Глава 27

Смех.

Моей первой и самой неожиданной для меня самой реакцией, был смех. Начинаясь с тихого и едва заметного он стремительно перерастал в истерический. Запрокинув голову, не в силах себя сдерживать, смеялась во весь голос, даже слёзы на глазах выступили от комичности сложившейся ситуации.

— Сюр какой-то, — произнесла я сдавлено и взглянула в голубые глаза Максима, в которых читалось растерянность и толика раздражения, смешанная со злобой. — Везёт мне на блондинов.

— Конченная она какая-то, — произнёс татуированный и, подойдя ко мне, схватил за плечи и с силой встряхнул. — Чё ржешь, дура?

— Отошёл от нее! — раздался громоподобный голос Максима и с его легкой руки парень полетел в противоположную стену, впечатавшись в неё лицом. — Вышли отсюда! — рявкнул Макс, но парни остались стоять, как вкопанные с растерянностью и страхом, глядя на мужчину. — Резче!

От этого его мощного рыка, даже я вздрогнула и перестала смеяться, глядя на Макса с опаской. В этом мужчине я не узнала того спокойного, доброго, надежного соседа, которого знала более полугода.

Видимо, парни, в отличие от меня были не понаслышке знакомы с тёмной стороной Максима, так как без препирательств поспешила как можно скорее покинуть комнату и оставить меня наедине с этим голубоглазым монстром.

Закрыв за ними дверь, мужчина на секунду прислонился к ней лбом. В тишине помещения послышался его тяжелый вздох, а затем он с такой силой и резкостью ударил кулаком по стене, что моё сердце упало в кеды.

— Как? — прошипел он, подходя ко мне, подобно хищнику. — Как, твою мать, они смогли тебя похитить?

Его холодный тон не сулил ничего хорошего. Ещё большую опасность несла его близость, в момент, когда он навис надо мной грозным изваянием, опираясь ладонями по сторонам от моей головы.

— Разве моё похищение не было твоей целью и целью твоих дружков? — произнесла насмешливо, вздернув подбородок, чтобы было лучше видно озлобленный взгляд неожиданного предателя. — Как давно ты готовил моё похищение? Почему не сделал этого раньше? У тебя ведь было столько возможностей, пока ты прикидывался добрым, отзывчивым пареньком…

— Моей целью была твоя безопасность, — перебил он меня. — И я был уверен, что Арчи не меньше моего заинтересован в твоей сохранности. Но ты, какого-то хрена, здесь!

Испепеляя друг друга взглядом, мы не спешили отводить глаза или соблюдать границы личного пространства. Мужчина всё ещё нависал надо мной, раздувая ноздри от сдерживаемого гнева.

— Это для моей безопасности и безопасности Полины ты для начала поджог дом с нами? — выплюнула ему в лицо и увидела, как темнеют голубые глаза.

Страшнее мне не стало, а вот желание придушить его усилилось в разы.

— Я не знал о том, что готовится поджог. Я знал, что за тобой наблюдали последние несколько дней, но помешать им не смог.

— От чего же? Хотел видеть как горит мать и её дитя?

— Не неси чушь! — вспылил Макс и ударил кулаком в стену рядом с моей головой. — Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к тебе и Полине. Я бы ни за что не…

— Знаю?! — вскинула я брови и толкнула его в грудь. Этот наш тесный контакт у стены уже порядком поднадоел. — Что я знаю? Что я знаю о тебе? Кто ты, блять, такой? Какого хрена всё это время ты прикидывался белым и пушистом соседом, готовым прийти на помощь и днём и ночью? Это в каких ты спецслужбах работаешь, которые похищают, жгут и убивают людей?

Поток вопросов был нескончаем, но ладонь, грубо закрывшая мне рот, не позволила задать их все.

— Об этом ни слова, — прошипел он мне, коснувшись своим носом моего. — Иначе нас обоих здесь и похоронят. Поняла?

Так как возможности ответить словами не было, коротко кивнула и с силой отстранила его руку от своего лица.

— Завтра вечером будет сделка, — тихо начал Максим, оглянувшись на дверь. — Я буду должен вести тебя на обмен.

— Какой обмен?

— Догадайся? — тяжело вздохнув, спросил он. — Деньги и часть бизнеса в обмен на тебя. Всё до тошноты просто.

— Ясно.

— Я повезу тебя на обмен, но не привезу на место. Спрячу.

