не святой…, — добавляет, и я снова поднимаю на него взгляд.

— Что? — спрашиваю растерянно. Когда это он за мной подглядывал?

— Да, шучу я….. Шучу! — отмахивается он, возвращаясь к нашему серьезному разговору. — Да, я уже стою на ногах, но испытываю при этом адскую боль. Ходить при таких болях я точно не смогу.

— Почему? Почему ты испытываешь эту боль? — спрашиваю.

— Потому что пуля до сих пор во мне. Нужна еще одна операция. Но пуля находится слишком близко к жизненно-важным органам.… После операции я могу вообще не встать на ноги или того хуже… Остаться парализованным на всю жизнь.

— О, Боже…, — шепчу. — Боишься рисковать?

— Нет. Я не боюсь. И готов к этой операции. Но дед…. Он слишком паникует и переживает. Из-за врачей он потерял мою маму и сейчас… Не хочет потерять единственного внука, — объясняет и мне становится всё понятно.

— Именно поэтому он держит тебя в этом доме и не отпускает? — догадываюсь.

— Да. Он не позволяет мне принять своё собственное решение. И это меня бесит, заставляя иногда творить всякую дичь. Сейчас мои мышцы в тонусе, снова начинаю реагировать и исполнять свои функции, но если не поддерживать их специальными упражнениями, можно легко скатиться на ноль. И если бы не те болезненные ощущения, которые я испытываю при тренировках, может быть я бы и не жаловался…. Но всё что я делаю, это просто впустую, без дальнейших действий и той необходимой операции.

— Но, неужели Виктор Леонидович не понимает как это важно для тебя? — возмущаюсь и Камал переводит на меня свой взгляд, как-то тепло улыбнувшись мне. — Да, риск есть… Но это же твоя дальнейшая судьба.… Всю жизнь провести в инвалидной коляске только потому что ему страшно, — добавляю, и Камал подъезжает ко мне, взяв меня за руку.

— Не думал, что ты поймешь меня и примешь мою сторону…. Это приятно. Спасибо.

Я смущенно улыбаюсь, отведя взгляд в сторону. Его прикосновение, как некий сладостный разряд тока, который в одно мгновение охватывает всю меня.

— Всё? Допрос окончен? — спрашивает мужчина, возвращая меня в реальность.

— Нет.… Ты так и не ответил на первый мой вопрос, о девушке, — напоминаю. — Не поверю, что у тебя никого нет или не было весь этот год…

Камал снова ухмыляется.

— Но это так. Изолировав меня от внешнего мира, дед не только оберегает меня от собственного решения — сделать операцию, он так же лишил меня возможности видеться с девушками. А до тебя, все его сиделки и горничные, оставляли желать лучшего, — отвечает, заставляя меня, шокировано уставиться на него. Значит, он говорил правду, о том, что дед специально нанимает на работу молодых девушек, чтобы они развлекали Камала! — У меня была девушка до всего произошедшего… Модель. Красивая. Ноги от ушей. Но деду она никогда не нравилась. Слишком меркантильной была и пафосной. Поэтому, как только я оказался в его власти, он тут же избавил меня от её общения.

— О.… И что… Вы даже нормально не порвали? — уточняю.

— Нет. Но думаю, за год она и так всё поняла. И точно не ждет того момента, когда я к ней вернусь.

— Ты её любил? — интересуюсь, ожидая ответ с замиранием сердца. Потому что если «да», то мне точно не нужно на что-то надеяться. Я не хочу быть заменой… Я как и все девушки мечтаю быть особенной для человека с которым у меня могут быть отношения.

Но конечно, как я могу соперничать с моделью…. Я — обычная сиделка! И ноги у меня не от ушей.…

— Не то что бы любил… Но она мне была небезразлична, — отвечает Камал. — Но это было уже давно. Сейчас она для меня ничего не значит, — тут же добавляет он, сильнее сжав мою руку и потянув меня на себя. — Иди ко мне…

— Что?…, — только лишь успеваю бросить я, а затем в одно мгновение, оказываюсь в объятиях Камала.

— Поговорили. Все обсудили. Познакомились. А теперь можно и поцеловаться, — бросает, снова нападая на мои губы.

Вот и всё моё сопротивление.