ГЛАВА 4 Учебные будни.

Доктор Валди долго сканировал меня взглядом, по-видимому, решил мне дать время подумать.

— Отдыхай, если все будет хорошо, то завтра уже сможешь бегать, — спустя некоторое время обратился он ко мне, параллельно проверяя работу медицинской аппаратуры.

Я удобно улеглась в капсуле и закрыла глаза. Да, мне действительно нужно отдохнуть, а заодно подумать, как быть дальше.

В сон я погрузилась очень быстро, и вновь адская боль, глубокие порезы от острого скальпеля. Боже, мне нужно с этим что-то делать, иначе я свихнусь.

Проснулась очень рано, за окнами еще темно, но желания досыпать нет никакого, повторно проходить через ад… Нет, только мазохист на такое согласится. Поднимаюсь и свешиваю ноги, до безумия хочется пить. Датчики, прикрепленные ко мне, начинают усердно пищать. Противный звук заставляет недовольно поморщиться. Постепенно отсоединив себя от приборов, спрыгиваю на пол. Босые ноги тут же ощущают холод керамических плит. Где же моя обувь, и одежда не помешает, — мысленно разговариваю сама с собой, разглядывая то безобразие, что на мне надето. Вчера почему-то мне до этого не было никакого дела, а сегодня прямо все до мелочей подмечаю, и мне это совершенно не нравится. Дверь внезапно открылась, пропуская помимо гостя, да еще и противный сквозняк.

Подняла голову, чтобы посмотреть, кто же в такую рань ко мне пожаловал. Передо мной во всей красе предстал злющий, как черт из ада, Валди.

— Какого р-ррр ты поднялась, я разве разрешал это делать?

Я вздрогнула, но глаз не опустила.

— Во-первых, меня мучает жажда, а во-вторых, мне надоело лежать.

— Простудишься. — упрекнул доктор. — Марш в капсулу.

— Не хочу. Я пить хочу, есть хочу, а еще обувь и одежду мне мою верните.

— Всенепременно, а пока вернись в капсулу, не для того я тебя лечил, чтобы ты вновь заболела, причем, в моих рабочих стенах.

Не стала спорить и вернулась в капсулу. Ложиться принципиально не стала, и своим поведением вызвала скрип зубов пришельца.

— И? — обратилась я к своему лечащему врачу. — Я дождусь спасительной жидкости и свою одежду с обувью.

— Для начала я тебя осмотрю.

— Не возражаю, тогда, может, не будем терять время?

— Хорошо, — ответил Валди и, взяв маленький фонарик, без предупреждения направил мне в глаза.

— Эй. — возмутилась я. — Предупреждать надо.

— Прости, прости. — съязвил доктор, продолжая терроризировать меня фонариком.

Он что, издевается надо мной или мстит за что-то?

Выключив пыточный инструмент, он отложил его в сторону, а сам прикоснулся пальцами к моим лимфатическим узлам, внимательно прощупывая их. Следом были обследованы уши, после чего он буркнул.

— Ну надо же, все так быстро зажило, хорошая регенерация.

— Чего? — уточнила я.

— У тебя травмы всегда быстро заживали?

Я передернула плечами, вспоминая, так ли оно или нет. После минуты размышлений ответила.

— Да, наверное. Переломы всегда быстрее, чем у всех срастались, не приходилось месяцами в гипсе ходить. Неделя, максимум, полторы.

— Хорошо, — ответил Валди и, взяв свой планшет, что-то туда внес с помощью виртуальной клавиатуры.

— Это все? Теперь мне можно воды? И одежду с обувью?

Отложив планшет, доктор Валди вышел за дверь и спустя пять минут вернулся с бутылочкой воды и моей одеждой.

Я улыбнулась и первым делом утолила жажду.

— Спасибо, — поблагодарила я, а он лишь махнул рукой.

Теперь надо бы переодеться, но, для начала, выпроводить из помещения мужчину, он хоть и доктор, но сверкать своими прелестями перед ним не собираюсь.

— Доктор, Валди, мне нужно переодеться, не могли бы вы выйти ненадолго?

Валди обернулся, хмыкнул, но, тем не менее, вышел за дверь. Я, оглянувшись на закрывшуюся дверь, быстро подхватила свое добро и начала переодеваться. Когда натягивала на себя лифчик, дверь внезапно открылась, и я, ухватившись за свою футболку, попыталась прикрыться от незадачливого нежданного гостя. Когда увидела, кто вломился ко мне без спроса, зашипела, как дикая кошка. А ему настойчивости не занимать, решил взять крепость измором, ну-ну, ну-ну.

— А стучать вас не учили?

— М-мм, — замычал Адлер, рассматривая мои обнаженные плечи.

— Хватит мычать, отвернитесь немедленно.

— А зачем? Ты услада для моих глаз…

— Слушайте, я вроде как вчера дала ясно вам понять, что между нами ничего не будет.

— Посмотрим, милая, посмотрим. Я отступать не намерен.

— Слушайте, вы, как вы не понимаете, что все ваши действия бесполезны? Хватит меня изводить.

— Это ты, малышка, не понимаешь, что мы не сможем жить друг без друга, природа все равно возьмет верх.

Я зашипела, а он, как хищник, начал медленно приближаться к моей персоне.

— Адлер, стой, где стоишь.

Синай лишь хитро улыбнулся. Я проглотила образовавшийся в горле ком и неосознанно облизала из-за чего-то внезапно пересохшие губы. Мужчина, поравнявшись со мной, резко уткнулся носом мне в шею, глубоко вдыхая мой аромат. Блин, я же в душе черте сколько не была, как стыдно… Дернулась в сторону, чтобы отойти от мужчины подальше. Да кабы я могла, руки, которые стремительно обхватили мою талию, не дали сделать и шага.

