Глава 13
Я поворачиваюсь к ней спиной. Беру телефон, а у самого челюсть сжалась так, что захрустели зубы. Брехливая сука.
Набираю номер такси, называю адрес. Через через секунду приходит смс, что машина назначена.
- Ща приедет машина. Жди, - не поворачиваясь, иду на кухню. Не хочу смотреть больше на нее.
Все-таки придется отцу сказать, что не получится у меня с его секретаршей найти общий язык.
Звонок на городской телефон. Я перекрестился, что он стоит на кухне. Поднимаю трубку.
- Квартира четыреста пятнадцать, - грубый мужской голос.
- Да.
- Приехало такси, пропускаю.
- Спасибо.
Выхожу в коридор. Алина собрала цветы, положила на комод и стоит возле двери, жмется.
- Цветы забери. Это тебе.
Она берет их.
- Извини, Костик, я не хотела…
Так и хочется сказать ей: «Чего, п@здить ты не хотела?»
- …чтобы у нас так все вышло…
У «нас»? Да нет никаких «нас»-то. Хотелось посмеяться ей в лицо. А собственно, что я так завелся-то?
Смс. Водитель ожидает.
- Да ладно, забей. Все нормуль, и это, я поговорю с отцом, чтобы тебя перевели в другой отдел, если тебе неудобно со мной будет работать, - жестоко, понимаю, что сейчас жестчу, но не могу с собой ничего поделать.
Она поднимает на меня глаза, полные изумления.
- Нет.
Что, я не понял?
- Не звони Илье… Мне до конца практики осталось несколько месяцев. Я к тебе не буду заходить в кабинет. Буду все по телефону рассказывать, - в глазах слезы.
Меня передернуло. И смотрит не в глаза. Куда-то в район подбородка.
- Да ладно, успокойся. Нет, значит нет, - бля, почему соглашаюсь? Но не могу смотреть на женские слезы. - Иди, тебя там такси ждет, адрес сама скажешь.
- Спасибо.
Дверь за ней захлопывается. Я вздрагиваю, будто от пощечины. Внутри пустота. Лицо горит. Чувствую себя засранцем. Захожу в ванную, чтобы умыться. Засовываю голову под ледяную струю. Беру полотенце и понимаю по запаху, что это Алинино. Вдыхаю полной грудью. Сука. В голове проносятся картинки. Ее приоткрытые губы и «мне не больно» и «Эдик» - это разносится жаром по моим венам. Почему-то так хочется стереть это слово с ее языка. Да пошла она. Дура. Пусть сама с этим живет. Это не я изменил, а она.
Выхожу из душа. Ревность? Да ну нахрен.