Глава 12

Мини Купер заглох посреди проезжей части, проехав всего пару футов. Диана несколько раз попробовала прокрутить ключ в зажигании, машина заржала как лошадь, но на этом признаки её жизни заканчивались. Диди вылезла на дорогу, с силой пнула Мини Купер по колесу. Не полегчало. Диана считала, что развалюху давно пора утилизировать, но папа упорно гладил машину по капоту и называл «классикой». Сейчас папа лежал в больнице и ничто не мешало сдать «классику» на лом и выручить какие-то деньги. Хватило бы на билеты до Бристоля и обратно.

Макса Мастерса госпитализировали два дня назад. Он, как и обещал, оставил ключ от Мини Купера дочери, чтобы та без проблем могла передвигаться, искать работу, навещать больного. Отец не знал, что машина отдаст концы в первую же попытку выехать на ней в мир. Диана привалилась спиной к дверце, тяжело вздохнула, посмотрела в пасмурное небо. Она честно хотела навестить папу, но обстоятельства снова всё решали за неё. Максимум через двадцать минут польёт первый сентябрьский дождь, загоняя всех под зонты и в укрытия. Прохладный ветер заставил поёжиться и запахнуть короткую джинсовую куртку. Диди достала из кармана мобильник. Быстро найдя в интернете номер эвакуатора, оставила заявку и села на водительское сиденье. Оставалось только ждать.

Два дня назад Диана отвезла отца на этом самом Мини Купере в онкологический центр в Бристоле. Макс источал оптимизм и уверенность в завтрашнем дне, заражая своим настроением окружающих. Но стоило Диди выйти за порог центра и сесть в машину, как волшебное действие закончилось и заново подкралось чувство тревоги и безысходности. Именно в болоте безысходности она прибывала два дня. Чтобы снова увидеть свет в конце тоннеля, нужно было снова посмотреть во вполне здоровое, спокойное отцовское лицо. Эгоистичная причина для поездки. Может, поэтому Мини Купер отказался ехать.

Всего через десять минут на Дайэл-Хилл Роад свернула машина с прицепом и клешнёй манипулятора на крыше. Быстро они сработали. Диди вышла из развалюхи, отошла на тротуар, скрестила руки на груди. Она с отрешенным видом наблюдала за тем, как эвакуатор паркуется и разворачивает клешню. Операция развернулась на половину проезжей части. Радовало то, что никому не взбрело в голову проехать по пустой улице.

До того момента, как сразу за отцовским Мини Купером не затормозил точно такой же, только моложе лет на десять. Здорово, просто здорово. Вот и публика.

— Что случилось? — спросил Ричи Райан, чья блондинистая голова показалась над крышей его машины.

Диана малодушно не хотела ему отвечать. На проезжей части оставалось достаточно места чтобы объехать агрегат и не приставать к людям с вопросами. Но стоять и молчать было глупо и не по-взрослому.

— Развалюха умерла, — пожала плечами Диди, глядя прямо перед собой.

Его густая бровь взметнулась вверх.

— И поэтому нужно было вызывать эвакуатор?

— Хотел, чтобы я унесла её отсюда на плечах?

— Могла пройти несколько футов, постучать в мою дверь и попросить оттащить машину во двор. Соседи иногда так делают, знаешь ли.

Какой он милый, когда не пытается обрушить на Диану тонну грязи.

— Спасибо, мистер Райан, — хмыкнула Диди. — Но у нас с вами нестандартные соседские отношения.

Мальчик при эвакуаторе тем временем закрепил машину, прыгнул в кабину, и клешня потянула Мини Купер вверх.

— Куда ты ехала? — спросил Рич, глядя, как развалюха отрывается от земли.

Диане на нос с неба упала капля. Потом еще одна — на лоб. И на плечо.

— Уже никуда, — пробормотала Диди.

— Я могу подбросить.

— Сомневаюсь.

Мини Купер громко опустился на прицеп эвакуатора. Еще пара минут и можно убегать домой. Если повезет, дождь успеет намочить одежду не слишком сильно.

— И всё-таки куда? — снова подал голос Ричард.

Диди закатила глаза. Какого чёрта он до сих пор здесь?

— Господи, Райан, нам не по пути! Я ехала в Бристоль. Ты собирался прокатиться в ту же сторону?

— Нет, — пожал плечами Рич. — Я забираю Келли со школы.

В этот момент пискнул чей-то мобильник. Мужчина засунул руку в карман, извлёк смартфон, глянул на экран.

— Но Келли уже уехала в гости к Марго, — добавил он после паузы. — Как мне «нравится» такая постановка меня перед фактом… — он снова замолчал, спрятал телефон, задумчиво посмотрел на эвакуатор. — Садись, поехали, — услышала Диди.

Она удивлённо вздёрнула брови.

— Куда? К Марго?