— Адлер, это не смешно, — попыталась достучаться я до неадекватного мужчины, именно неадекватного, так как в нормальном состоянии его глаза так не блестят, и зрачок не расширен на столько, как сейчас. — Пусти меня.

— А что мне за это будет? — проурчал мне на ухо ходячий тестостерон.

— Лучше спроси, что тебе не будет, — ответила я, упершись руками мужчине в грудь.

— Малышка, не стоит сопротивляться, ведь, думаю, ты догадалась, что все равно проиграешь, не мучай меня и моего волка, хватит сопротивляться…

— Синай, отвали, я тебе все сказала. Я твоей не буду.

— Будешь, еще как будешь, и во всех позах, и там, где я захочу. — прошептал Адлер охрипшим голосом.

Я закусила губу, его голос и слова сделали свое дело, я возбудилась. Черт, кажется, я проигрываю этот поединок.

— Синай, — обреченно простонала я.

— Да, — охрипшим голосом прошептал он мне на ухо.

— Адлер, — я выписываю Соколову, так что с завтрашнего дня она может посещать занятия, — обратился к Синаю внезапно вошедший Валди.

Он изучал информацию на планшете и не сразу понял, в какой ситуации нас застал, а когда оторвался от изучения, то удивленно приподнял брови.

— Друг, тебе не кажется, что лазарет — неподходящее место, чтобы зажимать девушку.

Боже мой… Я очнулась, как от прекрасного сна, наступила жестокая реальность, о чем я только думаю? Хотя в этот момент я не думала, а плыла по течению.

Я резко шарахнулась в сторону от Адлера, разрывая тактильный контакт наших тел. Синай зарычал и недовольно уставился на друга. Валди не растерялся и сунул ему в руки листок бумаги со словами: «Справка».

Адлер внимательно изучил мою выписку и сунул в карман брюк. Я смотрела на него во все глаза, но промолчала.

— Идем, — холодно обратился ко мне куратор и направился к выходу.

Поблагодарив доктора Валди, поспешила за ним. Шли мы куда-то в полном молчании, мужчина даже не пытался со мной заговорить. Что это с ним? То откровенно соблазняет, то насупился как сыч.

— Капитан Адлер, а куда, собственно, мы идем? — решила уточнить наш маршрут.

— Нам нужно поговорить, — ответил мужчина, даже не посмотрев в мою сторону.

— О чем?

— О ситуации в целом. Мне не давали покоя твои слова, а после того, как ты пострадала, я не могу унять свою вторую сущность.

— И куда мы направляемся?

— Ко мне, разговор конфиденциальный, я не хочу, чтобы нас кто-то услышал.

Я замолчала и больше не проронила ни слова, пока мы не дошли. Пропустив меня вперед, он заблокировал за собой дверь.

— Присаживайся, — предложил Адлер, располагаясь в удобном кресле. Я последовала его примеру.

— Ты видела виновника твоей предполагаемой смерти?

— Неужели все-таки ты воспринял мои слова всерьез?

— Хватит язвить, я не могу допустить твоей смерти, а для этого мне нужно знать мельчайшие детали.

Я глубоко вздохнула и прошептала:

— Он тебе не по зубам.

— Это я уже слышал, кто он?

Рассказать или не стоит? Если расскажу, подвергну опасности, но если нет, возможно, в одиночку я не смогу справиться.

— Я весь во внимании, — поторопил мужчина.

— Это глава, — шепнула я, не решаясь говорить громко.

— Кто?

— Глава, — повторила я, как для глухих.

Синай замер и нахмурился, что-то мысленно для себя решая. После нескольких минут мужчина очнулся и обратился ко мне.

— Теперь слушай меня внимательно, малышка. Я решу эту проблему, но ты не высовываешься, не пытаешься привлечь лишнее внимание, просто проходишь обучение. Желательно, ни с кем не контактируй.

— Адлер, так ты поверил?

— Дядя, наверняка что-то задумал.

— Дядя?

— Да, я не афиширую родство с ним, так как с детства его недолюбливаю. Он скользкий тип, и может пройтись по головам для достижения своей цели. Так он поступил с родным братом, моим отцом.

Я не знала, что сказать, и молчала, внимательно рассматривая мужчину.

— Девочка моя, не смотри на меня так, иначе я не сдержусь, и так нахожусь на грани.

Я отвела взгляд в сторону, рассматривая пейзаж за окном. Молчание затянулось, и я решила, что нужно его прервать, а то как-то не по себе становится.

— Хорошо, я и так не собиралась ни во что лезть. Что-то еще или я могу идти?

Скрежет зубов, и я оборачиваюсь. Адлер стоит, сжав руки в кулаки и поджимая губы.

— Что? — решила уточнить.

— Почему ты так со мной, Дея? Чем я плох? — вот так вопросы, с какого перепуга?

— Как так?

— Ты же моя пара, почему не хочешь быть со мной?

Вот опять-двадцать пять. И что, мне ответить правду или соврать?

— Я?…

— Понимаю, что для тебя это ново, что ты меня не знаешь, но дай мне шанс. Без тебя я уже не смогу жить полноценной жизнью.

Я зажмурилась, его искренние слова затрагивали мою душу, я просто не смогла остаться к ним равнодушной.

— Просто дай мне шанс, дай шанс нам. — продолжил он. Я нерешительно кивнула и сделала шаг в его сторону. Не могу больше сопротивляться, видно, все же будущее невозможно изменить, в таком случае, у меня есть еще год с «ним» рядом.

Его глаза торжествующе сверкнули синим пламенем, когда он понял, что я согласна попробовать. Еще шаг, и он сжимает меня в своих объятиях и целует в макушку.

— Ты не пожалеешь, обещаю, — шепчет он, поглаживая меня по спине.

— Синай, у нас только год, — обращаюсь к нему, заглядывая ему в глаза.

— Нет, у нас вся жизнь впереди, и хватит думать о смерти.