— Если будет обмен, то зачем эти прятки? — не поняла я, насупив брови. — В чём логика?

— Потому что не будет никакого обмена! — прорычал Макс и вновь пошёл в наступление, прижав меня спиной к стене. — Арчи и его свиту там на месте и пристрелят, получив подписанные бумаги и деньги. Колесникову не нужен столь весомый конкурент, как Арчи.

— Колесникову? Это кто, вообще, такой?

— Это тот ублюдок, Даша, которого я мечтаю упечь за решетку больше полутора лет. Наркотики, проституция, убийства — лишь малый список его грехов. Но каждый раз он выходил сухим из воды. Я больше полугода потратил на то, чтобы внедриться в его компанию.

— Как ты мог скрывать, кто ты есть на самом деле, если ты почти каждые выходные был в селе у родителей?

— Ты знаешь, что мой отец ещё не отошёл от последствий инсульта, — согласно кивнула. — Поэтому мне нужно было чаще появляться дома, чтобы помогать матери. И именно потому, что я доверил им проблему своих родителей и показал, где они живут, их внимание ко мне не было столь пристальным и в биографии моей никто сильно не рылся. Мол, если доверил тайну, связанную с родителями, то больше ничего и не скрываешь. Да, и Колесников сейчас находится на стадии отчаяния, после того, что ему устроил Арчи в последние два года.

— Это всё крайне увлекательно, — сыронизировала в ответ. — С Полиной что? Ты знаешь? Колесников и ему подобные, не прикасались к ней?

— Нет. Насколько мне известно, их целью была только ты. Но! Если Арчи не согласится на условия, то, думаю, они вполне смогут добраться и до неё.

— Твою мать, — произнесла я тихо и спрятала лицо в ладонях.

— Завтра вечером готовится операция, в результате которой Колесников будет взят с поличным. Помимо неоспоримого похищения, ему будет предъявлен ещё ряд обвинений.

— А с Артуром что? — с волнением взглянула в его глаза.

Макс поджал губы и отвел взгляд в сторону.

— Думай о себе и дочери, — раздраженно ответил он.

— Его завтра вечером убьют, — напомнила я мужчине и схватила его за грудки. — Ты сам мне это только что сказал. Возможно арестовать этого Колесникова до сделки?

— Нет, Даша, — оборвал меня Макс и, сжав челюсти до играющих желваков, надолго о чем-то задумался. Пауза затянулась на несколько долгих минут, во время которых он пристально и с некоторой горечью смотрел мне в глаза, словно, взвешивая какое-то своё решение. Наконец, словно взвалив на свои плечи тяжкую ношу, мужчина тихо сказал. — Я могу его предупредить, но не уверен, что он станет меня слушать.

— Предупреди! — ещё сильнее сжала ткань его куртки, чтобы он не отводил от меня своего обозленного взгляда. — Найди способ убедить его. Расскажи, кто ты такой на самом деле. Скажи, что со мной и где я нахожусь. Он послушает. Он должен послушать.

— Ты любишь его? — внезапный и совершенно неуместный вопрос заставил меня разжать пальцы и отступить от него на несколько шагов.

— Мой ответ что-то изменит? — спросила и прикусила внутреннюю сторону щеки, ожидая его ответа.

Макс не торопился. Он вглядывался в мои черты, словно ответ был скрыт где-то в них. Или вовсе написан на лбу.

Видимо, всё же на лбу, так как мужчина горько усмехнулся и покачал головой:

— Понятно, — произнес он сдавленно и добавил голосом, лишенным каких-либо эмоций. — Вечером вернусь. От Сани держись подальше.

— Это я и без тебя поняла.

Макс вышел из комнаты. Дверь закрылась, послышался скрежет ключа в замочной скважине, удаляющиеся шаги по узкому темному коридору и наступила тишина.

Через некоторое время пришёл второй парень, который не Саня, и оставил мне в углу комнаты пластиковое ведро, сказав, что это мой туалет до завтрашнего вечера.

Условия пребывания в заключении оказались и в самом деле плачевными. Постелью мне служил старый матрас, который, судя по запаху, от души «отлюбили» кошки. Вероятно, этот матрас нашли в одной из комнат этого заброшенного дома. Больше в комнате, кроме ведра, меня и незабываемой постели ничего не было. Разве что камера, в одном из верхних углов.

Кто-то явно вознамерился следить за мной и днём и ночью.