— В Бристоль. Тебе же нужно в Бристоль?

С ним точно что-то не так. Подменили, выбили мозги, или наоборот, вставили.

— С чего это ты повезешь меня в Бристоль?

Ричард хмыкнул.

— Оливковая ветвь.

И его светлая голова снова скрылась. Светлая в прямом смысле, а не в переносном. Что творилось внутри черепной коробки этого человека оставалось чёрной тайной. Оливковая ветвь после всего, что произошло? Диана была почти не против потратить его время и топливо. Визит к папе был важнее собственных антипатий. Оставалось притерпеться к обществу красивого голубоглазого психа и не сойти с ума в тесноте автомобильного салона. Это казалось вполне реальным.

Щётки работали в пол силы, смахивая капли воды с лобового стекла Мини Купера. Дождь шёл не очень сильный, но достаточно быстро затягивал окна размывающей плёнкой. В салоне царило молчание. Рича оно крайне напрягало, заставляя постукивать пальцами по рулю, опираться локтем о дверь и потирать губы, или делать вообще хоть что-то. Диана же, вопреки ожиданиям была расслаблена и безмятежна. По крайней мере Ричу так казалось. Он иногда бросал на неё косые взгляды и делал выводы, что девушку никак не беспокоит его присутствие. Она спокойно смотрела в окно уже десять минут пути. Раздражающе спокойно.

Рич не слишком долго думал прежде чем предложить отвезти её в Бристоль. На самом деле вообще не думал. Диана стояла под начинающимся дождём с таким видом, будто сама же этот дождь и вызвала, и вообще плевать ей на происки стихии. Слишком независимая. Слишком отрешенная. И эта девушка недавно выбивала искры подошвами кед о барную стойку? Никто бы не признал за ней такой грех, если бы увидел сейчас. Рич чувствовал дурацкую вину. Он уже всерьёз ненавидел это чувство, но ничего не мог с собой поделать. Ему казалось, что он потушил этот приманивающий к себе огонь.

Поэтому он сейчас ехал в Бристоль. Ну и ещё потому, что нехорошо бросать красавиц в беде.

Слева от Рича появилось какое-то движение, раздался шелест. Неужели, она пошевелилась! Впервые с того момента, как машина отъехала от тротуара на Дайэл-Хилл Роад. Бросив взгляд в сторону пассажирки, Рич увидел, что та выудила из рюкзака вафельный батончик, развернула его и энергично всадила в него зубы. Вместо того, чтобы следить за дорогой, все внимание вдруг приковалось к кусочку шоколада, прилипшему к нижней губе девушки. Диана повернула голову и перехватила взгляд.

— Ты хочешь батончик? — выгнула брови она.

Рич резко отвернулся и уставился вперёд. Как раз туда, куда и нужно смотреть, когда сидишь за рулём машины.

— Нет, — бросил он. — Не хочу.

Снова наступила тишина. А ехать предстояло ещё десять минут до Бристоля и неизвестно, сколько по самому городу. Нельзя ведь бросить девушку на ближайшей остановке и предложить добираться на общественном транспорте.

— Так… — Рич запнулся, постучал указательными пальцами по колесу руля. — Куда мы едем?

Диана спрятала упаковку от батончика в свой рюкзак, размашистым жестом убрала с лица каштановые пряди и снова отвернулась к окну.

— Не нужно, — проговорила она куда-то в стекло. — Высади меня в начале города, дальше я сама.

— Оливковые ветви так не протягиваются, — возразил Рич.

Девушка снова взглянула на него. Испытующе, недоверчиво. Приходилось признать, Рич это заслужил.

— Мне нужно в больницу, — наконец безразличным тоном сообщила Диана,

«Мне нужно в больницу». Три простых слова отозвались странным, далёким воспоминанием, и отбились в ушах колокольным звоном. Где-то он это слышал. Когда-то очень давно. Ситуация повторялась один в один с разницей в четырнадцать лет и на пассажирском сидении в этот раз не было длинноволосой восемнадцатилетней девчонки-блондинки. Воспоминания докопалась до того отдела памяти, куда никто давно не заглядывал.

Рич резко крутанул руль в сторону обочины и вдавил педаль тормоза в коврик. Сзади раздался строй недовольных сигналов клаксонов, Диану шатнуло вперёд, но ремень не позволил девушке удариться головой.

— Ты беременна?! — выпалил Рич, поворачиваясь к ней всем корпусом и закидывая руку на подголовник кресла.

Диана открыла было рот (наверное, чтобы отчитать Рича за навыки вождения), но после заданного вопрос он так и остался просто открытым. Карие глаза Бэмби расширились до невероятных размеров.

— Ты свихнулся? — пискнула девушка.

Рич не поддался на провокацию.

— Вполне закономерный вопрос, — возразил он, не замечая, как переходит на повышенный тон.