— Я о ней не думаю, она мне о себе напоминает каждую ночь…

— В смысле? — задает вопрос Адлер, а его тело в это время напрягается настолько, что становится не пробиваемым, словно камень.

— Я вижу один и тот же сон каждую ночь на протяжении года, после чего он сбывается.

— Так… — отпускает меня мой мужчина. Ведь я могу его уже назвать своим, раз решилась попробовать построить отношения? Так вот, он делает шаг назад и нервно начинает ходить из стороны в сторону.

— Ты об этом кому-то говорила?

— Кому? Я тут никого практически не знаю, да и редко кому доверяюсь.

— Заметил…

— Тогда чего спрашиваешь?

— Это хорошо, никто не должны об этом знать. Поговорю с Валди, он что-нибудь придумает, чтобы ты могла нормально отдыхать.

— А ты ему доверяешь?

— Я обращусь к нему, как для себя.

— Значит, не доверяешь?

— Дея, ты очень любопытна.

— Да, каждая девушка любопытна.

— А ты, малышка, любопытна сверх меры, но да ладно, отвечу на твой вопрос. Странно все это, а я не тот, кто верит в совпадения.

— Совпадения? — переспросила я. Мой ум за разум скоро зайдет, что тут за интриги королевского двора?

— Я давно его не видел, и странно то, что мы оказались в одном месте в одно время, и дядя еще. С чего вдруг ему вздумалось именно сейчас, когда я здесь вступил в должность, наведаться в академию?

О чем это он? Изогнула брови, мол, продолжай, я вся во внимании.

— Может, он здесь потому, что они ожидают нападение?

— Какое нападение? — Синай просверлил меня взглядом.

— Как же их называл ректор, ах да, вспомнила, нишрами.

— Что? — выкрикнул он. — Это он тебе сказал? — ухватив меня за плечи, Адлер начал усиленно трясти мое тело.

— Прекрати. — рявкнула я. Такое обращение мне совсем не нравится, со мной нужно ласково и с любовью, иначе я зверею. — Да, он сказал так и просил посмотреть, что ждет академию в ближайшее время.

— Когда?

— Что когда?

— Когда он тебя об этом спрашивал?

— Сразу после испытания…

Адлер заметался по комнате и со всего маха ударил кулаком в дверь, зарычав.

— Я же предупреждал их, предупреждал правительство межгалактического союза, что этим все закончится. По-видимому, они все пропустили мимо ушей и не стали реагировать.

— Объясни мне все по порядку, Синай.

— Нет, не лезь в это все, я сам справлюсь. Ты должна быть в безопасности, а мужские дела оставь решать мужчине.

Как же меня взбесили эти слова. Решать он будет… Как бы не решил то, что не надо.

— Если я решила дать нам шанс, это не означает, что я дала право собой командовать. и И это также не означает, что я буду слушаться во всем слушаться тебя и, поджав хвост, отсиживаться в сторонке. — ответила я, отвернувшись от него.

— Дея, — ласково прошептал Синай, приблизившись ко мне со спины, от чего по моей коже пробежались мурашки. — Я знаю, что тебе не нравиться такое мое поведение, но я не могу допустить, чтобы с тобой что-то произошло, прости… — с этими словами он защелкнул на моей руке какой-то браслет.

Я ошалело посмотрела на руку и зарычала.

— Да что ты себе позволяешь? Что за дрянь ты на меня одел?

Браслет мне напоминал ограничители передвижения у заключенных, по сути, он им и являлся, только на инопланетный манер.

— Ты же уже догадалась, что это.

— Да ты, ты. — завопила я, захотелось придушить мужчину от «вспыхнувшей» внеземной любви.

— Это маячок, теперь я всегда буду знать, где ты.

— У нас такие на заключенных цепляли. — недовольно прошипела я.

— У нас, увы, тоже, прости, но я всегда должен быть в курсе, где ты, ты для меня все.

Я все еще зло сжимала кулаки, сверля Адлера недобрым взглядом. Да как он мог так поступить, я же не его собственность, и я имею свои права.

— Не злись, малышка, знаю, что в твоих глазах я не прав, но посмотри на это с другой стороны. Если что-то произойдет, я успею тебя найти.

— Да уж, и как мне с таким украшением ходить на занятия, как душ принимать.

Адлер улыбнулся и ответил:

— Браслет водонепроницаем, так что за это не переживай. А что касается занятий, я придумаю что-нибудь, скажу, например, что это чтобы ты с отработок не сбежала.

— Издеваешься?

— Есть немного, — улыбнулся Синай и, обхватив мою талию рукою рукой, привлек прижал к себе.

— Пусти, ты выбрал не самое подходящее время, я сейчас тебя просто попросту убью. — нарочито мягко и растягивая каждое слово, обратилась к Адлеру.

Мужчина лишь еще шире улыбнулся и накрыл мои губы своими, нахально протиснув мне в рот свой язык. Вот сейчас возьму и укушу его как следует, чтобы знал. В момент, когда его язык приласкал мой, я ухватила его кончик зубами, сильно прикусывая. Адлер лишь сильнее сжал меня в своих объятиях до скрежета костей. Я отпустила его язык и взглянула в глаза. Мамочки, в них плещется такой коктейль эмоций, что от увиденного я вздрогнула.

— Не делай так, если не хочешь прямо сейчас навсегда связать со мной свою судьбу. Хотя, знаешь, делай, для себя я все решил, — хитро улыбнулся он.

— О чем ты толкуешь, — собирая мысли в кучу, спросила я.

— Ты меня укусила, — так наши женщины признают перед всеми, что добровольно отдают свое тело во власть избранного мужчины.

— Что?

— Да, по нашим законам твое тело уже мое, мне осталось заполучить твою душу. Когда ты признаешь вслух, что хочешь меня, твоя душа будет принадлежать мне.

