ЭПИЛОГ

Мрамейр Адлер

— Папа, папа, а давай в прятки. — с разбегу запрыгивая на руки и звонко смеясь, обратилась ко мне моя семилетняя дочь Риа.

— Риа, ну как ты себя ведешь? Папа с работы, он устал, — попеняла нашей дочери моя любимая Дея.

— Ну, мам.

— Ничего не знаю, сначала папа сходит в душ, поужинает, а там…

— И спать будет пора ложиться, — недовольно поджав губки, ответила Риа, с надеждой посмотрев на меня.

— Не капризничай, — сложив руки на груди, прошептала Дея и, внезапно резко побледнев, пошатнулась. Так, это что еще за новости. Отпустив дочь с рук, я поддержал свою жену.

— Милая, что с тобой?

— Все в порядке, — ответила Дея, пытаясь мне улыбнуться. Зажмурившись, притянул свою половинку к себе, вдохнул ее аромат, прижавшись к своей метке носом, и почувствовал, что запах любимой изменился.

— И когда ты мне собралась сказать в этот раз? — немного отодвигаясь, я заглянул Дее в глаза, вопросительно изогнув бровь. Да, такой момент уже был, и опять мне приходится из нее все вытягивать клещами.

— Ну, эм… — прошептала моя девочка, краснея.

— Что сказать? — влезла с расспросами маленькая принцесса.

— Скоро у тебя будет сестричка, — делая шаг в сторону и присаживаясь на корточки, ответила она Риа.

Дочка нахмурилась и надула свои пухленькие губки-бантики.

— Не вижу радости, — улыбнулся я своей принцессе.

— Ты мне еще меньше времени станешь уделять, не хочу, нам и так, втроем хорошо. — выкрикнула дочь и рванула к лестнице.

Дея попыталась пойти за ней следом, но я ее остановил.

— Не нужно, я сам, в конце концов, это моя вина, я непозволительно часто ее балую.

Моя любимая глубоко вздохнула и присела в мягкое кресло.

— Иди, — улыбнулась она. — Только не задерживайся, скоро будет накрыт ужин.

Я метнулся вверх по лестнице в поисках своей маленькой принцессы. Она нашлась в детской. Сидя на подоконнике, моя красавица плакала в три ручья.

— Милая, ну чего ты? Я же тебя люблю и, конечно, не перестану любить.

— Перестанешь, — шмыгнув носом, ответила она.

— Нет, а сестренку иметь — это счастье. Вот представь, вы вместе будете играть в твои любимые прятки.

— Прятки? — вытирая слезы, спросила она.

— Ну да, когда она немного подрастет.

— А вдруг она будет противная? — сложив руки на груди, спросила моя озорница.

— Многое будет зависеть от тебя. Ты же поможешь маме заниматься ее воспитанием.

Малышка, почувствовав себя незаменимой и важной, показательно изогнула бровь. Вот внешне — копия мамы, также приподнимает бровь и надувает губки, когда чем-то недовольна или обижена.

— Хорошо, я помогу, — сдалась малявка, и я, притянув ее к себе, крепко обнял. Кровь лугаранов в моей девочке преобладала, и в скором времени она уже обретет свою сущность.

Высшие силы, как же я вам благодарен, что подарили мне Дею и Риа. Когда в прошлой реальности узнал, что моя малышка спит с моим племянником, думал, с ума сойду. Мне так хотелось ее наказать, сделать больно, отомстить… Но потом она сама пришла, и я не смог устоять. Расставание Синая с Деей мне удалось обернуть в свою пользу. В той реальности я совершил много ошибок и только одно сделал правильно — это присвоил свою половинку себе. Честно говоря, я даже не надеялся, что она сможет меня полюбить. Ошибся, и она это доказала, даже изменила ради меня реальности, хотя это строго запрещено делать. Как же все-таки я ее люблю…

— Пап, в каких облаках ты летаешь? Я уже устала тебя спрашивать.

— Прости, о чем? Я задумался, — чмокнул в нос мою красавицу.

— Я тебя спросила, можно я буду возить коляску с сестрой, когда она родится?

— Ну, конечно.

— Тогда я побежала к маме, ей сейчас нельзя уставать, иначе будет плохо моей сестричке.

Я поднялся, выпуская Риа из рук, и моя девочка бегом рванула вниз.

— Мама. Мама. Чем я могу помочь, тебе нельзя переутомляться, не хочу, чтобы сестричке было плохо. — слышался крик уже с нижнего этажа.

— Непоседа, — прошептал я, выглядывая из-за занавески и любуясь дальними звездами.

Через какое-то время сзади меня обняли нежные руки, и моя ласковая девочка тихо прошептала:

— Рам, я так тебя люблю и так боюсь потерять.

— Не потеряешь, я никогда тебя не оставлю.

Повернувшись к ней лицом, я захватил ее губы, нежно лаская и выплескивая все чувства, на которые только способен. Прикоснувшись к еще плоскому животу любимой, я спросил.

— А какой срок?

— Пять недель, — звонко рассмеялась она. — Чувствую, эти вопросы и ответы на них у нас с тобой войдут в традицию.

Я хитро улыбнулся, бережно обнимая свою малышку.

— Я и не против.

КОНЕЦ