— Я не беременна! С какой стати?!

— Тебе рассказать, как появляются дети?

— Избавь меня от инструкции, — огрызнулась Диана.

Рич наставил на неё указательный палец.

— Ты уходишь от ответа.

— Отвали, Райан! — возмутилась девушка. — Я же сказала, что не беременна!

Она откинулась на спинку кресла, и издала что-то вроде раздосадованного рычания, означавшего, что её бесят идиоты в целом и некоторые особи в частности. Рич глубоко вдохнул и выдохнул, положил руки на руль. Переключив передачу, он медленно выехал на трассу. Но мысль не давала покоя. Возможно, если бы всё не повторялось второй раз в его жизни, он и не подумал бы спросить. Вообще ни о чём не подумал бы.

— Ты не можешь знать наверняка, — заговорил Рич через несколько минут. — Прошло мало времени.

Диана закатила глаза.

— Отвали, Райан, — повторила она. — Я могу знать. И я знаю, — она замолчала, устало зажала пальцами уголки глаз. — Папа сейчас в онкологическом центре. Я хочу его навесить.

Рич чуть было снова не ударил по тормозу, но вовремя сдержался.

— В онкологическом центре? — глупо переспросил он.

— У него… — девушка замялась. — У него рак. Обещают удалить, так что… — она тихо вздохнула. — …так что всё будет хорошо.

В салоне снова наступило гнетущее молчание. У Рича было чувство, будто его ударили в солнечное сплетение. Он безучастно смотрел на дорогу, а мысли переместились теперь уже на восемь лет назад. В палату диспансера, где Кларисса лежала подключенная к аппаратам, совсем еще маленькая Келли спала в кресле, свернувшись, как котёнок, а Рич смотрел на них двоих и понятия не имел, как ему жить дальше. Похоже, сценарий его жизни был кем-то зациклен, заставляя ходить по кругу, или по крайней мере переживать чем-то похожие ситуации, но уже с другими людьми.

— Прости, — проговорил Рич, когда Мини Купер въехал в черту города. — Твой отец крепкий, он справится. Я отвезу тебя и подожду на улице.

— Ты не обязан, — тихо ответила девушка.

— Мне не сложно, Диана.

***

Выходя из стеклянных дверей Бристольского онкологического центра на крытую парковку, Диана пребывала в какой-то растерянности. Растерянно остановилась на месте, растерянно обвела взглядом ряды машин. Она не запомнила, где Рич поставил машину. Хотела запомнить, но так спешила, что не обратила внимания.

Операцию назначили на послезавтра. Так скоро. Диди почему-то казалось, что к таким вещам готовятся долго и тщательно, а оказалось нет. Конечно, отца обследовали намного раньше, до того, как он рассказал дочери. Возможно поэтому сейчас для Дианы всё выглядело безумным калейдоскопом.

Макс Мастерс выглядел отлично. Когда Диди вошла в палату, он играл в игру на смартфоне, сосредоточенно хмурясь и закусывая нижнюю губу. Седоватая щетина на щеках и подбородке свидетельствовала, что отец пользовался возможностью не слишком заморачиваться с внешним видом, пока рядом не наблюдается жены. На Диану он взглянул мельком и снова сконцентрировался на игре, бросив короткое «Подожди, сейчас пройду уровень». Диди раньше не видела, чтобы папа играл в игры. Но, видимо, теснота и скука больничной палаты трансформирует сознание людей.

На весь бессвязный лепет Дианы, Макс отмахивался и шутил на тему лишнего органа и лишних запчастей в организме. Мол, подумаешь, живут же люди. Правда на таблетках, но живут. А Диди его слова казались фантастикой. Или бредом. Они вводили в полнейшую растерянность и непонимание ситуации, поэтому выйдя наконец из палаты и из здания, Диана чувствовала себя странно. Но достаточно оптимистично.

Еще раз обведя взглядом парковку, она наконец увидела искомый автомобиль. Да и то благодаря его владельцу. Рич стоял, опершись спиной о Мини Купер. В руках мужчины были бумажные стаканчики.

Чёрт, до чего же хорош!

Билли всегда старался выглядеть хорошо, его образ чётко выверялся. Даже небрежные детали вроде наброшенного на плечи свитера на самом деле были продуманным планом. Ричард Райан в корне отличался от Уильяма. Он был хорош сам по себе. Просто такой, какой есть. В не глаженной льняной рубахе с распахнутым воротом, в голубых потёртых джинсах с каплями краски в нескольких местах. С короткими волосами, чуть растрёпанными ветром или запущенной в них пятернёй. Билли свои русые волосы всегда укладывал всякими девчачьими средствами, от него всегда пахло крышесносным парфюмом, в который хотелось упасть навсегда. А Рича преследовал почти неуловимый запах мяты и краски. Диана успела заметить упаковки с мятными леденцами, разбросанные по салону автомобиля. Аромат краски же был важной составляющей жизни мужчины.