— Я не рабыня. — выкрикнула я, пылая негодованием.

— Нет, ты ею и не будешь, если я признаю тебя своей в ответ, тогда, по нашим законам, мы будем считаться супругами.

Я вырвалась из его рук и начала метаться ураганом по его комнате ураганом.

— Успокойся, Дея.

— Сам успокаивайся, я не буду делить с тобой постель.

— Малышка, — он попытался меня остановить, заключив в свои объятия, за что и поплатился. Со всего маха я ударила его кулаком в живот и взвыла от боли, Он что там, каменный?

— Дея. — строго и предупреждающе рыкнул хитрый волчара.

— Уже как двадцать пять лет Дея.

— Сколько? — удивился Адлер.

— А то вы не знаете, в делах студентов всегда указывается их возраст, а вы куратор.

— Я еще не видел дела подопечных, но твое обязательно внимательно изучу.

— А теперь выпусти меня немедленно, я хочу отправиться к себе.

Синай нехотя разжал свои объятия и открыл дверь своей комнаты. Оттуда я вылетела как ошпаренная. Мое тело его? Ага, как же, бегу и падаю, волчара, чтоб его. Мысленно я ругала я куратора на чем свет стоит. Из моих мыслей внезапно выдернул голос подруги-соседки.

— Дея, ты как? Мне к тебе не пускали, я так переживала за тебя, прости, не думала, что ты так восприимчива к…

— Я машинально закрыла ей рот рукой.

— Тихо, не здесь, отведи меня в нашу комнату.

Ашара кивнула, и мы направились к себе, огибая изредка встречавшихся прохожих.

— Войдя внутрь, я облегченно вздохнула и опустилась на застеленную кровать.

— Что с тобой, Дея, ты даже не хочешь осмотреться?

— Единственное, что я сейчас хочу, так это успокоиться. Кстати, Ашара, ты не видела, куда делись мои очки?

Кошра кивнула и, приблизившись к моей кровати, точнее, к тумбочке, стоящей около моей кровати, открыла верхний ящик и вытянула подаренные мне очки переводчик.

Ашара покачав покачала головой и уселась напротив меня на своей кровати.

— На тебе лица нет.

— Мне настоятельно советовали съехать от тебя, — невпопад обратилась я к соседке.

— И что ты? — опустила голову девушка.

— Отказалась, пока отказалась, — ответила я.

Она подняла на меня свой взгляд.

— Я останусь, если ты пообещаешь при мне не кричать. В следующий раз могу попросту не выжить.

— Прости — Ашара вновь виновато опустила глаза, внимательно изучая поверхность пола.

— Хватит извиняться, ты ведь не знала, что так будет, — решила прервать ее самоистязание.

— Так ты меня простишь?

— Уже, — улыбнулась я, а она импульсивно подскочила ко мне и стиснула в своих объятиях как плюшевого медвежонка.

— Задушишь, — прошипела я, пытаясь оторвать от себя Ашару.

— Спасибо, спасибо, я уже и не надеялась, что все так сложится.

Я лишь улыбнулась и покачала головой. Как мало некоторым нужно для счастья.

— Слушай, Дея, пока ты болела, я взяла для тебя пропущенный материал у твоей группы.

— И кто же таким щедрым оказался? Я даже с ними не знакома.

— Уверена? Тот, у кого я брала, говорил, что вы уже успели познакомиться на экзамене.

У меня сразу перед глазами встало лицо Ремиана, и я недовольно сжала кулаки.

— Что с тобой? — спросила Ашара, видя во мне мгновенные перемены.

— Да так, пустое, — скрипя зубами, ответила я.

— Тогда почему ты злишься?

— Потому, что тот, кто дал для меня пропущенный материал, подставил меня конкретно, и вряд ли я смогу ему это когда-нибудь простить.

— Да? А мне он показался очень милым, как для лугарана.

— Ашара, внешность бывает обманчивой.

Кошара надулась, как мышь на крупу, по — видимому, Ремиан Шо девушке пришелся по вкусу.

Заметив ее реакцию, я решила для себя уточнить:

— Только не говори мне, что ты в него влюбилась с первого взгляда.

— А я и не говорю, но провести с ним пару ночей не отказалась бы, лугараны — отличные любовники, — мечтательно прошептала она в ответ.

Да, кто о чем…

— Не сомневаюсь, так, и где же конспекты, хоть изучу для приличия, как говориться болела, не болела, а знать должна.

— Фи, Дея, только не говори, что ты отъявленная заучка…

— Я не заучка, но знания — это сила, а мне они ох как необходимы, с учетом, что я говорить, читать и писать на всеобщем не умею. Если бы не переводчики, я бы вообще вас даже не поняла бы.

— Ну, писать я попытаюсь тебя научить…

— Не, не нужно, меня уже куратор наш взялся учить…

— Ах, новенький? Ты знаешь, что он только недавно приступил к своим обязанностям? Поговаривают, что он командовал отрядом специального назначения, и его списали из-за ранений, хотя по мне, он еще ого-го.

— Не пускай на него слюни. — ни с того, ни с сего разозлилась я.

Брови Ашары взметнулись вверх, красиво изгибаясь, и она пытливо заглянула мне в глаза.

— Ты его что же, для себя присмотрела?

— Нет. — рыкнула я. — Просто ты что решила, со всеми лугаранами переспать.

— Может быть…, - кокетливо захлопала ресничками кошра.

— Зря.

— Чего вдруг?

— Девушка должна быть девушкой, а не потаскухой.

— Вот еще. — психанула Ашара. — Значит, мужикам можно, а нам нет?

— Так ты что, решила за мужиками угнаться?

— Меня их шовинизм достал.