Когда солнце скрылось за горизонт, в коридоре послышались чьи-то тяжелые шаги. Встав с пола, прижалась спиной к стене, готовясь к худшему. Вновь скрежет в замочной скважине и дверь открылась, впуская гостя.

В полумраке тусклого света из крохотного окна с трудом узнала в этой фигуре Максима.

— Сделай вид, что боишься меня, — прошептал он, закрывая за собой дверь. — За нами наблюдают.

Поняв, что речь идёт о камере, сделала вид, что испугалась, начиная отступать в дальний от Макса угол, закрывая голову руками.

Приближаясь ко мне опасно-медленной походкой, он вновь прошептал:

— Сейчас будет неприятно. Держись за мои руки.

Обхватив мою шею одной рукой, а вторую запустив в волосы, Макс развернул меня и начал толкать в противоположный угол.

Едва удерживаясь на ногах, цеплялась за его руки и пыталась в темноте разглядеть его лицо, чтобы понять, что всё это спектакль перед камерой, а не его злая шутка.

Теперь, когда я оказалась слишком близко к нему, мой взгляд различил на его лице свежие кровоподтеки, которых ещё утром не было. Разбитая губа, рассеченная бровь и синяк под левым глазом свидетельствовали о том, что у него явно с кем-то была не самая приятная встреча.

— Это слепая зона, — шепотом пояснил мужчина, расставив руки в стороне от моей головы, когда мы остановились в углу, прямо под камерой. — Звук не записывается, но лучше говорить тише, чтобы нас не услышали через дверь.

— Что у тебя с лицом?

— Догадайся, — раздраженно ответил Макс. — Во внутреннем кармане куртки телефон. Контакт Арчи — первый в списке. Звони.

Дважды повторять было не нужно. Запустив руки ему во внутренние карманы, сразу нащупала небольшой кнопочный телефон. Первым и единственным в нем контактом был — Арчи.

Нажав на кнопку вызова, трясущимися руками поднесла телефон к уху. Едва успел прозвучать первый гудок, как Артур ответил на звонок.

— Да, — его голос звучал яростно, но я невольно улыбнулась, услышав это короткое слово.

— Артур, — шепотом произнесла, чувствуя, как к горлу подступает ком.

— Даша, — явное облегчение в его голосе заставило меня дрожать ещё больше. — С тобой всё хорошо? Этот говнюк мне не наврал?

— Всё хорошо. С Полиной что?

— Я её спрятал в надежное место. Надо было и тебя тоже спрятать, но я не успел, — горечь в его голосе, отдалась эхом в моей груди.

— Не приезжай завтра на сделку. Тебя убьют.

— Плевать, — отрезал Артур. — Я вытащу тебя, малышка…

— Достаточно, — оборвал наш разговор Максим, выхватив из моей руки телефон. Выключив и разобрав его, он убрал его обратно во внутренний карман куртки. — Держись.

Сказал он и вновь, схватив меня за горло, поволок в тот угол, с которого началась наша встреча.

— Ты встречался с Артуром? — прошептала вопрос ему в губы, так как мужчина слишком тесно прижимался ко мне.

— Пришлось, — прошептал он в ответ.

— Вы подрались?

— Это были сильные рукопожатия. Не более, — в его голосе слышалась ирония.

— Что дальше? Каков наш план?

— Я увожу тебя как можно дальше. Остальное Арчи берет на себя.

— А потом?

— По ситуации, — произнёс Макс тихо и провел носом по щеке вниз к губам. — Постарайся до завтрашнего вечера не натворить глупостей.

— Постараюсь…

Дыхание перехватило, когда его губы едва уловимо коснулись моих. Секунда промедления и Максим приник чувственным поцелуем, захватив нижнюю губу. Влажный язык коснулся плоти и я дернула головой, разорвав поцелуй.

— Не надо, — толкнула его ладонью в грудь.

— Надо, — шепнул он. — Возможно, это моя последняя возможность.

Подняла взгляд и всмотрелась в его глаза, в которых бушевал океан эмоций: злоба, отчаяние, нежность и… вина.

Ответить ему было нечем. Разве что сожалением, но не думаю, что он ждал от меня именно его.

— До завтра, — коротко сказал он и, не оборачиваясь, покинул комнату, закрыв за собой дверь.

Я была уверена, что ночью визитеров больше не будет, но спустя несколько часов, после ухода Максима, дверь вновь открылась, и в комнату с мерзким оскалом на немолодом лице вошёл тот, кого мне уже однажды доводилось встречать.