— Я купил кофе, — констатировал Рич, протягивая подошедшей Диди один из стаканчиков.

Очень мило. Диана влезла в карман джинсовки, нащупала пальцами горсть монет, и вытянула их все.

— Спасибо, — пробормотала она, рассматривая номинал монет на раскрытой ладони. — Сколько стоил?

Ричард не отвечал. Одну секунда, две… Диди подняла взгляд от денег на лицо собеседника. Его брови картинно выгнулись, губы изломила ироничная ухмылка.

— Серьёзно? — недоверчиво проговорил Рич, всё еще удерживая руку навесу. — Ты считаешь меня совсем карикатурным кретином?

- Так же, как и ты меня — вертихвосткой, — отпарировала Диана.

Он хмыкнул.

— Туше. Убери деньги и возьми уже этот чёртов стакан.

Диана еще несколько секунд смотрела на его руку. Забрала. Спрятала кулак в карман и монеты звякнули. Ладно, если мужчина угощает, отказываться не стоит.

— Как Макс? — спросил Ричард, не пытаясь отойти от дверцы и сесть в машину.

Диана пожала плечами и оперлась о Мини Купер рядом с ним.

— Выглядит отлично. Меня это сбивает… — Диди сделала маленький глоток из стаканчика. — Послезавтра операция, а он будто на курорт приехал.

— Тебя отвезти?

— Что? Нет! То есть спасибо конечно, но я сама как-то…

— Я правда могу помочь.

— Тебя укусил носитель доброты и сострадания? Ты заразился?

Ричард снова хмыкнул. Отошёл к урне, выбросил свой опустевший стаканчик, вернулся к машине. Он достал из кармана упаковку мятных леденцов, вынул один и забросил в рот.

— Я год не курил, — сообщил он. — Заедал конфетами. Из-за тебя мне сейчас нужно в два раза больше конфет.

— Естественно, я виновата… — скептически протянула Диди.

— Естественно… Повторить не хочешь?

Возможно и хотела бы. Но он об этом не узнает.

— Отвали, Райан.

Рич ухмыльнулся. Продолжая подпирать спиной дверцу машины, он покрутил в пальцах упаковку леденцов, обвёл большим пальцем буквы. Почему-то он не торопился уезжать, хотя здесь, на парковке делать было больше нечего.

— Мать Келли, Кларисса, умерла от рака, — спокойно проговорил Рич, рассматривая упаковку. — Он обнаружился на последней стадии, слишком поздно. Клариссе было двадцать четыре.

Как так можно? Почему люди продолжают обрушивать на голову плохие новости будничным тоном? Диана не знала, что сказать. Она не ждала такой откровенности от Ричарда Райана. Она вообще ничего от него ждала. И теперь она тоже завороженно рассматривала упаковку леденцов, растеряв весь запас красноречия

— Мне жаль, — только и смогла сказать Диди после повисшей паузы.

Он, наконец, перестал играть с упаковкой, резко убрал её обратно в карман и посмотрел на Диану. В голубых глазах была решительность, но не боль.

— Я не ради сострадания это сказал. Просто хочу, чтобы ты поняла, что мне не всё равно. Я могу возить тебя, если попросишь. У меня нет чёткого графика работы, только привязка к учебе Келли.

Диди приложилась к стаканчику и сделала большой, обжигающий глоток. Что он должен чувствовать стоя на парковке онкологического центра? Рич шутил, был собран и почти безмятежен, но каково это — оказаться в таком месте после того, что пришлось пережить? Двадцать четыре, всего лишь. Наверное, красавица. И такой оскал судьбы. Каково было Ричу остаться один на один с маленькой дочерью, когда сам он был почти мальчишкой? Все эти вопросы закрутились в мозгах, но озвучивать их Диана не собиралась. Они слишком личные. И Диди не была уверена, хочет ли знать на них ответ. 1439f7c

— Ты готова ехать? — прорвался в сознание голос Рича.

Диана сделала последний глоток, подошла к урне и уронила в неё стаканчик.

— Поехали, — бросила она, обходя машину.

Уже когда они выехали за черту города (во вполне умиротворённом молчании), Диди прервала осмотр пейзажа и обернулась к Ричу.

— Возможно я и попрошу об услуге несколько раз. Если не починят отцовскую развалюху.

Не отрывая взгляд от дороги, Ричард изловчился, вытянул из кармана джинсов мобильник и не глядя бросил его Диане на колени.

— Запиши уже мой номер. Можешь и докричаться при желании, но через три дома не слишком удобно.

Диди взяла телефон, повертела в руках. Чуть больше недели назад она и представить не могла, как круто всё изменится.