Кошмар, я и не думала, что она настолько импульсивна, прямо как я, когда мне было двенадцать. В тот год гормоны играли во всю, и я так куролесила, что тренер за голову хватался, не зная, как меня наставить на путь истинный. Благо потом мозги на место встали, и я начала более рационально оценивать те или иные ситуации. Нынешнюю ситуацию в расчет не беру, так как любого можно выбить из колеи, поменяв ему без его на то желания место обитания. Я как-то совершенно не рассчитывала оказаться в космосе среди инопланетян, да еще и в их академии, плюс ко всему ожидание смерти, хоть бейся головой о стенку. Я бы с радостью, если это помогло бы избежать всего, что случится.

— Успокойся, ты собиралась мне дать конспекты, — решила от греха подальше сменить я тему.

— Ага, вот они, — обойдя меня, девушка подошла к своей тумбочке и вручила мне планшет. Он теперь твой, и все конспекты я для тебя в отдельную папочку загрузила.

Я взяла из ее рук планшет и покрутила его, оглядев со всех сторон. Как, спрашивается, им пользоваться, где кнопочка «вкл» и «выкл»? Что это опять за ромбики и квадратики, даже в очках они остались прежними, по-видимому, перевода нет. Помниться, в виртуальном корабле были такие же, как их там или подобные? Напрягая мозги, я ничего не добилась, не помню, и все тут.

— А пособия для чайников случайно нет?

— Чего?

— Чего, чего…Инструкции, как пользоваться, — продолжая вертеть в руках планшет, ответила я.

— Так это очень просто, нажми финату… — ответила моя гениальная соседка.

— Чего? И как выглядит эта фината?

— Ох, прости, постоянно забываю, что ты не только в языке, но и в наших знаках…

— Профан, — договорила я за свою новоявленную подругу.

— Вот это фината, — ткнула она пальцем в знак треугольника, который пересекала по диагонали волнистая линия.

— Его с тантусом можно различить только по количеству волн в волнистой линии. У финаты их три, а у тантуса четыре, — продолжила объяснения девушка.

Боже, мне еще, чтобы знаки не путать, придется волны считать? Ы-ыыы, все у них не как не у русских людей, все через одно место придумано.

— Нажимай давай, и я продолжу тебя дальше инструктировать, — обратилась ко мне соседка.

Я присела на свою кровать и предложила ей сесть рядом, как она в последствии и поступила. Нажав на так называемую финату, я включила свой планшет. Комната тут же озарилась синеватым светом, после чего передо мной возникла виртуальная клавиатура, шириной метр на метр и с кнопочками примерно сантиметр на сантиметр. И это я не беру в расчет еще боковые панели, они тоже таких же размеров и с таким же количеством кнопочек. У меня от увиденного изобилия виртуальных знаков, глаза на лоб полезли. Там имелись в наличии и закорючки различных типов, и треугольники, и скрещенные квадраты, и даже знак солнышка имелся, располагаясь в самом углу нижней панели клавиатуры.

— Это что? — выпала я в осадок. Пожалуйста, только не их алфавит, наш земной китайский со своим количеством в 106230 иероглифов отдыхает, там хотя бы систематика прослеживается, здесь же…

— Ты не пугайся, — прошептала Ашара. — Обычно при записях пользуются только нижней панелью. Боковые служат вспомогательными для ученых и гениев.

— Ага, — не приходя в себя, ответила я. Утешила. Она что считает, что на нижней панели их мало?

— Давай я буду рассказывать о каждом значке и его значении, а ты запоминать.

Я истерически захохотала.

— Ты считаешь, что это реально быстро запомнить? Тут хоть есть ручка с бумагой, я бы записывала их значения на своем родном языке, чтобы можно было в любой момент подглядеть как в словарик?

— Вообще-то все компьютеризировано, никто уже не пользуется бумагой и ручкой. Зачем вредить лесам?

— Отлично, просто замечательно, я эту азбуку и за год не выучу, как я писать-то буду на экзаменах, блин…… - завыла я.

— Хватит, причитать, нужно с чего-то начинать, я помогу, чем смогу.

— Хорошо, — согласилась я, а куда деваться. Не выучу язык — погибну, хотя я и так … А, не буду пока думать о плохом, иначе свихнусь. — Рассказывай и показывай.

Ашара улыбнулась и начала свою лекцию, наглядно показывая знаки и сообщая их названия. Через час обучения я настолько погрузилась в него, что мой мозг начал медленно закипать:

— Не понимаю, фината в сочетании аиль (значок, представляющий собой окружность с двумя горизонтальными зигзагами, пересекающими ее и делящими на равные части) означает вход.

— Нет, Дея, ты перепутала, фината и раиль (значок, представляющий собой окружность с одной горизонтальным зигзагом, пересекающим ее и делящим на две равные части) означают вход, а фината и аиль в сочетании означают выход.

— Мне нужно выпить, — в слух констатировала я факт.

— Ты что? — в недоумении обратилась ко мне соседка.

— Да в этом всем без пол литра не разберешься.

— Прекрати, ты запомнила несколько знаков и их значения, это уже что-то. Просто тебе нельзя много охватывать. Новые знания должны закрепиться у тебя в голове, иначе ты постоянно будешь что-то путать.

— У меня нет времени.

— А так ты письменность никогда не выучишь. — резко поднявшись, ответила Ашара. — На сегодня хватит.

Я глубоко вздохнула, но согласилась с подругой, нельзя сразу охватить сразу необъятное, нужно это делать постепенно. Отключила планшет, да-да, я уже научилась его свободно включать и выключать его, и положила его на тумбочку.

Ашара занялась своей кожей, нанося себе на лицо какую-то желеобразную субстанцию фиолетового цвета.

— Это что? — полюбопытствовала я, указывая взглядом на баночку со странной косметикой.

— Крем, сделанный из выжатого сока ирмы, очень полезен для кожи, улучшает цвет, выравнивая его, и кожа после него становиться очень мягкой. Хочешь попробовать? — предложила она.

— Э… Нет, наверное, не известно, как инородное вещество подействует на мою кожу, вдруг будет аллергия? — ответила я, наученная горьким опытом, голос-то кошра подействовал на меня не так, как должен был, неизвестно еще, как может подействовать косметика.

— Ну как знаешь, — прошептала соседка, втирая крем в свою кожу.

Я устало развалилась на кровати, раскинув руки в стороны. Нужно отдыхать, завтра у меня начнутся занятия, вот только засыпать и вновь проходить через пытки не хочется. Прикрыв глаза, я попыталась представить побережье Черного моря, может, так кошмар отступит, ведь несколько раз мне удавалось таким образом избежать свои жуткие сны.

Солнышко припекает, я чувствую каждой клеточкой кожи его лучи, они дарят тепло и наслаждение. Резко все меняется, и я голой спиной ощущаю холодный метал стола. Глаза слепит яркий свет лампы, не могу пошевелиться, резкая боль в плече, из глаз брызнули слезы. Зажмурившись, приказываю себе проснуться. Проснись, Дея, проснись. От новой боли я никак не могла сосредоточиться и вернуться из сна в реальность.

Я должна проснуться, должна. Мысленно твердила, как мантру, вспышка новой боли, и я изо всех сил дернулась, пытаясь подняться, но удерживающие меня ремни не дали мне этого сделать.

— Проснись, Дея, — где-то отдаленно слышался голос подруги. — Проснись.

Резко открыв глаза, увидела обеспокоенное лицо подруги.

— Вселенские силы, как ты меня напугала.

— Что? — мало что соображая, спросила я.

— У тебя были конвульсии, и твоя голова моталась из стороны в сторону, а еще ты плакала.

— Прости, — прошептала я, чувствуя за собой вину.

— Что с тобой было? — успокаиваясь, спросила Ашара.

— Кошмары, они мучают меня уже давно.

— А ты не хотела бы попробовать татанис.

— Это что такое?

— Успокоительное, его побочным действием является именно отсутствие любых сновидений.

— Я только за, но для начала нужно проконсультироваться с доктором Валди, наобум принимать таблетки я не стану.

— Как знаешь, мое дело предложить, но, веришь, ты своим состоянием меня очень сильно напугала, не хотелось бы, чтобы это повторялось. Дея, я ведь вновь хотела уже бежать за помощью.

— Не нужно, Ашара, спасибо, что разбудила.

— А что тебе снилось, если не секрет?

— Моя смерть, — устало ответила я, не вдаваясь в подробности.

— Ясно, — ответила соседка и вновь перекочевала к себе на кровать.

— Отдыхай, я спать сегодня уже все равно не буду.

Ашара покачала головой и отвернулась от меня к стенке. Я возвела глаза к потолку и начала внимательно изучать его покрытие. Глаза незаметно начали закрываться, и я, решив, что так дела не будет, тихо поднялась с кровати. Стараясь не шуметь, я направилась к двери. Проходя мимо зеркала, обратила внимание, что легла спать даже не переодевшись. Мысленно отвесила себе подзатыльник, приложила палец к считывающему устройству и покинула нашу с Ашарой комнату.

Коридор был совершенно пуст, видимо, только мне в столь поздний час спалось очень плохо, и только я решилась на позднюю прогулку. Бредя по длинному коридору, я задумалась о своем проклятии, и не сразу заметила, что ко мне обращается смутно знакомый голос. Обернувшись, увидела перед собой недовольного Синая. Сложив руки на груди, он сверлил меня своими сапфировыми глазами.

— И как это понимать? — холодно спросил он. — К кому собралась?

У меня брови вопросительно изогнулись, и я даже сразу не нашла, что ответить.

— В смысле, к кому? — переспросила я.

— Вообще-то, на территории академии после двенадцати установлен комендантский час.

— Да? А предупредить было сложно?

— Это написано в уставе, разве ты его еще не удосужилась прочитать? Я ведь дал тебе очки-переводчик.

— Я не успела.

— Зато шарахаться ночью по пустым коридорам и нарушать комендантский час ты успела.

— Мне не спиться, — раздражаясь, ответила я.

— И куда же ты направлялась?

— Просто пройтись.

— По мужскому крылу? И просто пройтись? — язвительно спросил он.

— Мужскому? Я не знала, что это мужское крыло.

— Ищешь приключений на пятую точку, не хватает в жизни изюминки, захотелось экстремальный ощущений? Так ты говори, не стесняйся, можем и поиграть, я их тебе организую.

— Ты о чем? — округлив глаза, спросила я у своего куратора.

— О чем? Тебе наглядно показать или описать словами? — резко хватая меня за плечи, он прижал меня к ближайшей стене. Я всем телом ощутила и его мощь, и твердый бугорок, упирающийся мне в живот. Я непроизвольно скосила глаза вниз, вмиг пересохшие губы дали о себе знать, и я их, не задумываясь, облизнула. Адлер зарычал раненым зверем и, взяв двумя пальцами меня за подбородок, заставил на него посмотреть, после чего впился в мои губы страстным поцелуем. В груди начал зарождаться огненный поток, который рвался наружу. На долю секунды мужчина отстранился, дав возможность вздохнуть полной грудью, а потом, не дав мне опомниться, взял на руки и быстрым шагом направился дальше по коридору. По пути он несколько раз сворачивал, а я недоумевала, куда это он меня в таком стремительном темпе тащит. Внизу живота порхали бабочки, и я знала, что это означает. Спорить с тем, что я его хочу, нет смысла, это стало очевидно еще тогда, когда я поняла, что именно он герой из моего сна. Но быть его подстилкой я не намерена.

Не заметно для себя я оказалась распластанной на широкой кровати, а сверху надо мной навис Синай.

— Не надо, — прошептала я севшим голосом, вспомнив наш прошлый разговор.

— Я схожу по тебе с ума, — обреченно прошептали мне на ухо обреченно. — Я хочу дышать тобой, ощущать всем телом шелковистость твоей кожи, обладать всецело твоей душой, хочу всегда быть с тобой.

— Нет, — прошептала я. — Не смей, прекрати мне это говорить.

— Родная, я говорю то, что чувствую.

— Ты меня не знаешь, такие чувства нельзя испытать сразу, они приходят со временем.

— Не у нас. Лугараны отличаются от других тем, что, почувствовав свою пару, больше не смогут без нее. Чувства, привязанность возникают моментально. Я не смогу уже без тебя, Дея, не отталкивай меня.

Я слушала его хриплый голос, и у меня в душе все переворачивалось. Никогда в жизни у меня не было того, кому бы я действительна была нужна просто так, а не из-за выгоды. Сцепив зубы, я решительно молчала. Не хочу, чтобы он потом страдал, но…, ведь он сказал, что уже все равно без меня не сможет, может, все же уступить? Пусть год, но он у нас будет, да и держать оборону под таким давлением такой срок я не смогу, сдамся ведь рано или поздно, так зачем же тогда терять время попусту?

Пока я обдумывала свой ответ, окончательно все для себя решая, Адлер не терял время зря и начал меня раздевать.

— Что ты делаешь? — пытаясь прекратить произвол, спросила я.

— Раздеваю тебя. Теперь ты переезжаешь ко мне. Не хочу больше бегать по ночам по корпусу в поисках своей малышки.

О своей одежде он тоже не забыл, и в мгновение ока он был уже полностью обнажен. Великолепное тело захватило все мое внимание. Даже шрамы на груди и спине не портили его, наоборот, украшали. Сильные тренированные мышцы играли при каждом движении мужчины, а мужское достоинство было уже во всеоружии. Я закусила губу и попыталась оторвать свой взгляд от подрагивающего естества. На долю секунды мне удалось это сделать, и я подняла глаза к его лицу. Хищная улыбка играла на его губах, давая понять, что он удовлетворен моей реакцией. Зажмурившись, я прошептала:

— Ты торопишь события, я не собираюсь к тебе переезжать, у меня отличная соседка и…

Договорить мне не дали, заткнув рот всем известным способом. Быстро передвигается, гад. Или я начала слишком тормозить? В перерывах между поцелуями я пыталась достучаться до наглого волчары, но, увы и ах, абонент был не доступен.

Его сильные руки скользили по моему телу, лаская и прижимая в желании как можно дольше удерживать рядом с собой.

— Адлер, это все равно ничего не решит, я не перееду.

— Переедешь, малышка. — прохрипел Синай и сдернул с меня последний атрибут женской одежды — нижнее белье.

Его страсть вперемешку с нежностью окончательно сломили мое сопротивление. Я сама притянула его к себе, впиваясь в губы и одновременно оставляя на спине отметины от своих ноготков.

Адлер зарычал и настойчиво раздвинул мне ноги, на это я лишь изогнула бровь. Что же ты, милый, будешь делать дальше? Синай, не разрывая наш зрительный контакт, нежно погладил внутреннюю сторону бедра, подмечая малейшие изменения в выражении лица. Я закусила губу, жар охватывал места его прикосновений. Со мной никогда ничего подобного не было в объятиях других мужчин, да и было их не так много, точнее, лишь один. Никогда, как говорится, не срывало крышу от страсти. С Адлером же я в полной мере почувствовала весь букет из эмоций. От каждого нового прикосновения я все меньше себя контролировала. Безумно захотелось стать с Синаем одним целым, быть наполненной им до краев. Мужчина не спешил удовлетворять мои потребности и, с трудом контролируя себя, продолжал ласкать мое тело. Его губы побывали везде, но чаще всего останавливались на моей груди, захватывая в плен розовый сосок и легонько прикусывая его зубами. Стоны вырывались из меня все чаще и чаще, я сжимала в кулаках простынь, взглядом умоляя взять меня и больше не мучить.

— Синай, — простонала я, когда терпение мое помахало мне ручкой.

— Да, — прохрипел на ушко этот изверг, прикусывая мочку уха.

— Я больше не могу. — захныкала я, обнимая и сжимая его ногами. — У меня там все болит.

— Тшш. — утешил меня Адлер и медленно начал погружаться в меня, растягивая своим естеством. Да, кажется, я переоценила свои возможности, он оказался очень большим для меня.

— Ты такая маленькая и тугая, шаани (ласковое обращение к паре у лугаранов) — прошептал он, останавливаясь на полпути.

Уже почувствовала, но отступать не намерена.

— Не смей останавливаться, — прошипела я.

— Тебе может быть больно, — ответил Адлер, накрыв своей ладонью мою грудь и легонько сжав ее.

— Если ты сейчас остановишься, то больно будет тебе.

Брови Адлера взметнулись вверх, но он быстро взял себя в руки и возобновил движение. Когда он вошел полностью, я глубоко вздохнула, привыкая к новым ощущениям. Полной наполненности мне было мало, моему телу были необходимы движения, и я прошептала Синаю:

— Двигайся, не будь столбом.

— Шаани, — зарычал мой мужчина и сначала медленно, а потом ускоряясь начал извечный танец любви.

Я стонала и кайфовала от испытываемых ощущений, местами граничащих с незначительной болью. Она была ничто по сравнению с тем, что стремительно назревало.

Маленький взрыв я испытала, прокричав имя своего любовника, и он, еще несколько раз мощно толкнувшись в меня, последовал за мною. По-прежнему находясь во мне, он резко перевернулся, укладывая на себя мое уставшее тело и прикрывая глаза. Отдышавшись, я попыталась освободиться от медвежьих объятий, к тому же, спать в таком положении не совсем удобно. Завозившись и заерзав по Адлеру, я добилась того, что вновь возбудила мужчину, хотя твердым внутри меня он не переставал быть.

— Шаани, я, конечно, не против продолжения, но тебе и твоему организму нужно оправиться и привыкнуть к моим размерам. Спи уже.

— Что? Ты намереваешься так спать? — намекнула я о том, что он до сих пор у меня внутри. — И что за шаани такая, у меня имя есть, между прочим.

— Тшш, — прошептал Адлер, никак не реагируя на мои вопросы, а мне вдруг до безумия захотелось поговорить, засыпать было страшно, хотя глаза и слипались.

— Адлер, я не со стенкой разговариваю. — зашипела я.

Мужчина обреченно застонал.

— Да, определенно, такой натуре, как ты, одного раза явно мало…

— Похотливый кролик. — беззлобно зарычала я.

Адлер хмыкнул и сильнее прижал меня к себе.

— Еще чуть-чуть, и у меня будут переломы, — закряхтела я, как старая бабка.

— Прости, — ответил Синай, уткнувшись мне носом в макушку и ослабляя хватку.

— Я хочу встать и сходить в душ, — прошептала я, пытаясь приподняться и заглянуть в глаза мужчине.

— Завтра, все завтра, спи…

— Не хочу.

— А что хочешь? Помимо душа, туда сейчас я не отпущу, к тому же твое тело еще не настроилось на меня, должно хотя бы пару часов пройти.

— Адлер. — рыкнула я.

— Дея. — рыкнули недовольно мне в ответ. — Я в следующий раз не намерен сдерживаться из-за боязни тебя порвать потому, что ты такая крохотная, поэтому потерпи.

— Р-рр — зарычала я.

На мое рычание Синай начал легко поглаживать мою поясницу в попытке успокоить. Я засопела в обе дырки, но решила в первые в жизни осознанно послушаться.

Незаметно для себя я провалилась в сон. На этот раз сон претерпел изменений. Я лежала на холодном медицинском столе в гордом одиночестве, моего мучителя-убийцу не было видно, лампа, слепящая мне глаза до этого, была отключена. Я повернула в голову, ища подсказок, где я собственно нахожусь, и увидела свое отражение в большом зеркале, висящем на стене сбоку. Мой плачевный вид можно было назвать одним словом: жертва маньяка. Руки и ноги были в глубоких порезах, но кровь почему-то не лилась, как это было в предыдущих снах, было ощущение, что раны, оставленные скальпелем, медленно, но затягиваются. Превозмогая боль, я попыталась ослабить удерживающие меня ремни, грудь, живот и ноги саднило от врезавшейся грубой кожи. Я была полностью раздета, смущаться этому факту не было сил. Глубоко вздохнув, стиснула в зубах кляп и, дернувшись, попыталась растянуть и ослабить ремни.

Грохот за дверью заставил напрячься в ожидании очередных неприятностей.

— Где она? — слышалось злое рычание животного, в котором различался голос Адлера.

— Говори, дядя, иначе я здесь сравняю все с землей.

Адлер, он пришел, не оставил меня, он жив. Слезы радости потекли из глаз, и я попыталась громко замычать, давая понять моему мужчине, где я нахожусь.

Последовал грохот, а через некоторое время ко мне подскочил Синай, взгляд которого метал молнии.

— О, высшие силы, девочка моя… — обеспокоенно прорычал он, меняя волчью ипостась на человеческую.

Очень осторожно Адлер вынул из моего рта кляп и дрожащими руками начал освобождать меня от грубых ремней.

— Шаани, — прошептал он, полностью меня освободив. — Тебе, моя хорошая, больше ничего не угрожает. Ремиан. — обратился он к уже вошедшему парню, подзывая его. — Отвечаешь за нее головой. А мне кое-что еще нужно уладить.

— Синай? — вопросительно прохрипела я.

— Все хорошо, милая, Ремиан о тебе позаботится.

— А…

— Дея. — более строго. — Все вопросы позже, когда выберемся.

Мне ничего не оставалось как кивнуть и разрешить Ремиану взять себя на руки.

На выходе мы с Адлером расстались, мы свернули налево, а он пошел с группой своих людей и взятым в плен моим мучителем в противоположную сторону.

Я молчала, пока Ремиан активировал челнок и усаживал меня в кресло, накрывая теплым пледом и пристегивая ремнями безопасности. Только когда он запустил систему отстыковки, я запаниковала.

— Что ты творишь? А как же Адлер и…

— Ты что же думаешь, мы прибыли на одном челноке? Капитан Адлер приказал тебя эвакуировать, они порешают все и тоже последуют за нами, не переживай, он профи.

— Но…

— Дея, хватит, мне сейчас не до объяснений, пилотирую я не слишком хорошо, поэтому требуется все мое внимание, иначе мы врежемся в какой-нибудь астероид.

Я замолчала, выглядывая в иллюминатор челнока. После отстыковки мы стремительно начали отдаляться от космической станции, и тут прогремел взрыв. Челнок взрывной волной подбросило, но Шо быстро сориентировался и выровнял челнок.

— Это что? — дрожа всем телом, спросила я Ремиана.

Он с силой сжал штурвал и промолчал.

— Там же Адлер. Они успели отстыковаться? Их челнок отстыковался? — прокричала я, видя, что Ремиан напрягся.

— Шо. Они выбрались, Шо?

Мужчина, из-за которого я попала в В.А.М.С., лишь отрицательно покачал головой.

— Ты врешь, — прошептала я одними губами, после чего закричала: — Ты врешь…….

Он дернулся от моих слов, как от удара, но промолчал.

— Поворачивай.

— От станции ничего не осталось, — тихо ответил он.

— Я сказала, поворачивай.

— Дея, это бесполезно.

— Он жив, он должен быть жив.

— Мне жаль…

— Нет……… - прокричала я и проснулась в слезах. Адлер сжимал меня в объятиях и пытался успокоить.